Воскрешающий легенды (СИ) - Ермашев Тимур - Страница 6

— Иди покажи Мирасу пару боксерских хитростей. Нужно, чтобы он победил.

— Эй, а в твоей книге не было волшебника страны Оз? — с иронией спросил друг и, не дождавшись ответа, продолжил: — Вот видишь. А твоему доходяге только он смог бы сейчас помочь. Проще нам тебя против того толстяка поставить.

— Да нельзя меня! Сам бы хотел, но по сюжету положено Мирасу.

Негодованию Максата не было предела.

— Жека, и че ты меня тут лечишь? Сам же говорил: «Большой шкаф громче падает». И ведь падали! При мне «шкафа» три точно упали. Иди поднатаскай малого за пару часов!

Польщенный друг наконец сдался:

— Ладно, хрен с тобой! Зови сюда своего Холлифилда.

Максат с радостной улыбкой побежал к перетрусившему Мирасу, который, не разбирая дороги, плелся подальше от юрт. Когда тот обернулся, Макс был уже рядом. Парни о чем-то зашептались. Наконец Мирас недоверчиво кивнул.

Чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, отошли за аул. Жека встал напротив Мираса. Макс выполнял функции толмача.

— Короче, смотри, Мирас, — начал Жека со своего любимого паразитизма, — с этим жирдяем в ближний бой не суйся. Он, как я понял, борец. Один захват — и ты весь ближайший год тусуешься здесь.

— Жека, я, конечно, тебя дословно перевести не смогу, но смысл постараюсь донести, — заранее извинился Макс.

И перевел. Мирас тут же выпалил:

— А как же тогда быть? Бегать от него?

— Не от него, а вокруг него. Когда сидели, я обратил внимание на его кисти. Они гладкие, как у девушки. То есть кулаками он пользуется редко. Это будет нам плюсом. Макс, скажи ему, чтобы не перебивал меня, — попросил Жека.

Друг выполнил просьбу. Каржас кивнул, и наставления продолжились:

— Встань, как я. Правый кулак — выше. Выше, я сказал! Ноги — шире! Вот так. Теперь чуть согни.

И Жека стал показывать главному герою книги базовые движения бокса. Со временем он стал замечать у своего ученика интерес к новому виду боя. Это было видно по напряженному лицу, с которым Мирас усваивал незнакомые навыки.

Спустя два часа Мирас уже демонстрировал неплохой хук. Который, правда, пока поражал только воздух. Затянувшийся до самого полдника урок прервал кто-то из жигитов Кульмагамбета. Старейшины готовы к зрелищу. Нужно было идти. По дороге Жека положил руку на худенькое плечо новоявленного «короля» бокса и, стараясь подбодрить напряженного Мираса, сказал:

— Не парься. Прорвемся!

Переводить это Максат не стал.

На необычный поединок сбежался весь аул. Даже старухи, и те пришли. Макс, как выяснилось, непонятно когда, но успел договориться с биями, что поединок будет не только в борцовском стиле, но и с элементами кулачного боя. Одним словом, все, как в настоящем единоборстве. Калижан ведь сам хотел проверить подготовленность каржасов к битвам, поэтому возражать не стал. Его увалень сын тоже.

Когда всё, а точнее, все были готовы, бойцы встали друг напротив друга. Амантай оказался на голову выше и почти в полтора раза шире соперника. Всем своим видом он показывал, что не воспринимает поединок всерьез. Не приняв никакой стойки, он отдал инициативу щуплому Мирасу.

Тот встряхнул кулаками, расставил их в точности так, как его учил вице-чемпион Алматы по боксу, и пошел вперед. Амантай лишь усмехнулся и чуть наклонился к земле, широко расставив ноги. Ожидаемой атаки не последовало. Вместо этого, Мирас стал прыгать вокруг противника, делая обманные движения.

Вскоре зрители стали призывать дерущихся к активности. Возгласы негодования перерастали в сплошной гам. Наконец первый удар Мираса достиг цели. Огромный найман не уследил за прытким каржасом, и тот влепил ему с левой руки приличный свинг. Скорее от неожиданности, чем от силы удара, Амантай запрокинул голову, схватившись за нос. Когда он отнял пальцы от ноздрей, на них ярко заалела кровь.

— Молоток, Мирас! — выкрикнул Жека со своего места и заливисто свистнул, чем обратил на себя внимание многих.

