Дом серебряной змеи (СИ) - Волк Саша - Страница 126

— Северус, его надо как можно быстрее доставить в Больничное крыло… Бедный мальчик… не знаю… сможет ли он ходить… Говорила же, что нельзя ему играть! Так нет! Все всё знают лучше…

— А я хочу сказать, — взяла слово мадам Хуч, — что первым снич поймал мистер Поттер. Таким образом, выиграла команда Слизерина со счетом «двести восемьдесят — пятьдесят».

— Трилли!

— Мастер Снейп…

— Быстро и аккуратно мистера Поттера и мадам Помфри в Больничное крыло. Мистер Флинт!

— Да, сэр?

— Факультет на вас и мистере Миллсе, я на вас надеюсь.

— Да, сэр.

Профессор резко развернулся и быстрым шагом направился в замок. Команда осталась стоять на земле, пытаясь осознать, что произошло. Первыми опомнились слизеринцы. Медленно, как в замедленной съемке, весь факультет вставал со своих мест, и над полем раздались первые аплодисменты. За ними в едином порыве начали вставать представители остальных факультетов. Даже гриффиндорцы, не все, но большинство встали, признавая честную победу соперников.

В этот раз обошлось без круга почета над стадионом: команда была подавлена, хоть и пыталась этого не показывать. У всех в ушах еще звучала фраза мадам Помфри, что, возможно, после такого удара, Поттер может и не встать. Поклонившись болельщикам, они ушли в раздевалку, чтобы уже через полчаса всем вместе собраться около постели их самого младшего игрока…

Примечания:

** В первых главах был задан вопрос: с какого перевода взялась мадам Хуч, когда в «официальных» версиях ее называю мадам Трюк. Отвечаю. Не знаю, кто и как переводил, лично меня в школе учили, что имена собственные не переводятся. Поэтому здесь и далее во всех именах, фамилиях и т.п. используется чтение транскрипции с английского. А по-английски она зовется Rolanda Hooch. Как видно, никаких Трюков, а тем более, Самогонов тут нет, и не было. И, соответственно, не будет. Так что… Привыкайте к правильным транскрипциям…

*** Мы в курсе, что Теренс Хиггс был ловцом в команде слизерина, в каноне, но это не канон. Поэтому он ловец у Гриффиндора.

Глава 18. Больничное крыло.

— Поппи, — устало спросил Северус, — какие зелья нужны мистеру Поттеру?

— Северус, успокойся! У меня есть все зелья на такой случай. Сейчас главное устранить последствия анатомического разрыва спинного мозга, пока область травмы небольшая. Вот если поражение перекинется на соседние участки… Тогда точно не встанет.

— А так какой прогноз?

— Честно? Две недели в лежачем состоянии. И это еще при самом благоприятном исходе.

— Все-таки, какие зелья ему нужны?

— Северус… тебе заняться нечем? Отдохни! На тебе же лица нет!

— Поппи, какое лицо? Какое отдохни? Хотел бы… Да, видно, не судьба с этим ребенком! На него же половина зелий не действует так, как надо! Мне ему даже после магического истощения пришлось варить на крови, чтобы хоть как-то помогло! Пока понял, три порции зря извел.

— Ничего себе! — мадам Помфри по-другому взглянула на своего пациента и наложила очередную кучу диагностических заклинаний. — Да… ты прав. Ничего не подействовало. В таком случае, я сейчас напишу список всех нужных эликсиров и мазей в очередности приема. Только, я тебя умоляю! Не вари все сразу! Дни перерыва между приемами я тоже напишу, чтобы ты мог распределить свою нагрузку равномерно! И учти: замечу, что ты не ешь и не спишь, ляжешь на соседнюю койку! И не выпущу, пока не вылечу!

— Да, это страшная угроза, — ухмыльнулся зельевар. — Давай список. Раньше начну, раньше поможет.

Поппи ушла в свой кабинет, обдумывая, что и в каких количествах пригодится, а Северус присел на край кровати и осторожно взял безвольную руку мальчика.

— Гарри, Гарри. Что же ты делаешь, чертенок? Я же просил быть осторожным! Не рисковать! Когда ж ты поймешь, что жизнь важнее любой игры? Такими темпами я точно или не доживу до твоего последнего курса, или поседею полностью. И еще не понятно, что будет хуже.

