Жена Наследника (СИ) - Лошкарёва Виктория Витальевна - Страница 14

— Разумеется, военный. Ведь наш род, кроме императора — служит империи во славу империи.

— И что, никто не может выбрать другой путь? Учёного, врача?

Кейн пожал плечами.

— Может, если он не наследник. И если он уже стал военным.

Поскольку я всё ещё выжидающе смотрела на его, Кейн пояснил:

— Правящий род, правящий по праву. Мы самые сильные и самые хитрые хищники на нашей планете — и так и должно оставаться.

С обратной стороны стола — со стороны огня к нашему столу подошёл повар с готовым мясом (пахло шашлыком) и девушка — служанка с подносом остальной снеди.

Коротко махнув рукой, Кейн велел служанке оставить всё на столе — и сам принялся накладывать мне еду в тарелку.

— Кажется, так у вас ухаживают за девушками, — подмигнул мне Кейн.

И я улыбнулась, думая, что это будет самый приятный вечер за последнее время.

Это оказался самый ужасный вечер.

Всё начиналось вполне невинно: за столами, поставленными вокруг большого костра, веселись знать, наслаждаясь свежеиспеченным мясом, различными холодными закусками и горячительными напитками, которые, как пояснил Кейн, имели куда больше градусов, чем привычная землянам водка.

Я потягивала сангрию, переговаривалась с Кейном, Джессикой и командиром станции об особенностях атмосферы Д’архау и том, что предстоит будущим колонистам с Земли. То есть с Терры.

Девушки — служанки — в перерывах между подачами закусок — танцевали на фоне костра: и танцы у них получались по- настоящему зажигательными и… какими — то дикими. Так, словно в тела северных строгих валькирий проникла энергия африканских ритмов — и валькирии, извиваясь возле пламени, слушали лишь барабаны…

Случайно я заметила, что один из подчинённых Кейна — тоже военный, сидящий за столиком вместе с одними мужчинами, подозвал одну из танцовщиц… Меня отвлекла Джессика, интересующаяся северным сиянием…

Потом мы разговаривали с молодой парой, принадлежащей роду, входящему в Совет, затем к нам обратился капитан…

Когда я случайно бросила взгляд на столик рядом, я увидела веселящихся военных… и светлую голову танцовщицы, прижатую к паху военного. Продолжая разговаривать с друзьями, он в то же время…

Я замерла, не зная как на это реагировать.

И тут же мой взгляд выхватил одного из аристократов, распластавшего у стены ещё одну танцовщицу — и резко имеющего её на глазах у всех.

А ведь аристократ, кажется, был женат…

— Спокойно, — услышала я холодный голос Кейна. Говорил он по русски и тихо. — Когда — нибудь ты должна была увидеть наши настоящий приемы — а не то прилизанное подобие, чем тебя пичкала Джессика.

Я заметила, как ещё одна девушка из танцовщиц, улыбаясь сидящему неподалеку мужчине, нырнула под стол — и в тот же момент тонкие красивые руки появились на его коленях.

— Возбуждает, не правда ли… — шепнул мне на ухо Кейн. — Знаешь, это такое блаженство для мужчины, когда его берут в рот — заглатывая как можно дальше и как можно глубже…

Всё громче звучали барабаны, всё веселее становилось в пещере приемов.

— И ты….Ты тоже…так?

Я нашла в себе силы, чтобы посмотреть Кейну прямо в глаза.

— Я тоже люблю, когда самка сосёт, — кивнул захватчик. — В этом нет ничего неприличного. И у вас на Земле тоже балуются подобными вещами.

Он протянул руку, проведя большим пальцем по моим губам.

В нашей культуре намного проще относятся к сексу. Это всего лишь ещё одно удовольствие для тела. Как хорошая еда или… вино… или пробежка. Нежеланных брошенных детей — как у вас — у рашианцев не бывает, так почему бы не сделать приятное друг другу.

— Друг другу? — хмыкнула я. — Вроде бы, приятное делают только девушки — танцовщицы.

— Это самки из нижних социальных слоёв, — кивнул Кейн. — Шанс, что кто-то из них окажется Цветком жизни — минимален… А потому надо пытаться найти мужа через кровь. Это самок из высоких и родовитых Домов возьмут в невесты только из-за крови; этим самкам приходится ловчить, чтобы оказаться при муже.