При виде собственной крови силач пришел в дикую ярость. Он стал кидаться на дерзкого мальчишку, пытаясь схватить его в тиски своих громадных ручищ. Но юркий малец всегда успевал в самый последний момент увернуться. При этом количество ударов, пропускаемых здоровяком Амантаем, лишь росло. Примерно за две минуты Мирас успел провести еще один свинг, два хука с обеих рук и даже замахнулся на апперкот, который вышел очень корявым. Зато все предыдущие оказались весьма недурны. Это Жека отметил с неимоверной гордостью за ученика. Причем бил «доходяга» по большей части в голову.

Еще минуту спустя палуан стал плохо ориентироваться в пространстве. Было видно, что он окончательно потерял контроль над ходом поединка. Мирас тем временем только наращивал темп, попеременно выбрасывая вперед костлявые кулаки, сбившиеся к тому времени в кровь. Крики болельщиков давно стихли. Слышались лишь возгласы удивления необычной манерой боя гостя.

Наконец раздался звонкий щелчок. Амантай повалился на землю, получив удар в челюсть. Не удержавшись, Жека, как заправский тренер, подбежал к своему ученику. Обхватив тощее тельце, приподнял парня над головой. Жигиты Кульмагамбета ликовали. Старейшина каржасов хоть и старался сдерживать себя, но уголки его губ все же потянулись кверху в торжествующей ухмылке.

Жека поймал взгляд Калижана. В его узких глазах читалось разочарование. А может быть, и большая обида на тех, кто отнял у него миф о непобедимости сына.

Глава 8. Кто виноват?

Глава найманов, хоть и был страшно зол, но все же сдержал обещание. Правда, пойти c каржасами согласились всего три его соплеменника. К ним Калижан присоединил своего сына-великана. Как бы в наказание за позор отца. Так что дальнейшее путешествие продолжили уже не двенадцать, как прежде, а шестнадцать человек.

В путь тронулись рано утром. Солнце только проглянуло из-за холмов на востоке, а небольшой отряд уже был готов выступить.

Надо сказать, вчерашнее поражение Амантая немного смягчило наймана. Два бия пошли на примирение и весь остаток вечера провели в главной юрте.

С сыном Калижан попрощался сухо. Просто протянул ему свою пухлую руку, не сокращая при этом дистанции. Ни один человек так и не узнал, каких усилий стоило отцу это хладнокровие.

Дойдя до Кульмагамбета, найман остановился. Старейшины уперлись друг в друга взглядами.

— Возвращайся живым, брат! — искренне пожелал Калижан. — Мой сын — опытный палуан. Он усилит твой отряд. Хотя, как я убедился, слабаков ты тоже не любишь.

Оба добродушно рассмеялись. Все расселись по коням, и отряд двинулся в путь. Найманов отправили вперед. Они хорошо знают здешние места и смогут разведать лучшую дорогу.

Ехавший во главе основной группы всадников Кульмагамбет хотел побыть в одиночестве. Он намеренно пустил своего скакуна чуть быстрее и дал понять остальным, чтобы те его не догоняли.

«Что же мы за народ такой? — мысленно поражался Кульмагамбет. — Каждый сам за себя. Как в волчьей стае: урвал кусок пожирней — сделай все, чтобы его отстоять. Каждый думает только о себе. Неудивительно, что на наши головы свалился враг. Слишком занятые межродовыми распрями и склоками, казахи стали идеальной добычей».

Сразу вспомнились слова, сказанные Калижаном после четвертой пиалы кумыса.

— Ты не думай, Кулеке, я не трус, — произнес он чуть захмелевшим голосом, вертя при этом толстым пальцем перед самым носом собеседника. — Еще никто не смел назвать сына Амантая трусом. Не могу я с тобой пойти. Двоюродный брат давно косится на мои кочевья. Его жигиты уже несколько раз задирали моих. Без драк не обходилось, но пока я закрываю на все глаза. Если ему станет известно, что я со своими сарбазами уехал с тобой, моему аулу конец. Теперь ты понимаешь меня?

— Я понимаю тебя, брат! — успокаивающе ответил Кульмагамбет. — В том, что происходит, виноваты мы сами. Нам нужен сильный хан, который сплотил бы казахов. Но сначала необходимо отогнать врага от наших границ.