Ангел-мститель (СИ) - Буря Ирина - Страница 78

Но вот лыжи… Зимой они меня не очень впечатлили, но, с другой стороны, я познакомился только с их беговым вариантом и в обществе Татьяны. От рассказов Димы о горном лыжном спорте у меня просто дух захватило. Он же просто для меня создан — для моих выдающихся способностей к маневрированию! Так, решено — следующей зимой едем с Татьяной в горы. Э…, нет — пожалуй, не следующей. Но через год — уж точно. И парня с собой возьмем — я точно знаю, что он родится уже спортсменом.

Когда еда была готова, мы расселись на поляне, и разговор сделался общим.

Больше книг на сайте - Knigoed.net

— Ой, ребята, как здорово! — мечтательно произнесла некоторое время спустя Инна Братусь. — Я уже и не помню, когда мы в последний раз так спокойно общались.

— А я тебе скажу, когда, — насмешливо вставила Лена Тешина. — В последний день перед тем, как у нас эта патронесса появилась.

— Да уж, — отозвался Олег Федоров, — как Сан Саныч такую стерву на работу взял?

— Ну, у нее же на лбу не написано, что она за человек, — примирительно ответила ему Инна. — Ты вспомни, какая она сначала была. Мы ведь все из кожи вон лезли, чтобы бедная девочка побыстрее себя своей почувствовала.

— Ребята, а серьезно, — подключилась к разговору Оля Сердюкова, — что нам с ней делать? Ведь работать уже невозможно.

— Что за глупый вопрос? — возмутилась Лена. — Выжить — и все дела.

— Скорее она нас выживет, — ответила ей Оля, — поодиночке.

— Ну, если поодиночке — то конечно, — не согласилась Лена, — а если мы все вместе к Сан Санычу пойдем…

— И что скажем? — поморщился Саша Стропилов. — Что какая-то сопливая девица лишает восемь взрослых человек возможности спокойно работать?

— А может, задержимся как-то после работы, — предложил Дима, — и сами с ней побеседуем? Без обиняков, но с последним предупреждением.

— Анатолий, — обратилась вдруг ко мне Лена, — а вот Татьяна говорила, что ты психологом работаешь — что бы ты нам подсказал? У нас девица новая два месяца назад появилась и решила, что ей уже в замдиректора пора…

— Он в курсе, — небрежно обронила Татьяна и, повернувшись ко мне с выражением живейшего интереса на лице, вся обратилась в слух.

И тут я понял. Понял двусмысленность ее фразы о том, что я и по воскресеньям работаю. Недаром она мне уже все уши прожужжала, что психолог — это тот же врач, ему не пристало отказывать в помощи страждущему. Особенно, целому коллективу страждущих. Вот же..! Вытащила меня в этот лес, чтобы посмотреть, как я буду изворачиваться, оказавшись между Сциллой профессионального долга, направленного на защиту ее спокойствия, и Харибдой профессиональной же этики, не позволяющей мне ставить палки в колеса Стасу.

А я не буду. В смысле, изворачиваться. Я воспользуюсь этой возможностью, чтобы оказать профессиональную помощь всем. И ее ребятам — чтобы они перестали реагировать на Ларису, как на соринку в глазу. И Сан Санычу — чтобы к ее медным трубам не добавился рев трибун, занятых его подчиненными. И Стасу — чтобы в случае удачного (для Сан Саныча, в чем я не сомневался) завершения эксперимента у него не возникло и тени сомнений в его чистоте. И даже Марине — чтобы придуманная ею проверка не закончилась массовым избиением небесного агента, после чего ее запросто могут лишить доступа к любым последующим операциям. Жалко ведь — захиреет в безделье. Или опять за нас с Татьяной возьмется.

А Татьяну я даже поблагодарю за предоставленную возможность. В особо избранных выражениях.

— Мне кажется, — спокойно проговорил я, — что вам ничего не нужно делать.

— Что значит — ничего не делать? — возмутилась Лена. — Пусть и дальше за наш счет самоутверждается?

— Самоутверждаться за ваш счет она может, — ответил я ей, — только если вы ей это позволите. Если вы постоянно показываете ей, что ее действия идут вразрез с принятыми у вас нормами поведения и бесконечно вас раздражают, у нее только больше уверенности появляется, что она сумела выделиться на общем фоне и, тем самым, привлечь к себе внимание начальства.

