Жена Наследника (СИ) - Лошкарёва Виктория Витальевна - Страница 15

Стоило мне лишь сделать пару первых робких движений ртом, как Кейн не выдержал: зарычав, он прижал мою голову к своему паху, в то же время вбивая свой член внутрь моего горла. Однако это длилось лишь мгновение: снова поменяв места, Кейн каким — то образом навис надо мной с горячим не совсем нормальным взглядом. Разводя мне ноги в стороны, он уже пристраивался между моими бедрами, пока, выругавшись на рашианском, не навалился на меня сверху.

— Прости, я совсем забыл… — и принялся двигаться на мне, с бешеной скоростью доводя себя до оргазма. Его возбуждённый член терся об моё обнажённое тело, его руки и губы были повсюду… Я уже сама не знала, где я — а где Кейн. Наконец, мой захватчик сильно содрогнулся — и по моему животу на тонкие — из незнакомого материала — простыни — потекло белое семя…

Когда я открыла глаза в следующий раз, из «окна» по прежнему виднелся бескрайний черный космос с миллиардами звёзд; недавно родившихся и тех, которые давно погасли, оставив после себя только свет, летящий к нам через тысячи лет.

Проснулась я полностью обнажённой: ни одеяла, ни покрывала, то тонкой простыночки… Однако прохлады в комнате совершенно не чувствовалось… скорее наоборот — со сна казалось, что в спальне если не жарко, то уж точно очень тепло — и всё из-за спящего инопланетянина рядом. Крепко прижатая спиной к широкой груди Кейна, я не могла ни отстраниться, ни вырваться: его рука по — хозяйски обнимала меня за талию, а нога оказалась перекинутой через мои ноги.

Надёжно зафиксирована — и не вырвешься…

Кроме всего прочего я вдруг почувствовала своей пятой — ничем не прикрытой — точкой — «боевую готовность» спящего Кейна.

Я замерла, глядя в «окно» станции… Казалась бы: после всего, что было прошлым вечером, глупо чего-то стесняться… Почему же так ужасно стыдно?

— Невинный цветочек, — пробормотал во сне Кейн, — надо будет твоим родителям страну подарить… или континент, какой — пусть правят. Хорошую дочку воспитали… А правила я изменю… Введу домострой…

Повернувшись под тяжёлой — не совсем человеческой рукой — я взглянула на спящего Кейна.

А ресницы у него длинные — длинные…

— Спи, Алёнка, — велел сквозь сон мой инопланетный супруг. — Завтра будем ночевать уже на Д’архау.

Глава 4

Это неправда, когда говорят, что с маленькими детьми не надо путешествовать.

Надо. С маленькими, с большими, со средними — со всякими. Дети ведь как губки — чем наполнишь, то и впитают.

В свои двадцать один, я прекрасно помню ту единственную нашу короткую поездку на юг — не в Сочи, конечно, не в Геленджик, а в маленький Ейск, где поезд останавливался прямо на путях, а море было совсем не солёным.

В тот год отец хорошо подхалтурил у одного фермера, разобравшись и наладив ему заграничную технику, пришедшую почти без сопроводительных документов — компания — поставщик предлагала прислать фермеру своего специалиста, выставив просто заоблачную стоимость за его работу. Как уж тот фермер узнал про папу — я не в курсе, знаю только, что оба (и отец, и фермер) остались довольны сотрудничеством. Хозяйство фермера до самого моего отъезда в Америку цвело и процветало, а папа… папа, съездив в Смоленск за видеомагнитофоном и новым телевизором, в тот же самый день принёс билеты на море…

Как рассказать про то, как я впервые увидела деревья магнолии или растущие прямо в городе абрикосы… Про южные ночи и жаркие краснодарские дни? Это было настолько необыкновенно, настолько отличалось от нашей местности, что воспринималось всё как сказка или волшебный сон. А потом было море.

Неглубокое, несолёное Азовское море — и маленький пляж, с которого я никак не хотела уходить…

Море — манящее, таинственное, зовущее…

Если честно, то гавайский остров, куда меня отвёз Кейн после плена на корабле, я почти не запомнила. То ли из-за вмешательства самого Кейна (он тогда активно «ограждал» меня от плохих мыслей и воспоминаний, используя свой родовой дар внушения), то ли из-за собственного тогдашнего состояния…Когда мир внутри тебя весь сломан, невозможно наслаждаться красотами мира снаружи.

