Воин темной планеты (СИ) - Карвен Анна - Страница 43

Я дрожу и не из-за холода. Тепло Тарака распространилось внутри меня, вплоть до пальцев ног, и любой намек на холод, который я чувствовала, исчез.

Он убирает руку с моей задницы и снимает мои очки, погружая меня в темноту.

— Теперь давай продолжим с того места, когда нас так грубо прервали. — Звук его голоса и ощущение крепкого тела, прижатого к моему, становятся моим якорем в темноте. Я сжимаю пальцы вокруг его жесткой длины и, слегка сдавливая, скольжу рукой вверх и вниз.

Он стонет — низкий, грубый звук — затем нежно целует меня в вершинку уха. Медленно покусывает и сосет чувствительную кожу. Тарак прокладывает дорожку поцелуев вниз по моей щеке, через подбородок и достигает моих губ. Его язык встречает мой, настойчивый и жаждущий.

Затем он раздевает меня. Снимает с моих плеч сказ-шубу, серебряный пиджак и эластичный термотоп под ним. Я поднимаю руки, и когда он снимает все через голову, мои груди освобождаются. Тарак обхватывает горячим языком один сосок, рыча от одобрения, когда тот становится твердым. Он делает то же самое с другим соском, потом проводит дорожку из теплых поцелуев вниз по моему животу, когда я выпускаю его член из рук. Должно быть, он сейчас на коленях, но не могу сказать наверняка. Я ничего не вижу.

— Что ты делаешь?

Я задыхаюсь, поскольку желание переполняет меня. Чувство изысканного, эротического напряжения поднимается в моем лоне и медленно расползается, вызывая нежную боль между ног.

— Женскому телу следует поклоняться, — говорит он тихим голосом. — Особенно твоему.

Оу. Генерал точно знает, что сказать. Я выдохнула от предвкушения, когда он начинает стягивать мои штаны и оба ботинка с величайшей осторожностью.

Он полностью раздел меня. Я стою голышом в салоне, окруженная чернильной чернотой, за исключением вспышек нескольких случайных лампочек на контрольной панели.

Мы летим над замерзшим морем, а я голая.

Я не вижу его лица и не могу прочитать его выражение. Всё, что я знаю, это то, что он следит за мной из темноты.

Руки и губы генерала исчезли. Мне нужно его прикосновение. В тот момент, когда я больше не могу этого выносить, он подходит ко мне сзади, обвивая меня своим большым теплым телом.

Его эрекция давит на мою спину, и он притягивает меня к себе. Наша голая кожа соприкасается, вызывая острые ощущения внутри меня. Я совершенно голая, но совсем не чувствую холода.

Его коварные пальцы раздвигают складки моего лона и проникают внутрь. Мой мужчина использует два пальца, растягивает меня, найдя меня уже влажной и готовой. Он поглаживает внутри, нащупав ту самую точку, и я извиваюсь, вжимаясь в него. Тарак обнимает меня другой рукой за талию, его мышцы сжимаются, когда я плачу от удовольствия, изгибая спину. Он ласкает меня сильнее, быстрее, пока я не взрываюсь, переполненная чувственным жаром, подрагивая всем телом.

Как только начинается дрожь, Тарак отстраняется от меня, исчезая во тьме, оставляя мое тело беззащитным.

— Ох, ты и твои несправедливые преимущества, — стону я. Не вижу его; не слышу его. Куда он ушел? Этот хитрый и коварный мужчина. Как он может оставить меня в таком состоянии?

Я вытягиваю руки перед собой, но мои пальцы обнаруживают только холодный воздух.

— Ты…

Тарак целует меня прямо там, у входа в мое лоно.

О Юпитер, что он делает? Генерал стоит на коленях передо мной? Я касаюсь его головы, мои пальцы заутались в его мягких коротких волосах. Его язык скользит по моему клитору, проникая глубже между моих складок, а затем снова возвращается.

Назад и вперед — это так хорошо, что я сейчас на небесах.

Он нежно сосет мой клитор, вызывая напряжения в моем теле. Тарак растягивает мое удовольствие, дразнит мою чувствительную плоть, его язык скользит по ней короткими, размеренными движениями.

Его грубые руки ласкают мои бедра, и я дрожу, когда он подводит меня к грани.

Он ласкает ту самую точку с нужным давлением, уговаривая мое тело ответить.

