Когда-нибудь мы будем вместе (СИ) - Мархасин Вадим - Страница 191

Приоткрыв дверь, Самохин осторожно выглянул в коридор бликующий люминесцентным светом в окулярах прицела ночного видения. Мимо пронеслось тело увешанное оружием, плечом саданув по открытой двери захлопывая ее и сбив с головы Самохина ПНВ.

Увиденная картинка отпечаталась в памяти сержанта. Большинство людей, находящихся в коридоре, вповалку лежали на полу, прижимаясь к стенам. Кто матерился, кто молился, кто стонал от боли, женщины и дети кричали и визжали от страха. Возле лестницы на второй этаж, метрах в тридцати, сгрудилась группа бандитов протискиваясь и отпихивая друг друга.

— Татарин держи тыл, Чеснок давай эту бандуру в коридор вытащим, — крикнул Самохин, прилаживая ПНВ на место.

Пинком распахнув дверь, Самохин поднатужившись вытащил щит в коридор, с грохотом брякнув его о бетонный пол, следом выскочили товарищи, приседая за щитом и оглядываясь.

На громкий звук оглянулся один из террористов торопившихся слинять наверх и дал длинную очередь вдоль коридора. Пара пуль ударила в щит, выворачивая ударом руки, и ушли в рикошет.

Татарин выставил автомат над верхней кромкой щитаи одиночными выстрелами открыл ответный огонь. Чеснок поддержал его прицельными выстрелами из Стечкина.

"И к стене не прижмешься, вдоль нее заложники распластались", — подумал Самохин.

За спиной хлопнула дверь, Самохин вздрогнул. Татарин успокаивающе прошипел: "свои!"

Десантники выскакивали в коридор, устанавливая щиты уступом и укрываясь за ними продвигались по коридору в сторону лестничного марша, отстреливая сопротивляющихся бандитов.

Постепенно террористы отходили от шока и ответный огонь нарастал. Большая часть бандитов уже ретировалась на второй этаж, отставшие вступили в перестрелку с десантом. Создав импровизированную черепаху десантники с двух сторон продвигались к лестнице.

Десантники, убедившись, что возле лестницы нет заложников, открыли огонь на поражение. Пули рассерженными осами летали по коридору во всех направлениях, со свистом рикошетя от стен, щитов, попадая в атакующих, заложников и террористов. Не выдержав накала, чеченцы отступили по лестнице на второй этаж, оставив на площадке около десятка убитых и раненых.

Самохин с Чесноковым сунулись на лестничный марш, сверху раздался узнаваемый щелчок сработавшего взрывателя и, по ступенькам, запрыгала граната, остановившись в метре от бойцов.

— Граната, — с диким воплем выкрикнул Чеснок, приседая за щит. Бабах, грохнул взрыв, снося взрывной волной обоих солдат вместе со щитом и проложив о стенку напротив лестничного марша.

Контуженные десантники копошились на полу пытаясь встать.

— Во, приложило, так приложило!

Чесноков, очумело потряхивая головой, смотрел на татарина выпустившего вверх половину автоматного рожка. В ответ со второго этажа заколотили несколько автоматов, поливая лестницу свинцовым дождем.

— По моей команде вперед, — выкрикнул заклинание подскочивший взводный, сунулся на площадку и, подбросив вверх гранату, выскочил обратно.

Бахнул взрыв, осколки сыпанули по стенам, впиваясь в тела бандитов отстреливающихся на верхней площадке.

— Давай! Погнали! Мочи козлов! — завопил старлей, залетая вслед за разрывом гранаты на межэтажную площадку, выпуская очередь на весь автоматный рожок в дверной проем

Десантники бросились вверх по лестнице и, проскочив один пролет, сосредоточили огонь на входной двери на второй этаж, и на пролет выше — на третий, не давая возможности бандитам вести прицельный огонь.

Следом выдвинулись три тройки спецназовцев и, прикрываясь щитами, взяли под контроль площадку возле выбитых дверей на второй этаж.

— Бойся, — вверх на площадку полетела граната, следом тут же вторая, выметая террористов с лестницы в коридор третьего этажа. Вверх, не спеша, двинулись еще три тройки бойцов, с задачей захватить площадку третьего этажа.

