Дом серебряной змеи (СИ) - Волк Саша - Страница 120

— Вы не поверите, мистер Поттер, для выявления настроения.

— Жертвы, сэр? Или ее ближайших родственников?

— Видимо, моего… Для начала. И так… Мистер Поттер, я не спорю, что вы, скорее всего, полный рецепт видите впервые. Но про отсутствие ваших консультаций можете не отнекиваться! Вымоченный тис — точно ваша идея. Да и заунывник с мозгами лягушки, думаю, тоже… И какой же рецепт был изначально?

— Сэр, я это точно не консультировал!

— Я знаю. Зато консультировал по зелью, добавленному этими олухами своим однофакультетникам вчера! Вы весь факультет поставили на уши! У бедной Минервы чуть сердечный приступ не случился! А вы! Подлить неизученное зелье детям! Детям!

— Сэр! Мы вчера никому ничего не подливали! И это зелье не варили! Где нам взять оборудование для этого? У вас просить?

— А где вы варите другие свои экспериментальные зелья? Вы совсем сдурели?! — и уже тише, садясь обратно на стул. — Я никогда не думал, что мои ученики будут мне так врать… Вы хотите, чтобы я вам мозги вывернул? Что было в первоначальном рецепте? Один тис заставляет задуматься об отсроченных последствиях для неокрепших детских организмов! Чего мне еще от вас ждать? Ну! Рецепт! Быстро!

— Сэр, рецепт у вас. Его мы не варили. Мы не понимаем, чего вы от нас требуете, — ушли в глухую несознанку Уизли. Да и Гарри стоял, не отсвечивая, пытаясь вспомнить, было ли что-то в первом рецепте с отсроченным действием.

— Значит, так, да? — Северус схватил рецепт. — Медовая вода, тис… Написаны уверенно. Принимается… вулканический камень, глизень, кровь саламандры написаны неуверенно, видимо, сомневаясь или подбирая. Пропорции тоже уверенные. А что тогда может быть в таком сочетании, если третий компонент — камень, истертый в пыль. Заунывник дает эффект кошмаров. Его надо усилить, но соблюсти условие ограниченного воздействия по времени… А это… Это гусеница и… да… именно… мозги лягушки… Так… Остался камень и животный яд, нейтрализованный чем-то… Что там было в свойствах еще? Быстрое разложение в крови? Глизень сойдет… Но лучше… лучше кильмарник с моли… А закрепит все это… закрепит… малахит? Нет, он в крови такой яд синтезирует… Горный хрусталь? Нейтрализует все остальное… Лунный камень? Хм… А что… скорее всего он… И стабильно… и уравновешивает… И так, что получается? — Гарри и близнецы поражено смотрели друг на друга и на своего Мастера: с ходу вычленить рецепт… Ой. Что будет… — Медовая вода; тис, вымоченный; лунный камень; яд кильмарника, нейтрализованный молью; заунывник; гусеница; мозги лягушки… Что, ученики… Не ожидали, что я раскрою ваш рецепт? Не ожидали… Глаза вас выдают… Сколько вы им налили, мистеры Уизли?

— Кому, Мастер?

— Вашему брату, Рональду Уизли, и Гермионе Грейнджер. Сколько этого варева они выпили?

— Мы не подливали ничего, сэр…

— Вы… — взбешенный Северус, мягким, плавным движением поднялся со стула и с грацией ядовитой змеи перед броском оказался рядом с ними, — вы… ничего… не делали… Но… рецепт вам знаком… всем троим. А вы… — он вдруг резко замахнулся и с силой опустил тяжелую руку чуть ниже спины одному из близнецов, вызвав протяжное: «За что, сэр?», — не понимаете, — еще один замах в сторону второго близнеца, — что… тис… — в третий раз прилетает Гарри, — в любом… — еще один шлепок, — я подчеркиваю… в любом состоянии… — и еще раз… — вызывает… — шестой раз, — отсроченный отек легких! Жертвы вы энтузиазма! — в этот раз в цепкую хватку зельевара попали уши близнецов. — Фред, Джордж, вы же сами учили недавно совмещение компонентов и их воздействие на организм! И такое сделать! — он оттащил их на свободное место в кабинете. — Мистер Поттер, прошу вас, присоединяйтесь к нам. Или вас так же доставить?

Гарри с опаской подошел к группе магов. Хоть от декана досталась всего пара шлепков, но попа горела нещадно: рука у Мастера была тяжелой и натренированной.

— Мантии можете снять: они вам сейчас мешать будут. Снимайте, снимайте! Быстрее!

