Фаворит богини (СИ) - Распопов Вячеслав Валерьевич - Страница 13

День пути не сохранился в памяти — если не считать встречу со змеей, на которую наступил юноша не заметив в подлеске. Рассерженное шипение, размытое в тень движение и укус… к счастью, в полу халата. Дальнейшее движение пришлось еще больше замедлить из-за необходимости постоянно вглядываться в подлесок, обходя подозрительные места. Ближе к вечеру лес стал редеть, а почва под ногами стала влажной — Искандер вышел к болоту. Первое что он сделал, это напился, используя вместо фильтра свой многострадальный халат. Вода была почти коричневой, вонючей и горьковато-кисловатой на вкус — но это была вода. Противоположная стена джунглей возвышалась не более чем в полукилометре от этого места, и юноша решил переночевать на том берегу — время еще позволяло. Он что-то слышал о том, что болото опасное место и что там можно запросто утонуть, но к опасности отнесся довольно легкомысленно. Срубив мелкое деревце и очистив его от ветвей, Искандер получил шест двухметровой длины и двинулся в сторону болота. То, что он практически сразу провалился по пояс, его не смутило — в калейдоскопе воспоминаний отчетливо всплывала картинка, где они с Бхивином долго бредут по такому же болоту по грудь в воде. Еще несколько шагов и зыбкое дно под ногами расходится — он сразу проваливается по грудь, судорожное движение ногами в вязкой полынье приводят к тому, что вода достигает плеч. Шест легко уходит в илистое дно, попытка выдернуть его еще больше погружает тело, вода уже у подбородка. Крик, полный страха и отчаянья вырвавшийся из уст юноши, прерывает хлынувшая в рот вода. Хаотичные движения рук в поисках хоть какой-то опоры не имеют успеха. Вдруг запястье левой руки обвивает какой-то шнур и с силой тянет в сторону берега. Извернувшись, юноша ухватил и крепко сжал спасительную верёвку.

Спасителем оказался один из брахманов, ранее замеченный Искандером в храме.

— Раздевайся, выжимай одежду и развешивай ее на кусты и вот, выпей это. — Протянул юноше монах какую-то бутылочку.

— Что это? Опять хотите опоить меня своей дрянью? — Глаза парня гневно блеснули. — Я не буду это пить!

— Ну и напрасно. — Добродушно ухмыльнулся монах. — Ты пил болотную воду, и если не примешь это зелье — уже утром у тебя начнется кровавый понос, а еще через день-два умрешь в страшных муках.

Собравшись с духом, Искандер влил себе в рот и проглотил протянутую ему микстуру.

— Бррр, какая же она мерзкая! — Парень скривился так, как будто у него разом заболели все зубы. — Это не ослиная моча случайно?

— Нет, не ослиная. На еще, держи. — Брахман протянул очередное снадобье. — Это пить не надо — вотрешь себе в тело и москиты отстанут.

— У тебя что, с собой целая аптека? Юноша все еще кривился, с чувством сплевывая на землю.

— Почти угадал. У меня с собой есть еще десяток противоядий — гуру сказал, что тебя должна была ужалить змея.

— Э-э, меня укусила змея, правда за халат. — Парень так удивился, что следующий плевок пришелся на собственную ногу.

Позже, когда уже сидели у костра и Искандер поглощал скромный — состоящий из лепешки и сыра, но казавшийся ему царским — ужин, Арнав — так звали монаха — рассказал следующее. Всевидящий вызвал и попросил его приглядеть за юношей но не вмешиваться, пока тому не будет угрожать смертельная опасность. Пока тот обедал, монах покинул монастырь и затаился поблизости, наблюдая за воротами. Каково же было его изумление, когда вышедший из ворот парень примостился всего в трех шагах от него и тоже стал наблюдать за воротами. Вмешаться Арнаву пришлось дважды — первый раз пришлось отпугнуть тигра, который сегодня утром встал на след юноши, и второй раз — когда стало ясно, что без посторонней помощи парень захлебнется. Вообще-то это болото было непроходимо — сплошная топь, но если каким-либо чудом Искандеру удалось бы его форсировать, то умереть от поноса он все равно бы не успел — на той стороне его ожидали охотничьи угодья еще одного тигра.

