Лорд, который влюбился 2 (СИ) - Гаврилова Анна Сергеевна - Страница 63

Я говорил, говорил, говорил… Рассказал обо всем, включая ситуацию с колонной и даже коснулся вопроса с Джиффилин. Эрика при упоминании бывшей любовницы поморщилась как от ведра лимонов, я же старался быть максимально корректным и искренне надеялся, что малышка Тизар поймет.

Вроде поняла… Погрустнела на какое-то время, но в целом отнеслась спокойно. Ее куда больше заинтересовал вопрос расписок, а я, сам не знаю почему, пытался поступить как застенчивый школьник — скрыть свою причастность к истории.

Увы — или наоборот к счастью? — фокус не прошел, после серии уточняющих вопросов Эрика раскусила, и я сильно пожалел о том, что между нами стол и уже опустевший кофейник. Просто не будь стола, она бы точно бросилась мне на шею, и тогда…

При мысли о том, что могло бы быть тогда, тело встрепенулось — пришлось немедленно брать себя в руки и вспоминать ледяной душ, с которым я за последние несколько недель буквально сроднился. Следом подумалось, что если так пойдет и дальше, то мне и простудиться недолго. Интересно, как Эрика отнесется к хроническому насморку у жениха?

Подумал, отмахнулся от этой глупости и вернулся к разговору. И снова: я говорил, говорил, говорил…

В какой-то момент Эрика забыла про свой любимый этикет и, вскочив, закружилась по комнате. Я тоже на ноги поднялся и, не выдержав этого зрелища, принялся изображать врача.

— Эрика, успокойтесь, пожалуйста, — попросил я строго. — Вам сейчас нельзя волноваться и бегать тоже не следует.

А в ответ:

— Магистр, можно вас обнять?

Хм… Хм-хм…

— Лучше не надо.

Эрика заметно погрустнела, а я собрал волю в кулак и сделал все, чтобы этот разговор закончился. То есть озвучил еще одну важную новость:

— Эрика, учитывая все события, ваша практика отменяется, и оставшееся время вы можете провести дома, с родителями.

— Серьезно?

Все. Последний глоток давно остывшего кофе и Эрика умчалась собирать чемодан.

Я дождался пока она будет готова, лично довел до телепортационного зала, потом… да, тоже переместился в родовой замок семьи Тизар, дабы убедиться, что благоверная добралась нормально. На этом терпение закончилось — я поцеловал девичьи пальчики и вернулся в Цитадель со жгучим желанием как можно быстрее завершить дела.

Заглянув на минуту к Брэндеку, одернул мундир и отправился к генералу. Ну а очутившись на коврике, расстеленном перед столом начальства…

— Пришел просить об отставке? — прозвучало насмешливое.

Я выдохнул и кивнул.

Генерал улыбался — будучи человеком опытным, давно понял, к чему идет дело.

— И куда ты намерен податься? — прозвучал новый вопрос, и тут же продолжение: — Подожди. Не спеши. Дай угадаю. Ты собрался стать преподавателем?

— Так точно, — выдохнул я.

— И надолго?

— Лет этак на пять.

Генерал довольно улыбнулся. Вернее, слишком довольно — он любил угадывать.

Зато следующий вопрос лично мне удовольствия не доставил:

— А свадьба-то когда?

Я поморщился и даже скривился.

— По уму надо бы через пять лет, но…

— А ты выдержишь? — веселье, прозвучавшее в голосе генерала, было неуместным. Но я бы на его месте тоже веселился!

— Вряд ли.

Мне подарили прямо-таки запредельную улыбку и сказали:

— Составляй рапорт. Подпишу. — И после паузы: — Но если передумаешь или просто захочешь вернуться, мы тебя ждем.

Эрика Тизар

Несколько дней проведенных дома стали настоящим подарком. Я успела не только порадоваться хорошим новостям, вдоволь покрутившись на пятке, но и осмыслить все, что произошло.

Сперва осознавалось плохо. Рэйн будто высыпал на голову мешок камней — именно такими были ощущения от того разговора в лазарете. Слишком много новостей и слишком много открытий. После такого сложно прийти в себя.