Задумавшись, что сделать с загонщиками обеих команд за провороненные бладжеры, он не сразу заметил, как его магия очередной раз полилась в ядро мальчика. И выплыл из своих мыслей только тогда, когда почувствовал легкое сжатие пальцев ребенка.

— Гарри, если ты меня слышишь и понимаешь, сожми мою руку, — робкое, еле ощутимое нажатие пальцев. –Уже хорошо. Давай договоримся, я задаю вопрос, если ответ положительный, ты сжимаешь пальцы. Если отрицательный, то нет, — еще одно нажатие, обозначающее, что его услышали. — Проверяем, что ты чувствуешь из своего тела: ноги? Нет. Руки? Да. Туловище? Да. Спина болит? Да. Грудь? — совсем легкое касание. — И как это понимать? Не сильно болит? Да. Хорошо, хоть чувствуешь. Голова болит? Тоже да. Попробуй открыть глаза, — мальчик сделал видимое усилие, но глаза так и не открылись, а на лице появилась судорога боли. — Все-все, не надо. Я понял, — оглянувшись по сторонам и удостоверившись, что никого нет, он наклонился чуть ближе к нему и обнял, щедро делясь магией. Судорожный вздох был красноречивее всех слов.

Северус с удивлением думал, что толкает его, замкнутого, нелюдимого мизантропа, рядом с этим чертенком быть открытым, переживающим человеком… Флитвик, Поппи и Малфои — единственные, рядом с кем он может скинуть прилипшую намертво маску и морально отдохнуть. А теперь еще этот черноволосый зеленоглазый сорванец, сын его злейшего школьного врага и любимой женщины. Дамблдор был уверен, что такое сочетание заставит его ненавидеть мальчика всей душой, постоянно видя перед глазами напоминание молодости. Однако он очень сильно ошибся. Попади Гарри на Гриффиндор, то, скорее всего, так и было бы, но как декану ему пришлось присмотреться к ребенку. И чем больше он наблюдал, тем больше видел. И количество вопросов, скорее, к миссис Поттер, чем кому-то еще, росло в геометрической прогрессии. Почувствовав, что мальчик спит, он опустил его на кровать, кинул парочку диагностических заклинай, чтобы удостовериться, что магическая подпитка пошла на пользу, и отправился к Поппи, торопить составить список . Он не боялся своего истощения, поскольку на него прекрасно действовали стандартные зелья, а их было сварено с запасом.

— Поппи, ты обещала список.

— Сейчас, сейчас. Я уточняла в справочнике пару назначений. Сам понимаешь, что разрыв спинного мозга — это травма не уровня медковедьмы, тут нужен полноценный колдомедик, — не могла ж она сказать, что с умилением наблюдала за сценой в палате.

— Поппи, не прибедняйся. Ты можешь водить Альбуса за нос, и то это под вопросом, но я точно знаю, что квалификацию колдомедика ты защитила еще семь лет назад.

— Откуда?! Я же не говорила никому!

— Успокойся. Просто одним из комиссии был я. Вопросы о действии ядов и нестандартные зелья. Помнишь?

— А я еще гадала, почему мне кажутся знакомыми фразы. А это был ты… Но… подожди… Каким бы одаренным не был Мастер, … но в комиссию входят лишь Магистры?!

— Ты сама ответила на свой вопрос, — ухмыльнулся зельевар.

— … Северус! Поздравляю! — она сжала его в отнюдь не хрупких объятиях. — Когда?

— Восемь лет назад.

— Ничего себе! В двадцать три?! Монстр!

— А ты только это заметила?

— Только что я заметила, что теперь и у тебя магическое истощение! Марш в кровать!

— Некогда, Поппи. Зелье выпью, а ночью отосплюсь. На меня-то они нормально действуют.

— Держи список. Но, знаешь… Я не понимаю, почему у него такая реакция на зелья?

— Я тоже не знаю. По-хорошему, надо делать полную проверку крови у гоблинов.

— А его не выпустят…

— Да.

— Может, позвать поверенного рода Поттеров сюда?

— Поппи, только под Магическую клятву.

— Клянусь своей магией, что ни словом, ни делом, ни мыслью не выдам услышанного.

— Ты же знаешь, что со своими змейками я стараюсь проводить все ритуалы?

— Конечно.

— Вот и с этим чертенком тоже. К тому же у него предрасположенность к ритуальной магии.

— Чувствуется. Какие проводил? Не бойся, это не пойдет в официальную карту.