Ангел-мститель (СИ) - Буря Ирина - Страница 54

И вдруг перед ней замаячил декрет. Узнав, что у нее будет ребенок, она словно увидела свою жизнь в другом свете. Какое значение могут иметь все научные изыскания, вместе взятые, перед лицом появления на свет новой жизни? Трудовой энтузиазм ее существенно поутих, уступив место ежедневному прислушиванию к малейшим изменениям в ее теле. На работе она уже не вступала ни в какие дискуссии, ограничиваясь чисто техническим сбором информации по результатам исследований. Ее еще включили в состав авторов двух статей, но уже подключили к разработке ее темы другого сотрудника — который, как никто и не скрывал, и будет ее заканчивать.

Ее это совершенно не волновало. Все свое рвение она направила на подготовку к материнству — читала книги по уходу за младенцами, по основам воспитания их с первого дня жизни, по правильному и сбалансированному питанию и без конца расспрашивала мать о детских недомоганиях и о том, как их предотвратить. Такое обучение ее муж безоговорочно поддерживал.

В роддом она отправилась в трепетном ожидании величайшего чуда. Роды оказались несложными, и вот, наконец, у нее появился сын — здоровый, крепкий, чуть крупнее обычного, но совсем не крикливый. Она провела в больнице положенную неделю, слушая советы более опытных мам и — всякий раз, когда в палату ввозили для кормления длинную каталку с младенцами — срываясь с места и вытягивая шею в поисках своего сокровища. Ей уже не терпелось оказаться дома, чтобы иметь возможность видеть его каждую минуту.

В первый же день муж передал ей необычно теплую, взволнованную записку, в которой благодарил ее за сына и спрашивал, на кого он похож. После вечернего кормления она подошла с малышом к окну и с гордостью показала его мужу. Через полчаса ей принесли еще одну записку, в которой муж с уверенностью утверждал, что сын — точная его копия. Она так и не поняла, как ему удалось разглядеть это в окне третьего этажа.

Вернувшись с сыном домой, она с удивлением обнаружила, что спокойный, молчаливый младенец, которого она видела в роддоме четыре раза в сутки, превратился в громогласного горлопана, вечно недовольного жизнью — особенно по ночам. Поскольку мужу и матери нужно было идти на следующий день на работу, она долгими ночными часами вышагивала по кухне, укачивая сына и шатаясь от усталости.

Но вот, наконец, закончился первый, самый трудный месяц, и каждый день начал приносить ей все новые и новые радости. Сын начал держать головку, впервые улыбнулся, научился сидеть, начал играть с игрушками, произнес первое слово (они долго спорили, что это было: «Мама», «Папа» или «Баба»), поднялся, шатаясь, на ноги, сделал первый шаг…

К первому его дню рождения она уже знала, что ждет второго ребенка.

Рождение дочери прошло для нее намного будничнее. Она опять рвалась домой — на этот раз беспокоясь о сыне. И опять были бессонные ночи, и гулять на улице стало сложнее (одной рукой держа сына, другой толкая коляску с дочерью), и кормить их нужно было по очереди, и купать… Но и дочь принесла ей и первую улыбку, и первый шаг, и первое слово. На этот раз это было определенно «Мама» — от сына, наверно, переняла; он дергал ее постоянно, требуя внимания.

Она вернулась на работу, когда дочери исполнилось три года, и ее уже можно было отдать в детский садик.

Встретили ее с радостью. За это время в отделе появилось два молодых сотрудника, но все остальные тут же налетели на нее с расспросами о житье-бытье.

— Вот молодец, — шутили они, — подряд двоих родила, теперь можно и своей жизнью заняться.

На вопросы о детях она могла отвечать до бесконечности.

— А живешь все там же? — перебил ее кто-то. — Не тесновато ли вам такой компанией? Вот нужно было сразу в очередь на квартиру становиться, а то теперь разве что о кооперативе можно думать.

Она ответила, что они до сих пор живут с матерью в ее двухкомнатной квартире. Сложновато, конечно, но ничего — в тесноте, да не в обиде. И потом — с переходом мужа на работу в министерство, им, возможно, помогут с жильем. Где-то в районе новостроек, разумеется, на работу будет дольше добираться — как бы ни случилось опаздывать, в шутку посетовала она. И тут же начала расспрашивать о работе — тихий внутренний голос подсказал ей, что нехорошо как-то в рабочее время на личные темы разглагольствовать.

