Королева морей - Волошин Юрий - Страница 72

Она вдруг увлеклась ловлей акул и целые дни проводила с толстыми лесками в руках, насаживая куски мяса на большие крючки. Матросы с удовольствием помогали и ежедневно устраивали пиры после успешного лова.

Плавание выдалось трудным. Ветры часто меняли направление или вынуждали ложиться в дрейф. Наконец Хилал не выдержал и прямо спросил:

— Асия-ханум, куда же мы держим путь? Я никак не могу понять этого.

— Ох, Хилал! Ты не поверишь, но я и сама еще точно не знаю. На юг — это пока все. Надеюсь, что уточнение придет позже.

— Но для чего нам это нужно, ханум?

— Потерпи немного, Хилал. Думаю, что я скоро смогу это тебе сказать. Чувствую, что мы близки к цели.

Два дня спустя Асия предложила резко уйти к берегам Африки. Хилал недоумевал, и спустя час спросил, с тревогой поглядывая на Асию:

— Асия-ханум, что, аллах снизошел?

— Может быть, и так, Хилал, но думаю, что дело не в том. На нас идет сильный шторм. Ты его еще не чувствуешь, а мне он видится.

— Примет пока не видно, Асия-ханум, — заметил обескураженный Хилал, с недоверием поглядывая на госпожу.

— Ты не всегда помнишь наставления старого Хадара. Мне трудно объяснить тебе, но это так. Попытаемся уйти от шторма. Он должен пройти несколько восточнее.

Ближе к полночи действительно поднялось волнение, и все признаки недалекого шторма были ясны уже всякому матросу. Ветер постепенно менял направление, и ночью шли под самыми малыми парусами. Хилал не уходил с палубы, матросы работали в несколько смен.

Тучи скрывали луну и, казалось, давили сверху влажным душным одеялом.

Ветер крепчал, качка усиливалась. Хилал опасался, что шторм накроет их. А в десяти милях западнее находился африканский берег, скрытый ночной темнотой.

Утром Хилал внимательно оглядывал океан. Тучи местами разрывались, в просветы брызгали солнечные лучи. Океан качал огромные валы, но шторм по всем приметам прошел стороной. Дождь так и не пролился, зато духота и влажность уменьшились.

Асия вышла на палубу, держась за леера и загораживая лицо от столбов брызг и водяной пыли, и сказала, обращаясь к Хилалу:

— Ну что, амир, поверил в мои предсказания? Верь всегда и не прогадаешь. Хадар должен был тебя об этом предупреждать.

— Правда, ханум. Хадар просил верить. Теперь я с ним соглашаюсь.

— Только теперь? — спросила Асия с лукавой улыбкой.

Хилал смутился и опустил глаза. Асия с интересом поглядела на него и не могла скрыть сожалеющей улыбки. «Он по-прежнему не может смотреть на меня спокойно», — подумала она и не стала смущать молодого амира дальнейшими вопросами.

После полудня с мачты донеслось:

— Слева по курсу лодка! Перевернутая!

Вскоре все увидели днище шлюпки. Оно то скрывалось, то появлялось на гребне волны.

— Хилал, давай постреляем из пушек по этой цели, — предложила Асия, вспомнив свои чудачества. — Смотри, какие хорошие условия для этого. И волнение утихает. Прикажи приготовить все, пока видна эта лодка.

Прозвучала команда, и матросы быстро приготовили пушки к стрельбе. Асия стала наводить пушку, наконец отошла и скомандовала:

— Фитиль! Пали!

Пушка рявкнула, дым отнесло в сторону. Ядро шлепнулось недалеко от шлюпки, взметнув столб воды. Грохнула следующая пушка — и тоже мимо. Асия поглядела с укоризной и махнула рукой канониру третьей пушки, готовому вдавить фитиль в затравку.

— Все мимо! — подытожила Асия недовольным тоном. — Заряжай!

Рулевой подвел судно несколько ближе, и одно ядро зацепило днище. Доски разлетелись, и шлюпка потерялась в волнах.

— Плохо стреляем! — огорчилась Асия. — Нет Тайсила, и некому подучить наших лентяев.

— Ханум, — отозвался один из пушкарей. — Уж больно цель мала. Да и волнение еще сильное. Все же попали!

— Хилал, надо начинать стрельбы и из мушкетов. С такими стрелками нам делать будет нечего, если придется драться.