Спецназовцы и десантники, вприсядку пятились вверх по ступенькам, втаскивали за собой щиты, переставляя со ступеньки на ступеньку, прикрываясь от огня противника, поливая очередями дверной проем третьего этажа.

Террористы неприцельно отстреливались с третьего этажа, выставляя в дверной проем автоматы, подметая лестницу огнем и прячась обратно.

Не успели атакующие подняться на один пролет, как сверху прилетело две гранаты и упали за спину первой тройки, звякая по ступенькам. Две задние тройки присели на межэтажной площадке, максимально сокращая площадь возможного поражения, поставив щиты под углом сорок пять градусов. Бойцы первой тройки скачками ринулись вверх, бросив щит, падая на лестничную площадку третьего этажа.

Грохнул сдвоенный взрыв, взрывная волна опрокинув спецназовцев атакующих третий этаж, пронеслась по лестничным маршам, оглушив акустическим ударом.

Оклемавшийся Самохин, добравшийся до второго этажа, со своими бойцами сунулся на лестничный марш и забросил в дверной проем третьего этажа последнюю сохранившуюся банку с хлорпикрином, сопроводив гранатой для надежности.

— Заполучи фашист гранату! — азартно выкрикнул татарин, проводив взглядом подарок террористам.

Снизу, с топотом и матами, примчалась на помощь еще группа десантников в шесть человек, закидывая в коридор третьего этажа банки с хлорпикрином, вынуждая противника, не имеющего средств защиты отступить вглубь коридора. Террористы, не выдержав давления, укрылись в палатах, смешиваясьс прячущимися в них заложниками, периодически высовываясь в двери для профилактики стреляя вдоль коридора.

Большую часть заложников террористы загнали в подвал и заминировали подходы. На втором и третьем этажах находились только заложники, которых террористы использовали в виде живого щита, ведя неприцельный огонь по атакующим солдатам.

С начала штурма прошло всего пятнадцать минут, показавшихся часом. С первого этажа бандитов оттеснили наверх и захватили лестничные марши, разделив террористов на несколько групп отбивающихся по разным этажам.

Высунуться в коридоры второго и третьего этажа не давалдовольно плотный огонь бандитов, засевших в палатах и кабинетах больницы.

Весь штурм происходил в полной темноте, освещаемой только вспышками выстрелов. Небо было полностью затянуто тучами и луна, проглядывающая блеклым пятном, практически ничего не освещала.

Большая группа бандитов, скопившаяся на втором этаже, слитным ударом опрокинула десантников подымающихся по второй лестнице и бросилась на прорыв, отстреливаясь со всех стволов.

Такой вариант развития был предусмотрен и командиры подразделений десанта, получив распоряжение по радиосвязи, которую РЭБовцы прекратили давить с началом атаки, дали команду отойти и предоставить бандитам коридор для отхода. Десантники и спецназовцы, отступали в заранее спланированном направлении, закрываясь щитами, слаженным огнем загоняя и направляя террористов в приготовленный огневой мешок.

Ни один террорист не ушел. Часть подорвалась на минах, остальных покрошили сосредоточенным огнем, с двух взводных пунктов обороны, между которыми они пытались прорваться.

Ночь, отсутствие света и связи, уверенность, что федералы не решатся на штурм больницы, не позволили руководству террористов управлять боем, каждый отбивался как мог, там где его застигла атака, носимый боекомплект таял на глазах, а перезарядиться в таких условиях было довольно затруднительно.

Скопившиеся на площадках второго и третьего этажей десантники, как только огонь террористов начал стихать, тягая не раз спасшие шкуру тяжеленные щиты, выдвинулись в коридор и приступили к плановой зачистке всех помещений.

— Заложникам, лечь на пол и не двигаться! Повторяю…. — прорвалось сквозь шум боя сообщение звуковещательной станции.

Те из заложников, кто метались с началом боя или уже погибли или были ранены, кто не потерял присутствия духа, забивались по всем углам, чтобы не попасть под раздачу.

Самохин с Чесноковым, подтянув щит к входу в одну из палат, взяли на изготовку пистолеты Стечкина и приготовились к бою. Татарин встал, чуть левее, чтобы его не было видно в распахнутую дверь.