Называйте меня Хель (СИ) - "Zaraza takaja" - Страница 129

Совсем крохотный домишко старой постройки, как и все остальные в Северном Вулидже. Света не было ни на первом, ни на втором этажах. Неужели констебль не ночует дома? Беспалочковая Алохомора, и я вошел в темный холл. Но едва переступив порог, вынужден был остановиться, поскольку вляпался в чью-то сигналку явно магического происхождения.

— Ну и кто, интересно, тут такое поставил? — задал я в пустоту риторический вопрос.

— Ну и каво тута принесло? — ответила мне пустота ворчливым голосом. — Джек, ты поглядь, ещё один ведьмак явилсси!

— Не «ведьмак», а «волшебник», — автоматически поправил я, зажигая люмос. — Попрошу не путать понятия.

— Поумничай мне ещё тута! Я те чаво, ведьмака от ворожея не отличу? За тобой вона духи табуном ходять. Всё ждуть, когда на службу призовёшь. Чаво явилсси, спрашиваю, аки к себе домой?

Ещё раз внимательно оглядев комнату, я наконец увидел ту, с которой разговаривал. Малютка брауни, уперев руки в боки, гневно притопывала ножкой на одной из полочек буфета.

— Моё почтение, хранительница, — склонил я голову. — Хозяин-то где?

— Ясно дело, у ведьмы своей. Почитай, с весны дома не ночевает. Но ты не боись, сейчас примчится. Его ведьма тут заговоров пооставляла, чтоб, значитца, ворьё не шастало.

— Ну что ж, тогда я подожду.

Я по-хозяйски зажег свет в гостиной и устроился в кресле. Слова брауни заставили меня призадуматься. У волшебных существ свой собственный взгляд на мир. Все маги для них делятся на ведьм или ведьмаков и ворожеев. И разница между ними в способе управления энергией. Ведьмаки впитывают абсолютно любой тип магии и пропускают её через себя, преобразуя в нужный вид. А ворожеи пользуются потоками напрямую, но только конкретной направленности.

Ворожеи сильнее, но только когда рядом источник, а ведьмаки — универсальнее и выносливее. Большинство Лордов Магии — ворожеи. Они намертво привязаны к своему источнику и отрежь их от родового камня, например, изгони из рода, и они становятся почти сквибами. А вот магглорожденные в своей массе — ведьмаки. И могут «жрать» любой вид энергии.

Поэтому рода так опасливо относятся к бракам с магглокровками. Те могут как насос втягивать в себя родовую магию, причём больше, чем надо. А излишек возвращать обратно, только уже не в «чистом» виде, а с примесями. Сам магглокровка разницы не чувствует, зато другие члены рода страдают. Как будто им, привычным к очищенной бутилированной воде, в рот попадает вода речная с запахом рыбы и водорослей. Вот отсюда и ругательство — грязнокровки. То есть загрязняющие кровную магию. Нивелировать такое загрязнение можно только одним способом — научить брать столько, сколько надо, и не сбрасывать «остаток еды из своей тарелки» в общий котёл.

Я тоже считал себя ворожеем, так как принял в себя род Гриндевальд и создал собственный. Но брауни, они видят меня ведьмаком. С духами мне всё более менее ясно — некромант. А вот над способностью переваривать силу любой направленности нужно подумать.

В этот момент я скорее почувствовал, чем услышал, присутствие двух людей. Видимо, явились хозяева. Да, хозяева явились, а мозг оставили. По-другому я не могу объяснить попытку дамочки запустить в меня Инкарцеро. От летящего луча я попросту уклонился, зато она сама попала под Ступефай.

— Мистер Робертсон, вам не кажется, что нападать на гостей — это неприлично? — громко спросил я, зная, что констебль стоит на верхней площадке.

— Простите, мы думали, это снова тот тип явился, — произнёс, спускаясь по лестнице, Брюс Робертсон. — Не могли бы вы расколдовать Сьюзи? Она просто испугалась.

— Финита! — взмахнул я палочкой. — И в следующий раз, мисс, рассчитывайте свои силы правильно, иначе повторение подобного инцидента однажды может стоить вам жизни.

— Могу я узнать, чем обязан вашему визиту, мистер… Милтон, если я не ошибаюсь?

— У вас хорошая память, констебль Робертсон, — хмыкнул я.

— Сержант Робертсон. После нашей с вами встречи, я получил повышение.

— Тогда, лорд Милтон. Вы правы, жизнь не стоит на месте. Так что у вас вчера произошло, что сработала родовая защита?

— Мой бывший молодой человек попытался применить к Брюсу Конфундус, — скривилась девушка.

— А я разве у вас спросил, мисс?..

— Хант. Сьюзен Хант.

— Так вот, мисс Хант, это мистеру Робертсону я могу простить незнание этикета. Но вы? Плохо учились в Хогвартсе?

— Простите, лорд Милтон. Я не разобралась в ситуации. Вы должны понимать, как многие волшебники относятся к сквибам…

— Давайте не будем… — попросил Брюс, беспомощно переводя взгляд с меня на Сьюзен.

— Вы правы, мистер Робертсон, повод не стоит того. Я лишь зашел выяснить: всё ли у вас в порядке и заодно узнать имя самоубийцы. Если это окажется кто-то из родов — лучше сразу сообщить главе. Не люблю необоснованные претензии постфактум. Итак, я полагаю, мисс Хант мне назовёт имя будущего трупа?

— Дуглас Фейри и он не принадлежит роду. Мы просто раньше встречались и ему совсем не понравился мой отказ.

— Ну что ж, тем лучше, — поднялся я.

Всё что я хотел сделать, я сделал. Показал своё незримое присутствие и заодно скинул с себя головную боль. Действительно, будь он родовым, мне пришлось бы высказать свое «фи» его главе, а так… Но уже открыв входную дверь, я обернулся.

— Советую вам чаще бывать дома, мистер Робертсон. Хранители не любят одиночество. Им нужна жизнь и те, кому они будут помогать. Если вы и дальше не будете тут появляться, то однажды они покинут вас и вы вернётесь в пустой дом. Всего доброго.

Дойдя неспешным шагом до перекрёстка, я свернул на Парковую и уже оттуда аппарировал к себе. А вечером явились Драко и Томми. При этом оба имели такой загадочный вид, что я сразу почувствовал надвигающуюся интригу.

— Ну давайте, рассказывайте, — заявил я, устраиваясь поудобней на диване в гостиной второго этажа.

— Что, вот так просто взять и рассказать? — наиграно удивился Томми. — А как же постулат: кто владеет информацией, тот владеет миром?

— Так я же и предлагаю вам кинуть этот мир к моим ногам! У вас что-то по Лонгботтому?

— Почти, но не совсем, — усмехнулся Драко. — Я тут узнал через свою родню во Франции о семье Трембли. В начале века некая Кларисса Трембли стала супругой Корвуса Лестрейнджа IV и матерью его сына — Корвуса Корвуса Лестрейнджа V, который числится погибшим во младенческом возрасте. На этой трагической ноте обрывается старшая ветвь рода Лестрейндж и следующим лордом становится младший брат Корвуса — Роберт Лестрейндж, отец Родольфуса и Рабастана.

— То есть получается, что Аллену Батлеру родство с Лонгботтомами и Лестрейнджами досталось через Трембли? Про Блэков я уже молчу. В Британии нет ни одного рода, с кем бы те не пересеклись. Ты хочешь сказать, что Батлер — потомок Корвуса Лестрейнджа? Так это прекрасно! Когда ему исполнится шестнадцать, можно будет провести восстановление рода!

— Если его не убьют к тому времени, — фыркнул Томми.

— В смысле? — не понял я.

— В самом прямом. Если Аллен Батлер действительно из старшей ветви Лестрейнджей, то проклятие на нём, которое ты увидел — это обет на убийство.

— А пояснить?

— Юсуф Кама, единоутробный брат падчерицы Клариссы Лестрейндж, принёс непреложный обет прервать линию Корвуса. Если он обет не выполнил, то он перешел на его потомков, которые будут умирать в возрасте сорока лет до тех пор, пока не исполнят обещанное.

— Но ведь о родстве Батлера с Лестрейнджами знаем только мы? Или нет?