— Так, что, нам ее игнорировать, что ли? — неуверенно спросил Олег.

— Зачем? — удивился я. — Вот скажите мне, пожалуйста, у вашего Сан Саныча секретарша когда-нибудь была?

— Нет, конечно, — обескуражено покачала головой Лена. — К чему она нам?

— Вот и отлично! — кивнул я. — Когда она передает вам различные поручения, поблагодарите ее — сердечно — за то, что она взяла на себя эти функции. А когда она спрашивает о степени готовности того или иного дела — расскажите и попросите потом — опять-таки вежливо — передать эту информацию директору, поскольку у вас сейчас — завал работы. Таким образом, она будет вынуждена следовать вашим указаниям, а не наоборот.

На окружающих меня лицах появились довольные ухмылки. На всех, кроме одного — Татьянина ухмылка была торжествующей. Вот так-то!

— И потом, — продолжил я, — насколько мне известно, скоро у вас появится новая продукция. Вам нужно всего лишь подождать, пока ей придется совмещать работу по заказам с ее нынешними… столь охотно взятыми на себя… обязанностями. Я бы на вашем месте, — усмехнулся я, — вообще первое время всех новых клиентов прямо к ней направлял — как к наиболее глубоко осведомленному в области новинок специалисту.

— Ну, не знаю, — усомнился, как и следовало ожидать, не любитель командных состязаний Дима, — как-то не нравятся мне все эти интриги за спиной Сан Саныча…

— А имеет ли смысл вовлекать его в конфликт сейчас? — спросил я его. — Насколько я понял из рассказов Татьяны, он у вас — человек увлекающийся, и как только в работе появляются новые перспективы, вообще в тетерева превращается — токует себе о них с утра до вечера и ничего другого вокруг себя не замечает. Станет ли он вас слушать, если вы предложите ему улаживать возникшие разногласия, или решит, что вы хотите его руками конкурента по служебной лестнице убрать — в ущерб делу?

— Нет-нет, — решительно согласилась со мной Лена, — после переговоров с французом Сан Саныча лучше пару недель не трогать!

— Ну, вот, видите — вы же сами все знаете, — выразил я, по профессиональной привычке, полную уверенность в их силах и способностях. — Поставьте ее на место самостоятельно — не может быть, чтобы одна она оказалась сильнее восьмерых вас.

— Ох, откуда она только взялась на нашу голову? — горестно вздохнула Инна.

Так, для Сан Саныча и его подчиненных я, похоже, уже сделал все, что смог — пора и небесным коллегам посодействовать.

— Такой вопрос не у вас первых возникает, — пожал я плечами. — Из своего опыта могу уверить вас, что в любом трудовом коллективе хотя бы однажды возникает такое инородное тело. И необязательно плохой человек — я эту вашу Ларису совсем не знаю и догадки строить не буду, — Татьяна метнула в меня яростным взглядом. — Но даже если она перед руководителем выслуживается, то это его дело — решать, нужно ли ему угодничество со стороны подчиненных. Вам, кстати, тоже будет полезно об этом узнать.

— Не хотелось бы о таком узнавать, — тоскливо протянула Инна.

— Конечно, не хотелось бы! — рассмеялся я. — Но если придется, вот тогда будете думать, что вам делать — приспосабливаться к новому стилю работы или ультиматум ему ставить. Хотя, честно говоря, мне кажется — исключительно по рассказам Татьяны — что он не из таких.

— Конечно же, нет! — уверенно воскликнула Лена. — Вот я помню…

Остаток нашего пикника прошел в воспоминаниях о всевозможных случаях, когда Сан Саныч оказался то великолепным стратегом в бизнесе, то блестящим организатором повседневной работы, то душой всего коллектива, то просто отцом родным своим подчиненным.

По дороге домой, когда мы с Татьяной уже одни остались, я вежливо поинтересовался:

— Ну, что, удалось мне справиться с поставленной тобой задачей?

— С какой? — глянула она на меня с невинным удивлением.

— Ты же не хочешь сказать, что случайно упомянула о моей профессии? — решил я поставить все точки над i, прежде чем подыскивать проникновенные слова для благодарности.