Зов хаоса (СИ) - Сотер Таис - Страница 7

— Так мужа ищет, — простодушно ответил Гиваргис. — Геля у нас сирота, значит, родственники ей нормальную партию не сыщут, а тут всегда есть возможность приличного жениха найти.

В итоге я все-таки уломала мага рассказать мне о местонахождение таверны, где собирается магическая братия, и более того, он лично вызвался меня сопроводить, самовольно покинув рабочий пост. "А что такого? Так обед же", пожав плечами, объяснил он мне, а это, как известно любому магу, дело святое, не поешь — не поколдуешь.

Пожалуй, если бы не Гиваргис, я бы в жизни не нашла это заведение. В Алискане считалось неприличным демонстрировать гражданам и гостям города заведения общественного пользования, поэтому я была не права, посчитав, что увеселений в столице нет. Есть — просто нужно быть местным, чтобы их найти, так как вход в них были очень хорошо замаскированы. Таверна магов, к примеру, находилась в полуподвальном помещении, вход в которое открывался со двора.

Если честно, я не была под большим впечатлением от таверны. Довольно большое, просторное помещение, чистенько, да и только. Узкие, неудобные на вид деревянные скамейки, низкие столики со скатертями в клеточку и поникшими цветами в вазочках производили на первый взгляд убогое впечатление, и на второй, и на третий тоже. И яркое освещение было скорее минусом, высвечивая все недостатки, и отнимая последнюю надежду на создание видимости уюта. Нет, все-таки я была права, решив, что здесь не умеют развлекаться. Местное население, кстати, представленное в виде полудюжины магов разных возрастов и социальных положений, восприняло наше появление с некоторым подозрением, но попыток устроить скандал и вытурить наглую девицу, не было. С хозяином сего заведения вопрос решился тоже очень быстро, стоило только Гиваргису шепнуть ему на ушко пару словечек и сунуть несколько монет ему в карман. Называйте взятки бичом нашего общества, но, на мой взгляд, это скорее двигатель прогресса. Мы заказали чая и традиционного алисканского блюда, представляющего собой помесь рагу с супом, довольно вкусного, кстати, и уселись в самом дальнем углу, чтобы не раздражать местное население.

Через полчаса, ощущая приятную тяжесть в животе, я лениво пила уже успевший остыть чай и начала с любопытством вглядываться в окружающий меня контингент. Четверо магов были мало для меня интересны — целитель средней руки, двое слабеньких стихийника и престарелый иллюзионист. Их уровень вряд ли поднимался выше четвертого уровня, но вот у столика рядом с барной стойкой сидели двое, представляющие для меня определенный интерес. Один из них, еще молодой, но уже достаточно сильный, был либо магом иллюзий, либо менталистом, понять было сложно, держался с уверенным, и несколько высокомерным видом. Его спутник и вовсе выглядел юнцом лет восемнадцати, но все мои чувства говорили о том, что возраст этого "мальчишки" давно уже перевалил за сотню, а то и за две. Сильный маг, очень сильный, практически на уровне мастера. Понять кто он, по его внешнему виду или по поведению, было невозможно, а сканировать ауру я просто не рискнула, пологаясь на внезапно проснувшееся здравомыслие.

— Кто это? — спросила я Гиваргиса, понизив голос и кивнув в сторону магов.

— Нейромага зовут Ирбис Като, он работает на младшего князя, Лайса Астарта. Тот еще тип, если честно — Гиваргис зябко поежился. — А тот, что выглядит как мальчишка, это Асет Орани, руководитель МИЦА.

— И кто он? Тоже менталист? — Я старалась не глядеть открыто, но мой взгляд постоянно соскальзывал в сторону странного мага.

— Он сигил, маг хаоса, — как само собой разумеющееся сказал Гиваргис.

Я удивленно на него взглянула. Магия хаоса, что это вообще такое? Звучало как-то по-сектантски. Но я не успела задать этот вопрос, так как предмет нашего обсуждения обратил на нас свое внимание, и более того, решил познакомиться. Я с некоторым смущением, а Гиваргис с ужасом наблюдали, как Ирбис Като и Асет Орани приближаются к нашему столику.

— Пусть сегодняшний день станет для вас хорошим, — несколько старомодно поприветствовал нас сигил хриплым, низким голосом, совершенно не вязавшимся с его внешностью. — Я не хотел мешать вам, пока вы совершаете трапезу, айри Эйнхери, но заметил ваш интерес к моей скромной персоне, и посмел вас побеспокоить. Позволите ли вы присоединиться с моим спутником к вам?