Ребята стянули мантии, недоумевая, что же еще придумал их декан. Почему-то единственной мыслью на троих была порка. Обычная, магловская порка… розгами… или ремнем… Гарри тяжело вздохнул, вспоминая тяжелую руку дяди, пытавшегося с помощью ремня донести до своего племянника мысль о вреде всего «ненормального». Но делать было не чего: спорить с деканом себе дороже. Проверено. К счастью, не им… но бережно передаваемо из уст в уста в гостиной…

— Ну, что побледнели? Как отраву варить и подливать, так все нормально. А как отвечать за это, так «не мой цирк, не мои обезьяны»? Значит так, МОИ… обезьяны… упор лежа приняли, отжались, выпрямились, ответили на вопрос! И так пятьдесят раз! Начали!

Близнецы удивленно смотрели на профессора, стараясь понять, что от них требуется. Только Гарри, знакомый с этим упражнением по магловским урокам физической культуры в школе и продолжившим на тренировках перед фехтованием, спокойно принял упор лежа, выжидая вопрос Наставника.

— Чего ждем? Смотрите на Поттера и делайте так же! Вопрос первый: тис и его свойства!

Следующий час был заполнен размеренным голосом декана серебристо-зеленного факультета, полувнятными ответами учеников, шумным дыханием, просьбами о пощаде — минут через двадцать со стороны непривычных львят. В конце «отработки» близнецы могли только тихо лежать, дыша через два раза. Гарри, более привычный к физическим нагрузкам, тоже устал, но подавал больше признаков жизни. Северус, выждав минут пятнадцать и прочитав лекцию о недопустимости таких экспериментов, еще раз напомнил, чтобы они приносили ему новые рецепты до того, как решат их на ком-то испытать, проверил всех троих диагностическими чарами и выдал каждому необходимые зелья.

— На сегодня все, мистеры Уизли. Рецепт доработать и принести мне. Узнаю, что испытали на ком-то — выпорю. На этот раз розгами, вымоченными в рассоле. Вопросы есть?

— Никак нет, сэр!

— Свободны! — дождавшись, пока старшие ученики вышли из кабинета, он повернулся к Гарри. — Мистер Поттер… Вот от вас я такого совсем не ожидал… — взгляд профессора из стального стал уставшим. — Вы, правда, думаете, что мне нечем заняться, только спасать гриффиндорцев то от стихийных выбросов, то от дурости с заклинаниями, то от таких вот шуток? И уж тем более я могу потратить ночь на варку незапланированных зелий? Мало мне ваших зелий? Потом утром вас, оболтусов, вот учить… Вечерами заниматься с вами… Вы действительно думаете, что мне это так легко дается? Учитывая еще мои обязанности профессора и декана? Я уже просил вас не доставлять мне лишней работы… А вы? Это ваша благодарность за все? Идите в тренировочный зал, я сейчас приду. И подумайте на досуге: как вы, именно вы, можете облегчить мне жизнь… — с этими словами профессор развернулся и слегка нетвердой походкой направился в свою личную лабораторию.

Гарри, пристыженный, с алеющими ушами вышел из кабинета, где его тут же подхватили под руки близнецы.

— Гарри, просто скажи: он с вами всегда такой? Это у вас самое страшное наказание, да?

Глава 17. Слизерин - Гриффиндор. Первый матч сезона

— Гарри, просто скажи: он с вами всегда такой? Это у вас самое страшное наказание, да?

— Нет, что вы. Это он еще мягко. Декан же понимает, что у вас физическая подготовка отсутствует напрочь. А смерти он вам точно не хотел. Но вообще-то, профессор абсолютно прав: это для нас шалости, а для него дополнительная работа…

— Гарри, что ты такое говоришь?

— Они это заслужили!

— Фред, Джордж, я не спорю, что Грейнджер и, простите, ваш брат должны были увидеть, к чему может привести то, чего они так жаждут, но вот за что такое отношение к нашему Мастеру? Не говорите ничего, — Гарри просто сел на пол. — Вы ушли, а он пошел к себе в лабораторию. И знаете, я его таким еще не видел. Таким… уставшим… А ему еще с нами сейчас занятия вести, домашние работы проверять. Я видел несколько работ с вашего третьего курса Гриффиндора… Это просто перевод пергамента. У нас в магловской школе такие работы учителя называли «написать на «отвали», типа «мне все равно, я сделал, а ты читай этот бред». Вы никогда не задумывались, почему он к вашему факультету так относится? Да именно из-за такого пофигизма по отношению к его предмету. Даже на наших занятиях вместо того, чтобы слушать и запоминать, кто-нибудь из гриффиндорцев занят чем-то посторонним. Потом взрывают котлы, свои и соседей, из-за шалостей или не знания материала. Получают травмы, жалуются родителям, что профессор — зверь и не следит за безопасностью на уроках, те давят на Попечительский совет, тот на директора, а директор выносит мозг уже профессору… И из-за чего???