Я закрыла глаза и тяжело вздохнула. Д’архау. Что меня там ждёт? Тропический рай с бескрайним теплым океаном или…

Кейн ещё за завтраком будто бы невзначай поинтересовавшись, что я знаю о Д’архау, принялся дополнять «уроки» Джессики своей, закрытой информацией — той, что не распространялась дальше императорской семьи.

Как я уже знала со слов своей статс — дамы и учительницы в одном лице, Д’архау — планета особая, и там не работают привычные технологии, заставляя рашианцев приобщаться к ручному труду… ну, или приобщать для этого другие народы.

Последняя произнесённая фраза заставила меня вздрогнуть: я ведь не понаслышке знала, как рашианцы «приобщают к труду» других… Однако Кейн, подтянув меня к себе на колени, осторожно заметил:

— Алёнка, мы не созданы ни для земледелия, ни уж тем более для собирания… Мы-хищники. После того, как мы с тобой побываем на Рашиане, ты поймешь меня лучше, но пока просто поверь на слово. Рашианцы не созданы для того, чтобы заниматься подобными вещами.

— А люди? — прищурилась я. — Люди созданы?

Кейн пожал плечами.

— За исключением редких сообществ, большинство ваших народов как раз и занимались выращиванием сельскохозяйственных культур. Более того, этого труда настолько не хватало жителями мегаполисов, что они прибегали ко всяческим ухищрениям, чтобы применить этот почти атрофировавшийся навык в неестественной для людей среде каменных джунглей, создавая маленькие садики, огороды в горшках — и какие — то невероятные теплицы на балконах и лоджиях…

— А сами дархийцы? Как насчёт коренных жителей?

— С каждым веком они становятся всё более пассивней и всё более равнодушней к своей планете, — пожал плечами Кейн. — В них нет агрессии, как в людях, но они и не борцы… При этом мы, насколько смогли, сохранили их культуру и общество от своего вмешательства. У дархийцев даже имеется собственный шаман и вождь в одном лице. Несмотря на то, что шаман подчиняется наместнику императора, во многом он независим в своих действиях и часто действует наравне вместе с наместником. Ты это ещё увидишь, когда мы прилетим.

— А наместник? — поинтересовалась я. — Джессика сказала, что это один из представителей родов Совета, наследник высокого рода.

Кейн кивнул.

— Уже больше десяти лет должность императорского наместника на Д’архау занимает Саар Дгррррааахр — ставленник отца. Что ты должна знать об этом рашианце: родившись через договорной брак, Саар не получил никаких признаков высокого рода. При этом у Дома Дгррррааахр нет других наследников — и фактически, род остаётся Высоким только пока жив его отец.

Нахмурившись, Кейн добавил:

— У нас не жалуют слабых, родившихся в роду — и в тоже время без рода — детей: большое будущее им, как правило, не светит. Не потому что мы плохие, — Кейн внимательно взглянул на меня, — просто никто не имеет права рисковать империей, посылая на задания слабых… Однако с Сааром произошла другая история. Когда он родился, его отец, понимая, что другого наследника у него может уже не быть — и возможно даже, не желая рисковать вновь, принялся за воспитание своего «пустого» сына. Более того, ему помогал его лучший друг — Террен из рода Радраддрашр, который к тому времени тоже не имел прямых наследников.

Программа, что создал Террен, помогла Саару «приспособиться» к нашему миру.

Нет, он конечно никогда не сможет конкурировать ни с одним из «одарённых», но выжить в джунглях и даже самому принести добычу у него получилось без проблем… Кроме физических тренировок, отец Саара много уделял тренировкам ума — а потому, Саар нередко уходил от прямых стычек, используя лишь хитрость и смекалку, которая частенько компенсировала ему отсутствие необходимой силы.

Именно это привлекло, в конечном счёте, к Саару внимание моего отца.

— Его хитрость? — переспросила я, Кейн коротко поцеловав меня в плечо, кивнул.