Одна из девушек танцовщиц, посасывая палец, призывно смотрела на капитана… который, кажется, уже расстегивал ширинку.

— Мы можем уйти отсюда? — спросила я. судорожно выдохнув. Кейн неотрывно смотрел мне в лицо.

— Ты этого и, правда хочешь?

Казалось, я уже слышу причмокивание женских губ совсем рядом.

— Да, хочу…

— Как скажешь, — кивнул Кейн, поднимаясь из-за стола. — В конце — концов, наглядное пособие нам не нужно.

И коротко распрощавшись с присутствующими, Кейн потащил меня к выходу, на ходу, то и дело, украдкой, оглаживая мои бёдра, задницу… и даже грудь.

— А ты тоже… с ними? — махнув головой в сторону оставшегося позади зала, снова спросила я. — Также?

Кейн пожал плечами.

— Для нашей расы, в этом нет ничего постыдного. Как для тебя выпить чашку кофе.

Я качнулась, чуть не упав: с ужасом представляя себе свою дальнейшую жизнь с Кейном.

— Нет, Алёнка, — схватил меня на руки рашианец. — Всё не так… Признаюсь, когда мы только познакомились, я пытался спустить пар в одну из подвернувшихся девиц. Но когда мой ствол засосали чужие губы — не твои — когда я услышал чужой — не твой — стонущий голос, мне захотелось разорвать ту, что посмела занять твоё место…

Слышишь, девочка? Мне никто не нужен, кроме тебя…

Непонятно как мы оказались в нашей спальне — и Кейн своим привычным способом — разрезав платье на ленты, снял с меня одежду. Я чувствовала его возбуждение: его каменный член, колом выпирающий из брюк; слышала его отрывистое дыхание… Понимая, что сегодня ещё слишком рано для повторения вчерашних игр. он просто терся об меня, пытаясь получить освобождение. И я решилась.

Наваждение ли это было или возбуждение от вечера, барабанных ритмов и плясок… а может, всему виной тот напиток, который я пила в течение ужина?

Так или иначе, я слышала Кейна — слышала его прерывистое дыхание и вспоминала то признание, которое он сделал несколько минут назад.

Скользнув по кровати вниз, я оказалась как раз напротив его возбуждённого, покрытого небольшими твёрдыми пластинами, члена.

Не зная, что мне надо делать, я какие — то мгновения гипнотизировала красную головку члена своим взглядом. Набравшись смелости — приблизила к нему своё лицо и лизнула, тут же отпрянув.

Смешок Кейна привёл меня в замешательство.

— Давай сделаем по — другому, — предложил он, меняя нас местами. Теперь он лежал на кровати, а я находилась напротив — со своей сложной миссией.

Понятия не имея, что делать дальше, я растерянно посмотрела на Кейна, который, казалось, упивался моей беспомощностью.

Ну да, его родители не уберегали от ранней беременности.

— Возьми его в руку, — приказал Кейн, сверкая расплавленным серебром во взгляде.

Я послушно выполнила указание, осторожно обхватив ладонью его член… который практически пульсировал в моей руке.

— Вот так, — прошипел сквозь зубы Кейн. — А теперь пройдись язычком по всей длине… познакомься с ним.

Если бы кто-то ещё полгода назад сказал мне, что я сама, по своей воле… В голову лезло всякое, вроде самого примитивного: меня взрослые учили не брать всякую бяку в рот. И вообще, это же не может быть чисто… Но, с другой стороны, все это делают. Все.

Кейн, застыв на кровати словно мраморная статуя, дышал тяжело и прерывисто…

Черты его лица заострились и стали не совсем человеческими, а руки… руки — когти, впиваясь в матрас, рвали его на куски.

Я сделала глубокий вздох и… высунув язык, принялась ласкать член Кейна так, как будто он был огромным новогодним леденцом. Сверху вниз — облизывая всю длину его ствола и обратно наверх — к круглой толстой головке. С каждой лаской, с каждым прикосновением моего языка, член Кейна понемногу менялся — всё больше становилось ребристых пластин, выступающих на его коже. Но Кейна это совсем не смущало.

— Да… милая, — шипел он, закрывая глаза от удовольствия. — Да… Этого стоило ждать. А теперь возьми головку в рот.