— Конечно, — мне ничего не оставалась, как кивком поприветствовать неожиданных собеседников, и маги подсели к нам.

— Меня зовут Асет Орани, а моего юного друга Ирбис Като, и мы оба рады лицезреть достойную дочь рода Эйнхери на благословенных землях Алискана, — чинно поздоровался Орани.

— Я вижу, вы узнали меня, айрин Орани, — я несколько вымученно улыбнулась. Близость этого мага вселяла в меня некоторое беспокойство и тревогу. А еще этот нейромаг, не ровен час почувствует во мне коллегу…

— У вас приметная внешность для Алискана, айри, да и кто не слышал про арэнаи, дерзко выступившую против устаревших традиций алисканцев? — неприятно улыбнулся Ирбис Като, молодой менталист. Вот не люблю, когда со мной разговаривают в таком тоне, тем более явно подтрунивая.

— И что во мне такого дерзкого? — я вздернула бровь.

— Говорят, вас видели на тренировочном поле…. Да и ваше присутствие здесь столь же необычно.

Да, вот такая я вот необычная. Пришла в таверну со спутником, просто революционерка, ага.

— Вы совершенно не похожи на своего брата, — внезапно произнес сигил, и я вздрогнула от удивления.

Впервые кто-то заговорил об Эйнаре. И мне не нравилось, что это был этот маг хаоса. И во что там вляпался мой старший братец?

— Так вы знаете моего брата?

— Да. Эйнар уже около пяти лет работает у нас в МИЦА.

Я кинула раздраженный взгляд на Гиваргиса, и тот еле заметно округлил глаза — дескать, в первый раз слышу о твоем брате, извини уж.

— В исследовательском центре? Не знала, что он занялся наукой. Это никогда не входило в его сферу интересов.

— О, когда он впервые появился в Алискане, мне достаточно быстро удалось уговорить его присоединиться к МИЦА, — обаятельно улыбнулся Орани. Интересная организация. Мало того, что она, кажется, почти независима в полностью иерархическом и жестком обществе Алискана, так и еще в открытую нанимает иностранных боевых магов. — Благодаря участию Эйнара мы приблизились к пониманию магической трансформации арэнаи, и сумели достигнуть неплохих результатов.

— Вы изучаете боевую трансформацию? — я встрепенулась.

Наука была моей слабостью, а нежелание большинства магов узнать, как же работает волшебство, с помощью каких сил и энергий возможно то или иное чародейство, всегда приводило меня в отчаяние. А тут — целый исследовательский центр, изучающий к тому же трансформацию… и это в задрипанном, варварском Алискане! Меня снедала жуткая зависть, и желание хотя бы глазком увидеть ход их испытаний, и сунуть нос в результаты лабораторных опытов.

— Да, изучаем. Это очень интересно, так как способности арэнаи к трансформации своего тела уникальны и невообразимы. Это чем-то похоже на мифологическое оборотничество, или умение древних трансформировать свое тело под требования окружающей среды, нередко враждебной и смертельной для человеческих особей. Редкий, поистине чудесный дар, встречаемый только у тех, кто наделен магическим даром. Боевая магия, так вы это называете?

— Да, — несколько неуверенно произнесла я.

— Достаточно примитивно, — поморщился сигил. — Использовать такие чудесные способности только ради убийств и войны? Глупое расточительство.

— Кто, если не мы? — пожала плечами я. — Значит, мой брат работает на вас? Вы не подскажете, где я могу его найти?

Маги переглянулись, и, кажется, несколько замялись.

— Он живет в столице, — сказал наконец Орани. — И он знает, что вы здесь. Если он захочет, он с вами встретится.

Вот как. Я знала, что мой брат недолюбливает меня, и на то были свои основания. Я была сильнее его, как маг, и пусть пока я не достигла его мастерства, дело было только во времени, и именно меня прочили как наследницу рода Эйнхери, будущую главу семьи, а не его, старшего сына. На это были причины, и не только из-за моих способностей — Эйнар слишком плохо зарекомендовал себя, позволив в юности несколько глупых и опасных поступков, и я знала, что мой дед не доверяет ему. Но он был моим родственником, и он… не хотел меня видеть. Но неужели за этим действительно стояла только лишь наша неприязнь, или были еще причины избегать нашей встречи?