Не жизнь без тебя (СИ) - Лисицына Татьяна Юрьевна - Страница 23

Внезапно в кармане завибрировал мобильный. Жена. Чувствует, стерва. Виктор злорадно усмехнулся. Отошёл от забора.

- Ты где? Почему трубку не берёшь?

Интересно, почему Виктор раньше не замечал, что у неё такой противный голос?! Особенно, если она злилась, как сейчас, переходя на визгливые тона.

- Я в Кратово.

- До сих пор?! Что ты там делаешь?

- Я собираюсь здесь жить.

- И кто тебе разрешит это сделать? Это дача моих родителей, а никак не твоя.

- А ничего, что я столько всего здесь сделал и столько денег вложил?

Виктор любил работать руками, ему нравилось строить и перестраивать. Ему даже нравилось сажать и выращивать растения, чем они обычно в выходные и занимались с тестем. А вот сейчас ему вдруг стало жалко потраченных времени и денег. Один камин, сложенный им, чего стоил.

- Тогда постриги там газон и собери чёрную смородину. И, вообще, если ты собирался остаться, мог бы взять Алёну с собой. Она меня тут достала. Хотя я могу её посадить на электричку, а ты встретишь на станции.

- Люда, послушай меня внимательно. Я устал и хочу побыть один. Алёнку я встречать не буду. Мне она здесь не нужна. И газон не собираюсь стричь.

В трубке возникла пауза. Видимо, жена ещё не привыкла к бунту.

- Ты опять пьёшь?

- Пью, - согласился Витька, понимая, что к пьяному отцу детей не привезут. Даже если мать ехидна, вроде Людки.

- Ты алкоголик, весь в отца.

- Меня это устраивает.

- Но девки меня достали. Им всё время что-то надо. И дома нет еды.

- Сходи в магазин и приготовь.

- Если тебе наплевать на детей, то мне тоже. Пусть сидят голодными.

- Пусть, - усмехнулся Витька, делая последний глоток пива из бутылки, понимая, что странным и неправильным образом, его неудовлетворённость сделала его равнодушным даже к девочкам, из-за которых он вернулся в семью.

- Козёл! – выкрикнула Людка. – Я собираю твои вещи и подаю на развод. Будешь жить на улице.

Витя сбросил соединение и выключил телефон. Угрозы больше не действовали. Если его оставят одного, он готов жить на улице.

Забыв на некоторое время о Кристине, он повернулся к озеру. Полная луна висела над водой во всём своём холодном великолепии. Вода казалась глубокой и тёмной. К его удивлению люди куда-то попрятались, и в этом уголке он был один. Он подошёл к ближайшей сосне и обнял её, прижавшись к ней лбом. Сколько он так простоял, не знал. Вдруг накатила какая-то слабость. Очнулся от скрипа калитки и смеха.

Кристина с подругой, на каждой намотано полотенце от груди до колен, двигались в сторону озера. Он рванулся к кустам, стараясь не шуметь и даже не дышать.

Девушки подошли к самой воде, и Оля поёжилась.

- Б-р-р, вода, наверно, холодная. Давай не будем. И, вообще, - девушка огляделась. – Здесь так темно и страшно.

- Не будь трусихой. Никого здесь нет. Лучше посмотри, какая луна красавица.

- Полнолуние. Магическая ночь.

- Ну так давай, и совершим магическое купание.

- Я не могу. Мне кажется, что за каждым кустом кто-то стоит.

- Прямо за каждым кустом стоит по мужику и с нетерпением ждут, пока ты покажешь им своё тело.

Оля, не обращая внимания на сарказм подруги, продолжала озираться. Особенно часто она смотрела в Витькину сторону, и у него от этих взглядов сердце обмирало.

Кристина между тем спокойно сняла полотенце и положила на траву.

- Давай пойдём. В награду тебе будет коктейль Джеймса Бонда. За смелость.

От одной мысли о спиртном, которого она выпила итак слишком много, девушка икнула.

- У меня завтра голова будет болеть. Уже начинает.

- Купание поможет. Я тебе, как врач говорю, - Кристина на цыпочках пошла к воде и со своего расстояния Витя мог видеть её ровную спинку, голую попку и стройные ножки. Некоторое время, привыкая к воде, Кристина стояла по колено. Он, наплевав на осторожность, подобрался ближе. Под ногой хрустнула ветка. Кристина обернулась. Он видел её очень хорошо, она стояла в лунном освещении. Жаль, что волосы закрывали грудь.

- Ну как вода? – на Витькино счастье отвлекла её Ольга.

- Тёплая, - отозвалась Кристина. – Давай.

- Тёплая? – Оля, всё ещё в полотенце, сделала несколько шагов поближе.

- Давай уже. Тебе станет очень хорошо, – Кристина, всё ещё глядя на подругу и подначивая её, затянула волосы в узел, и Витьке открылась её грудь, выделяющаяся белыми холмиками на загорелом теле.

Вдруг он почувствовал: то, что составляет гордость мужчины, всё ещё функционирует. Его член, вялый и мягкий, начал твердеть, как в старые времена. В тот момент, когда, Кристина, не удержавшись, выбежала из воды и, сдёрнув с подруги полотенце, увлекла её за собой, Витя чувствовал себя в полной боевой готовности. Он смотрел на обнажённых девушек и чувствовал, что жизнь прекрасна. Напрасно он считал себя импотентом, его молодец рвался сквозь трусы и джинсы к обладанию женским телом. И хотя Кристина уже была на середине озера, он чувствовал её присутствие. Её магическую власть над ним. Витя расстегнул молнию на джинсах и обхватил свою крепкую плоть пальцами, сдерживая стон от сладких ощущений. Губы прошептали её имя. Это не было греховным самоудовлетворением. Это было здесь, с ней. И как раньше прекрасно. Хотя и без неё. Он знал, что счастье будет, когда она пойдёт обратно. Он уже был почти готов. Только бы она не плавала долго. Ему нужно видеть её.

Словно услышав его мольбу, Кристина поплыла к берегу кролем.

Милая моя, какая ты красивая, – прошептал Витька, чувствуя приближение оргазма и задыхаясь от сладости момента.

Нащупав дно, Кристина встала на ноги и вышла из воды. Стоя на берегу, она выжимала мокрые волосы, и Витьке с его места хорошо была видна её грудь и талия. Содрогаясь от сильного оргазма, он опустился на колени, чувствуя, как сквозь пальцы стекает горячая жидкость, о существовании которой, он уже сомневался.

По телу разливалось расслабление. Он натянул джинсы и лёг, уткнувшись носом в траву. По лицу текли слёзы радости и благодарности к той, которая вернула ему веру в себя. И в то же время он чувствовал себя нашкодившим мальчишкой, которого непременно накажут.

Витька слышал смех девушек, которые всё ещё были здесь, но теперь он хотел, чтобы они ушли. Эйфория ушла, он чувствовал себя опустошённым. Ему не нужно было смотреть. И почему-то понял, что снова предал Кристину. Он её использовал. Для своего удовлетворения. Так же, как и раньше. Нет, хуже. Раньше она получала удовольствие.