Никаких радикальных перемен за время ее отсутствия не случилось. Ее тему уже, конечно, давно завершили, но на смену ей пришли новые, и отдел работал над ними так же, как и четыре года назад. Она вздохнула с облегчением — вспоминать старые навыки всегда легче, чем приобретать новые.

На следующий день ее пригласил к себе в кабинет руководитель лаборатории.

— Ну как, привыкаешь потихоньку опять рано вставать? — широко улыбнулся он, жестом приглашая ее садиться.

Ей хотелось ответить ему, что с маленькими детьми по утрам в постели не поваляешься, но тихий внутренний голос шепнул ей, что начальник, по всей видимости, пошутил, чтобы создать непринужденную атмосферу для разговора, что нужно ценить.

Она неопределенно мотнула головой.

— Чем думаешь заниматься? — перешел к делу руководитель.

— Да откуда же мне знать-то? — растерялась она. — Куда направите, там и буду работать. Вы ведь лучше знаете, какое направление сейчас важнее.

— Конечно, я лучше знаю, — ухмыльнулся руководитель. — Есть у нас сейчас две темы — очень перспективные, — он продиктовал ей их названия. — Можешь к любой подключаться.

— Подождите, подождите, — заволновалась она. — Я ведь многое подзабыла, мне разобраться нужно, где я быстрее в работу включиться смогу.

— Разбирайся, — великодушно махнул рукой он. — Где-то с недельку. Поговори с руководителями тем, — он продиктовал ей их фамилии, — книги полистай, статьи последние почитай по обоим направлениям, с мужем посоветуйся — он ведь у тебя по той же специальности?

— По близкой, — сдержанно ответила она.

Начальник махнул рукой. — В общем, задача ясна? Через неделю вернемся к этому разговору.

Она принялась честно выполнять полученные директивы. После разговора с руководителями двух предложенных ей тем выяснилось, что методика проведения эксперимента мало чем отличалась от той, которой она начинала свою трудовую деятельность, но с теоретической точки зрения темы оказались для нее совершенно новыми. Она вновь засела за книги, но сосредоточиться на долгое время ей никак не удавалось — весь день ее преследовал отчаянный вопль дочери: «Мама, не хочу!», который несся ей в спину каждое утро, когда она закрывала за собой дверь группы в детском саду.

Экспериментальная часть пошла намного быстрее. Навыки работы на приборах вернулись к ней практически мгновенно, и она с удовольствием взялась за измерения — время шло быстрее, и в конце дня возникало чувство куда большего удовлетворения.

На выходные она нерешительно заговорила о предложении руководителя с мужем, но тот отмахнулся от нее — сам, мол, все еще в курс новой работы вхожу, так что без меня решай, чем тебе заниматься.

Так и не приняла она никакого решения, о чем честно сообщила руководителю лаборатории во время следующей встречи с ним.

— Мне обе темы кажутся очень интересными, — закончила она, — так что подключайте меня к той, где рук не хватает.

— А с мужем советовалась? — прищурился он.

— Да причем здесь мой муж? — вспылила она. — На заводе он исследованиями не занимался, и нынешняя его работа никакого отношения к науке не имеет!

— Это как сказать… — задумчиво произнес руководитель. — Даже если ему эти разработки ни о чем не говорят, ты бы объяснила ему… их перспективность, и он мог бы словечко о них замолвить перед теми, кто в таких вещах разбирается. И нам дополнительное субсидирование совсем не помешало бы, и тебе бы защититься проще было.

— Я не думаю, что мой муж должен уделять особое внимание каким-то исследованиям только потому, что ими занимаюсь я, — тихо проговорила она под непрекращающееся поддакивание тихого внутреннего голоса.

— Это, смотря, как ему их преподнести. — В голосе руководителя зазвучала вкрадчивая нотка. — Ты ведь сама сказала, что темы очень интересные. И они уже сейчас, на начальных этапах эксперимента, дают все основания надеяться на блестящие результаты. А при поддержке министерства мы смогли бы провести полномасштабные исследования и в кратчайшие сроки внедрить разработанные методики на производстве.