Предательство Иверса, подлость Диверика, паучья сеть, раскинутая Виртом при помощи Акстеров… Нападение на Хранителя, перевоплощение Ютаса и попытка превратить Рэйна в марионетку, через наполненную мертвой магией иглу…

Это было дико и странно, и мне действительно требовалось время, чтобы осмыслить. Сначала я металась, а потом пришло спокойствие. Все как будто встало на свои места.

Даже роль Грэгстора от ухмылочки которого когда-то подгибались ноги, стала восприниматься как-то совсем просто. Разумеется, было жаль, но не настолько, чтобы признать себя неудачницей, за которой ухаживали с единственной целью — заманить в ловушку в нужный момент.

Что по-настоящему задело, так это смерть Ютаса — мы не были близки, но прошли через многое как члены игровой команды. К тому же именно он помог обрести настоящую силу, которая… ну, фактически именно она нас всех и спасла.

Но главным и самым трудным открытием стал поступок Шейна. Я сначала не понимала, вернее просто отказывалась понимать. Долго обсуждала с родителями, слушала их доводы, а еще пробовала представить себя на месте прадеда. Успокоилась тем, что даже если Шейн ошибся, он принимал решение, которое казалось на тот момент самым лучшим. Ведь действительно хотел как лучше. Более того, пытался защитить!

А теперь, после того как блокировка исчезла… Как выяснилось, после самого первого визита Рэйнера, папа заинтересовался и поднял все сведения по теме. Теперь он безапелляционно утверждал, что если блок снят хотя бы с одного, то все, блокировки считай и не было никогда. То есть следующие поколения блокировка уже не затронет — можно выдохнуть и, как сыронизировал папа, рожать спокойно.

Я шутку… нет, не оценила. И не поняла, почему они с мамой так пристально и с такими улыбками на меня посмотрели.

Нет, намек-то ясен, но я, если кто забыл, адептка первого курса и замуж пока не собираюсь. Да и за кого идти-то? Никто ж не зовет. Магистр Варкрос всех, включая даже корыстного Грэгстора, распугал.

Кстати о магистре… Уж не знаю каким образом, наверное через Ковен, до папы долетела новость, что Рэйнер уволился с военной службы и продлил контракт с Академией Ривенстэйл, и что теперь он станет не замещающим, а основным преподавателем по ПОБЗу.

Лично я не порадовалась. То есть сердце-то запело, но песня получилась грустной, потому что, наблюдая Рэйнера Варкроса каждый день, от любви к нему не вылечиться. А мне очень хотелось забыть про эти чувства и просто жить!

Была, конечно, надежда, что влюбленность пройдет за отведенные дни отдыха, но увы — не вышло. Отправляясь в академию, я решила быть спокойной, твердой и держаться от Рэйна подальше. Кто знает, может, раз Грэгс с горизонта исчез, на этом самом горизонте появится кто-то еще? Кто-то приличный и искренний. Ведь говорят же, что природа не терпит пустоты.

В общем, в последний день каникул я вернулась в академию. В общежитии, в маленькой башне, отведенной под нужды прекрасной «половины» факультета Боевой магии, было на удивление шумно. Вернее, шумели на нашем этаже и я, поднявшись, сразу бросила чемодан и поспешила к Ками — это из ее комнаты доносились голоса.

Стоило войти, как девчонки заметили и встрепенулись.

— Ну что, тебя можно поздравить? — спросила Лисента, а я уставилась удивленно.

Подруги узнали о том, что произошло на границе? Но как? Ведь Рэйнер сказал, что в интересах следствия оглашение новостей отложат на пару недель.

На те же пару недель откладывалось и обнародование истинной истории первого поединка с Верховным. Того самого, где, как выяснилось, дрался вовсе не Токс Акстер, а Шейн Тизар.

Впрочем, выражения лиц подруг моменту не соответствовали — никакой серьезности, изумления или испуга. То есть речь явно шла о чем-то еще, о чем-то мне неведомом.

В итоге я спросила:

— Вы про что?

— Ой, только не надо прикидываться! — воскликнула Камея радостно.

Я растерялась, и это было заметно, и тогда меня прямо-таки убили:

— С помолвкой. Мы поздравляем тебя с помолвкой, Эрика!

— Какой еще помолвкой? — выдохнула я.

Повисла пауза. Девочки переглянулись и Амелин спросила: