Называйте меня Хель (СИ) - "Zaraza takaja" - Страница 130

— Не знаю, — пожал плечами Томми. — Но если это он — его ищут. Это точно.

— И что мы будем делать? — спросил я.

— Род Лестрейндж прервался по моей вине, — нахмурился Томми. — Я не выполнил обязанностей сюзерена, дав им умереть в Азкабане. Если Батлер действительно потомок Корвуса — я не позволю его убить.

***

Ну вот и снова платформа 9 и ¾. Снова детский гвалт, крики сов и книззлов, чья-то перевёрнутая тележка, очередная мамаша, что демонстративно вытирает нос своему чаду, и гордые второкурсники, что честно пытаются левитировать свои чемоданы. Чёт меня на ностальгию пробило. Старею, что-ли?

Сколько раз мы в юности слышим: «Это самая счастливая ваша пора!». Иногда сядешь вечером, вспомнишь, что делал сегодня и думаешь: «Ну и что тут счастливого?» Бесконечная учёба и зубрёжка, придирки учителей, конфликт с друзьями и понравившийся тебе человек совершенно не обращает на тебя внимания… И только спустя годы понимаешь: да, это было счастливое время! Когда тебе не нужно думать о дне завтрашнем: что поесть, чем заплатить за квартиру и как устроиться на работу. Когда все свои проблемы можно было переложить на взрослых, зная, что они пусть и будут ругаться, но никогда не оставят в беде.

Я понял это — поэтому и стремлюсь удержать это время. Не дать ему проскользнуть сквозь пальцы, как вода. Жить сегодня, здесь и сейчас. Как хочется остановить мгновение! Мы все торопимся жить: в садике стать взрослее и пойти в школу; в школе — вырасти и поступить в институт; в институте — сдать экзамены и устроиться на работу… И вот пашешь ты на работе и думаешь: какого лешего мне в садике не сиделось?

— Хель, — ткнул меня в плечо Бирн. — Ты чего тут встал с выражением лица, как у дебила?

— Бирн, не боишься, что за такие слова схлопочешь что-нибудь неприятное, некромантическое и неснимаемое?

— Да ладно, ты же никогда не обижался на правду. А я тебе сейчас правду сказал. Если не веришь, я тебе в Хогвартсе воспоминание скину — посмотришь на себя со стороны.

— А ты чего на платформе ошиваешься?

— Блэка жду.

— Какого? — не понял я.

— Хадара Блэка, он в этом году на первый курс поступает. Вот и мается, бедняжка, на какой факультет ему идти: на Слизерин, как и положено всем тёмным магам, или на Гриффиндор, как ты, леди Блэк и я.

— Да уж, — фыркнул я. — Выбор непростой. Надо будет посоветовать ему слушать Шляпу и не выёживаться. Ну, если, конечно, она не отправит его на Хаффлпафф. Ничего не имею против факультета, но Плодожорку недолюбливаю. Кстати, Солсбери тебе уже сказал, что он у меня в мэноре остался?

— Ага. Забрал моего жениха, а мне теперь бегай на два дома. Точнее, на дом и теплицу! Где ты ему такие «зелёнки» достал, что он когда кончает, названия цветочков шепчет? О, Блэки! Ладно, я пошел подопечного ловить!

Проводив глазами Бирна, я вздохнул и запрыгнул на подножку первого вагона. Вот так и делай людям добро. На один год согласился значок старосты примерить, так и привык он у меня до конца учёбы. А в этот год ещё и Поттера прикрывать придётся… Ну и ладно. Факультет уже не тот, что три года назад. Тогда выгреб — и сейчас справлюсь.

В Шотландии в этот год погода не баловала. Мерзкий холодный затяжной дождь с порывистым ветром заставлял бегом проскочить платформу и скорее скрыться в карете. Но я всё же обернулся и кинул Гоменум Ревелио на состав Хогвартс-экспресс, чтобы никто из учеников случайно не остался в поезде. Трое в тепловозе — это машинисты и разносчица сладостей… Так, а это кто в шестом вагоне?

Выждав ещё десять минут, я снова кинул заклинание. Точно, припозднился кто-то. Уже нет отклика. Заскочив в карету, я решил подождать опоздуна под крышей, но к моему удивлению она тронулась — значит ждать некого. Неужели из первогодок кто-то? Надо будет сказать Красавчику, пусть перекличку устраивает. А то мало ли что…

И вновь Большой зал, парящие свечи и серый свинцовый потолок. Хадара Шляпа всё-же отправила на Слизерин. Да, так лучше, мы с Бирном последний год учимся, а у «любимчика» Томми всё впереди. Не надо думать, Хадар не забыл обещание министра сделать его влиятельным и теперь регулярно достаёт меня вопросом: а на каком поприще его влияние принесёт большую пользу роду? Придумывая при этом всё новые и всё более амбициозные проекты. Ну и ладно, пусть учится. Глядишь, и правда придумает что-то стоящее.

Забрав после застолья учеников в гостиную, я решил навестить Красавчика и напомнить ему про перекличку, заодно и узнать, кто опоздал на лодки. Ага, наивный! Снейп и Поттер сбежали из Хогвартса сразу, как только за ними закрылись двери. А идти с этим вопросом к Плодожорке мне не хотелось. На распределении были все — значит и довезли всех. Ладно, потом спрошу, если не забуду…

========== Глава 66 ==========

С первого дня школьная жизнь закрутила меня, как кота в стиральной машине. Наученный прежним опытом, я теперь не бежал по каждой мелочи к Поттеру или Снейпу — разруливал всё сам. Не только с учениками, но и с преподавателями. А конфликтов хватало: кто-то девушку не поделил и устроил драку с соперником, кто-то, наоборот, жаловался на навязчивое внимание, с кого-то баллы сняли без причины, а кто-то преподам попался после отбоя. Так что родной факультет мне скучать не давал. А уж когда тренировки по квиддичу начались…

— Милтон, почему нам время передвинули?..

— Хель, скажи уже мистеру Шейну, чтобы не давал наши мётлы первогодкам! После них половина прутьев поломана…

— Милтон! У нас игра завтра, а загонщик в больничном крыле. Ну дай ты ему что-нибудь, чтобы три часа в воздухе продержался, а потом пусть хоть сдыхает…

— Хель, ты же пойдёшь смотреть игру? — забил последний гвоздь в крышку моего терпения Скорпи.

— Да провались этот квиддич к дементорам в желудок! — не выдержал я. — Ненавижу учеников, ненавижу квиддич, ненавижу решать чужие проблемы! Свалите уже все на стадион и дайте посидеть в тишине!

Выпнув из гостиной весь факультет в полном составе, я с наслаждением повалился в любимое кресло. И это ещё в Хогсмид пока не выпускали этих обезьян. А там что будет? Всё-таки Дарлинг мне не хватало. Хорошо ещё Поттер со мной посоветовался о кандидатуре старосты у девочек, а то он Лиззке значок отдать собирался. Я тогда вспылил и заявил, что если Лиззка будет старостой, то тогда я свой сниму. Потому что эта «ледя» ударилась из крайности в крайность.

Если на первом курсе это была невоспитанная скандалистка и истеричка, то теперь драгоценная сестрёнка стала снобкой и слишком ярой поборницей этикета. То на неё посмотрели не так, то назвали не эдак, то просто оскорбляют своим присутствием её чувство прекрасного. Вот уж точно: нет праведней монашки, чем бывшая шалава. Так что себе в напарники я выбрал Оливию Нотт, дочку Теодора. Она хоть и старалась, вот только старшие девочки не больно то и слушали четверокурсницу, пока я не вмешаюсь.

Уже на следующей неделе мне предстоит стать героем мультфильма «Обезьянки». Где мамаша-обезьяна пыталась уследить за десятком своих хулиганов. Тут даже следилки не помогают. Они лишь показывают местоположение, но совершенно не мешают вляпываться в неприятности. Так что скакать мне аппарацией по всему Хогсмиду — доказано практикой. Но это на следующей неделе, а сейчас у меня три часа полнейшей тишины и спокойствия.

— Тинки! — вызвал я своего собственного домового. — Бокал вина, мясную нарезку и зелень.