— Кали безразличны те, кто ей не служит — но монастырю небезразличен наследник Кали. — Закончил свой рассказ брахман.

По сравнению с одиночными блужданиями юноши, обратный путь с Арнавом выглядел увеселительной прогулкой. Москиты и другая кровососущая живность не обращала внимания на путников, а путь по звериным тропам не преграждали завалы и буреломы. Ближе к концу дня показался храм. Два дня ушло на приведение себя, своих мыслей и чувств в порядок. Первое, что понял юноша — побег по понятным причинам пока обречен на провал, а Бхивину он не противник — но тоже пока. Как он узнал у Арнава — Бхивин появляется в храме каждые два года, значит надо использовать это время с максимальной пользой. С вызвавшим его гуру разговор был коротким.

— Вот сейчас вижу что ты готов, Адвик. Все еще обозлен — но готов. — глаза Всевидящего как всегда излучали доброту спокойствие. — Пойми, Адвик! Не бывает виновных в судьбе! Просто что-то выпало на долю Бхивина и Тушара, а вот это досталось тебе. На твой вопрос — почему — нет ответа! Только знай, что на то что послала тебе судьба у тебя хватит сил. Испытания всегда даются нам по силам. Преодолеешь его — и судьба вознаградит тебя. С завтрашнего дня ты начнешь служить Кали. Пока что твоя служба будет заключаться в прилежной учебе. Ступай Адвик — и запомни, что я сказал.

Обучение в монастыре начиналось рано утром и продолжалось весь световой день с перерывами на прием пищи. Все послушники делились на группы по будущей специальности (богослов, боевик, предводитель шайки, учитель, администратор — смотрящий) и посещали занятия только тех учителей, предметы которых жизненно необходимы для будущей работы. Искандер входил в группу из шести послушников-универсалов, которым предстояло в будущем стать высшими адептами касты и заменить если потребуется любого спеца. Поэтому изучать приходилось все дисциплины и более углубленно. После двух лет занятий в группе юноша перешел на индивидуальное обучение.

Арнав, знакомый юноше по совместному путешествию, преподавал предмет который можно было назвать одним словом — джунгли. Повадки зверей птиц и прочих гадов, способы охоты на них, съедобные и влагосодержащие растения, грибы и даже насекомые. Как правильно устроиться на ночлег, развести костер, отпугнуть хищников, избавиться от кровососов, где искать родник. Различные способы преодоления препятствий — в том числе и топей, и еще много всего. Усвоив эту науку, в джунглях он чувствовал себя если и не как у себя дома, то как дома у соседа — где ни разу не был, но точно знаешь где искать еду, где должна быть вода, где можно прекрасно выспаться и куда лучше не соваться. Также Арнав преподавал азбуку следопыта, искусство маскировки, умение запутать след, как установить ловушки и другие сюрпризы для преследователей. Надо ли говорить, с каким усердием Искандер изучал эту науку — впитывал как губка все знания без остатка.

Драхман Гуркаран обучал послушников боевым искусствам. Базовым занятием в его курсе было единоборство ««виван»», что можно было перевести как ««полный жизни»» — которому предшествовал длительный период, который включал растяжку, статические упражнения для укрепление связок, силовые упражнения, упражнения на улучшение реакции и координации. Обучаемый должен был вначале уклониться, а потом и поймать выпущенную в него стрелу с пятнадцати шагов, поймать на лету муху двумя пальцами — при этом, не раздавив ее.

(Судя по воспоминаниям Искандера, стиль борьбы напомнил Краснову хапкидо, которое не раз демонстрировал Коля Кореец в армии.)

Арсенал приемов на удушение впечатлял. В основном удушение проводилось с помощью румалы (цветастый платок, который Бхивин носил как шарф) Завершающей дисциплиной был кинжальный бой во всем его многообразии приемов и связок как с одним, так и с двумя кинжалами. На занятиях у Гуркарана с самого начала (не зря его Зейб учил) Искандер был лучшим среди сверстников, а потом и просто лучшим.