Я никогда не думала, что это может чувствоваться так хорошо.

Я не могу видеть в темноте, но чувствую его, и его богатый мужской аромат затопляет мои чувства. Я тону в ощущениях.

Я достигаю самого края и больше не контролирую свое тело. Волны блаженства обрушиваются на меня — каждая больше, чем предыдущая, и я едва держусь, когда мои ноги превращаются в желе, а тело — в дрожащий, беспомощный, чудесный беспорядок.

Я благодарна, что мы летим по середине нигде, потому что когда прихожу в себя, всё ещё кричу.

Причем достаточно громко, чтобы сорвать крышу с этой долбаной штуки.

Тарак

Моя женщина стонет от удовольствия, и это самый приятный звук.

Я встаю, смакуя её вкус на языке. Она находит свое освобождение, прижимаясь ко меня, теплая и мягкая, и, несомненно, женственная. Я вдыхаю её богатый, сложный аромат — пьянящий запах её возбуждения.

— Ты моя, — рычу я, наслаждаясь её видом. Эбби смотрит вдаль, её глаза расфокусированы в темноте. Я прекрасно её вижу, но она не видит ничего. Она великолепна, и она моя, чтобы наслаждаться. Я обнимаю её, оценивая внешний вид. Красный румянец рдел на её щеках, а губы слегка приоткрылись. Её полная грудь поднимается и опускается в мягком ритме, дыхание учащенное.

Она невероятно отзывчива на мои прикосновения, и это радует.

Я возбужден до такой степени, что это почти болезненно, и испытываю желание взять её немедленно, жестоко трахнуть её и удовлетворить свою жажду, но отступаю, не желая пользоваться случаем.

Я веду её по полу, подхожу к креслу пилота и сажусь.

Эбби подхватывает идею и, восхитительно покачивая бедрами, взбирается на меня. Она ориентируется, используя прикосновение, прижав ладони к моему лицу. Её маленькие, проворные пальцы скользят по моим щекам, и она кладет два пальца в мой рот. Я сосу их, и она улыбается.

Выражение её лица и хитрое, и очаровательное одновременно, что невероятно сексуально.

Она знает, насколько сильное влияние оказывает на меня. Эбби самодостаточна и уверена в себе. Я никогда не видел ничего более прекрасного.

Одна её рука опускается вниз, к её влажным складкам. Пока я сосу её пальцы, она ласкает себя, вздыхая, а бедра покачиваются вперед и назад. Это заставляет меня хотеть её ещё больше.

Это вообще возможно?

Мой член напрягается, становясь невыносимо болезненным. Она даже не притронулась ко мне, а я уже такой. Я издал низкий, глубокий рык, выражающий мой голод.

— Спокойно, большой мальчик, — дразнит она. Эбби приближается и направляет меня внутрь себя. Я стону, когда вхожу в нее.

Это чувство неописуемо. Это всё, что я себе представлял, и даже больше. Она берет контроль на себя, двигаясь в медленном, пульсирующем ритме. Я закрываю глаза и позволяю ей взять верх.

Она точно знает, что делать.

Мягкие вздохи слетают с её губ. Когда она увеличивает скорость, я обхватываю её попку, направляя движения. Она находит чувствительные припухлости моих регенерирующих рогов и ласкает их, выводя меня на следующий уровень удовольствия.

Мы двигаемся в едином ритме, и я больше ничего не знаю, кроме её ощущения, голоса, аромата и её вкуса.

Я ничего не знаю, кроме моей собственной дикой потребности.

Я поднимаюсь и притягиваю Эбби к себе, наши тела всё ещё переплетены. Я глубоко внутри нее, когда легко поднимаю её, а её ноги обвиваются вокруг меня. Поворачиваюсь и трахаю её на приборной панели. Она тяжело дышит, сладкий голос охрип от удовольствия.

Откидываю её волосы назад и всматриваюсь в её лицо, очарованный этими замечательными глазами. Мое ночное зрение острое, но в отражающемся свете звезд её зрачки кажутся бездонными.

Я смотрю в её лицо, когда толкаюсь сильнее и глубже. В её выражении отражена вселенная эмоций. Она уязвима, но сильна, сложна и чиста.

В этом вся её природа человека.

Оргазм зарождается глубоко внутри меня и накапливается, поглощая всё внутри, заставляя меня рычать, когда достигаю места, о котором даже не подозревал.