Хилал согласно кивнул. Он продолжал терзаться мыслью о цели похода, но спрашивать не решался, хотя был недоволен и озадачен.

А судно продолжало продвигаться к югу. С мачты море осматривал зоркий наблюдатель, но ничего интересного на горизонте не появлялось.

Глава 5

ВОТ И ЦЕЛЬ ПОХОДА!

Неделю спустя Асия всполошилась. Она едва дождалась утра. Грудь ее от волнения сильно колыхалась, лицо побледнело. Она бросилась к Хилалу, глаза горели лихорадочно и стали темными, пронзительными.

— Хилал! — почти кричала она, увидев амира на палубе. — Я слышала голос! Мы должны встретить корабль! Готовься!

— А к чему готовиться, ханум? — спросил Хилал. Он тоже волновался, глядя на Асию. Вид молодой красивой женщины будоражил его кровь даже в тревожные минуты.

— Не знаю, Хилал, не знаю! Но надо быть готовым ко всему! Мне было видение и голос! Так ясно, что подумала, что это кто-то мне сказал с палубы!

— Что-то жутковато, ханум. Не покарает ли нас аллах за такие видения?

— Аллах не покарает, Хилал. Пока все мои видения сбывались, поэтому и теперь надо быть готовыми ко всему.

Хилал приказал зорко следить за морем.

— Ханум предупреждает об опасности, — закончил он, многозначительно поглядев на озадаченных и немного испуганных матросов.

И тут наблюдатель прокричал:

— Слева по курсу парус!

Через час с палубы можно было различить европейский корабль, лавирующий против ветра. Суда медленно сближались, и Асия впилась во встречный корабль глазами. Когда-то она уже видела его. Да ведь это тот самый голландец, на котором она убила капитана Юппа, а потом оказалась в море, привязанная к бревнам! Она не видела и не слышала ничего из происходящего вокруг.

«Да, это то, что так манило меня все эти недели», — думала она напряженно, до боли в голове.

— Что нам делать, ханум? — спросил Хилал, подходя к оцепеневшей Асии. Она не услышала и продолжала стоять у фальшборта. Хилал отошел, не решаясь повторить вопрос.

— Теперь знаю, что делать, — шептали губы Асии. — Это наша добыча, но не только. Что-то еще влечет меня, и я это узнаю. Но корабль в три раза больше — нам с ним не справиться. Что же делать?

Асия поискала Хилала и поманила его рукой.

— Хилал, ты узнал его? Это тот голландец. Бог посылает его нам. Становись к румпелю и подводи судно поближе. Как можно ближе! Чтобы с корабля нас хорошо видели и слышали. Порты не открывать, пушки спрятать и мушкеты тоже, на палубе оставить с десяток матросов, остальные — в трюм и ждать сигнала. Оружие наготове. И бомбы не забудь.

— Асия-ханум! — в недоумении воскликнул Хилал. — Неужели будем нападать?

— Будем, Хилал! Еще как будем! Все сделаем чисто и быстро. Я вырвусь на палубу и буду звать на помощь. Вы меня будете бить и пытаться затолкать в каюту. Это остановит корабль, они станут меня спасать. Ведь я белая, и они не оставят меня в руках неверных пиратов. Понял? Когда суда стянут бортами, наши люди сразу должны прыгать на палубу и резать всех без всякой пощады. Главное — внезапность и злость. И бомбы! — голос Асии звенел от волнения.

Хилал с ужасом слушал госпожу, но противиться не смел. Он спешно стал собирать людей и ставить им задачи, расставляя по местам. Все торопились, выражали растерянность и страх, но ослушаться не смели и делали все быстро.

Асия ушла в каюту и приготовила пистолеты и шпагу. Она нацепила на себя панцирь, сделанный для нее еще раньше. Он тускло блестел сталью, и она тщательно скрыла его под европейским платьем, в которое ей нравилось иногда наряжаться.

Два часа спустя Хилал осторожно подвел «Аль-Кахира» так, что суда почти сталкивались, и в это время Асия выскочила на палубу и закричала визгливо и отчаянно. К ней бросились матросы и стали грубо тащить к каюте. На голландце закричали, появились угрожающие лица. Моряки потрясали мушкетами и пистолетами.

Полетели крючья, и множество рук стало стягивать суда. С фальшборта корабля матросы готовились спрыгнуть на «Аль-Кахиру», офицеры командовали зычными голосами.