Дай мне руку (СИ) - Марс Остин - Страница 58

— Кто это?

— Жрица, — так же удивлённо ответил он. — Я думал, вы знакомы.

— Я её в первый раз вижу, — развела руками Вера и задумалась.

«Мастер Валент говорил, что ему кланяются жрицы…»

Она обернулась и остановилась, но министр неожиданно сильно взял её за плечо и потащил дальше:

— Мы здесь не останавливаемся.

— Я просто хочу спросить…

— Отца Маркуса спросите, — процедил он, ускоряя шаг.

Вера пошла быстрее, стала вертеть головой, пытаясь хотя бы со стороны посмотреть на то, к чему он её так категорично не пускает.

На следующей арке была абракадабра из числительных, которые она поняла только тогда, когда рассмотрела деревянную фигурку трёхногого мутанта во внутреннем дворе — «один за всех и все за одного», ну или что-то близкое. Фигурка выглядела странно и страшно, это трёхногое чудовище вызывало желание сбежать.

«Цыньянское представление о браке, о, да. Беги, детка, беги.»

На другой стороне дороги высилась арка с надписью: «Рост и умножение», ворота были такие богатые, что сомнений не возникало — здесь живут деньги.

Они дошли до угла, повернули и Вера в который раз уронила челюсть — карнские храмы выглядели гораздо круче цыньянских. Она крепче взялась за локоть министра Шена и полностью сосредоточилась на рассматривании, тут было не до того, чтобы смотреть под ноги. Целиком из камня, эти храмы походили одновременно на величественные европейские соборы и готические храмы древней Греции. На ближайшем фасаде были витражные окна высотой в три этажа и монолитные колонны серого гранита, подпирающие свод, украшенный коваными узорами и статуями полуобнаженных мужчин и женщин. Литые картины на воротах изображали сцены пиров — там ели, пили и танцевали.

— Здравствуй, красавица.

Вера вздрогнула и повернулась к говорящему, неуверенно улыбнулась и кивнула на ходу:

— Здравствуйте.

Молодой парень в светлом длинном халате, настолько неприлично красивый, что рядом хотелось поискать режиссёра и оператора. Он широко улыбнулся, сверкнув идеальными голливудскими зубами, отпил вина из серебряного кубка, небрежно поправил длинные выгоревшие волосы, протянул ей руку:

— Давай дружить.

Вера автоматически вцепилась в локоть министра сильнее, тот мрачно оттолкнул руку парня и ускорил шаг, бросив ему:

— Не хватало ещё, чтобы она с тобой дружила!

— Пусть сама решит, — улыбнулся ещё радостнее парень, вприпрыжку догоняя их и опять приставая к Вере: — Красивый? Тебе же нравится?

«Ты или храм?»

— О, я — без сомнения! — рассмеялся он, — но храм тоже. Пойдём, я тебе покажу, он изнутри ещё красивее!

— Вин, отцепись! — рыкнул министр, — она с тобой не пойдёт.

— Ну почему ты так уверен? Вдруг я понравлюсь ей больше, чем ты? Ты уже поди и веселиться-то разучился, а? Ты стареешь, Шен, а я — нет. Я лучше.

— Уйди, — бросил министр.

— Какой-то ты стал неприветливый. Ты когда пил в последний раз? — парень обогнал их и пошёл спиной вперёд прямо перед ними, отпил из кубка, напоказ задумался и озарённо распахнул глаза: — Ого, почти две недели прошло! А до этого и ещё больше. И поводы всё какие-то дурацкие — то за компанию, то ради дела. Шенни, друг мой, мы ведь были такой командой! Ты умел развлекаться, знал толк в веселье, что с тобой случилось?

— Повзрослел, — с сарказмом фыркнул министр. Парень комично схватился за сердце:

— Ужасно!

— Не бойся, с тобой этого никогда не случится.

— Вера, а с тобой? — красавчик резко остановился прямо перед ней, она чуть в него не врезалась, пришлось запрокинуть голову, чтобы увидеть его лицо. Он очаровательно улыбнулся и предложил, как конфету: — Хочешь не стареть?

— А я могу?

— Можешь, — кивнул он и протянул ей свой кубок.

— Уйди! — министр оттолкнул его руку, вино из кубка плеснуло через край, но сделало петлю в воздухе и вернулось обратно. Парень прижал кубок к груди и шутливо погрозил пальцем министру:

— Шенни, ты мне это брось, целительную влагу почём зря не разливают, только внутрь. В крайнем случае, на кожу прекрасных дам, но потом слизать.

— Я запомню, — буркнул министр, плечом отпихивая парня с дороги.

— Винни, отцепись от девочки, — раздался рядом хрипловатый женский голос. Высокая дама в платье из грубого полотна, вышитого по краю подола и рукавов зелёным орнаментом, пристукнула посохом по камням мостовой и грозно нахмурилась: — Ты забрёл на чужую землю, наглец!

— Ну что ты, милая, я нигде не чужой, — он улыбнулся женщине, мягко шагнул вплотную к ней и в пару шагов обошёл вокруг, по-кошачьи протеревшись плечами по её рукам и спине, послал ей воздушный поцелуй, шутливо поклонился Вере и мягким вальсовым шагом пошёл в обратную сторону. Женщина опёрлась о посох и улыбнулась Вере:

— Любишь зверушек? Они тебя любят, я вижу.

— Мы идём к отцу Маркусу, — процедил министр, вставая между Верой и женщиной, она тихо рассмеялась, перекинула на грудь толстую русую косу и смерила его взглядом:

— Я не сомневаюсь. Ты за всю жизнь ничего не построил, только разрушаешь, а если и случается созидание, то случайно и походя. Но за девочку не решай, она способна на многое, ты ей не пара.

— Спасибо, я учту, — раздражённо кивнул министр, обхватил Веру за плечи и потащил дальше. Женщина шла за ними ровно до угла храма, но остановилась, как только они перешли дорогу, крикнув им вслед:

— Подумай, Вера. Он тебе не подходит.

Министр дотащил её до ступеней ворот следующего храма, встал на нижнюю, и только тут ощутимо расслабился, как будто здесь они были наконец в безопасности. Вера посмотрела на него охреневшими глазами и сказала:

— Вы можете это объяснить?

— Отец Маркус вам всё объяснит, — кивнул он, пожал плечами и отвернулся, тихо добавив: — Если захочет.

— И где он? — Вера осмотрелась, но вокруг было пусто, даже прохожие куда-то пропали.

Храм Вариуса выглядел гораздо проще, чем тот первый, и гораздо крепче — окружённый высокой стеной, сложенный из массивных каменных глыб, украшенный колонами из черного мрамора и пилястрами из белого, по форме похожий на широкую букву «П». Вход во внутренний двор венчала высокая арка со статуей крылатой женщины наверху, она смотрела вдаль, опираясь на копьё со знаменем и поднимая высоко над головой горящий факел. Вся её затянутая в доспехи фигура говорила о том, что эта женщина способна остановить табун коней, построить в шеренги по двое и отправить тушить избы. Вера уважительно кивнула сама себе и заявила:

— Вот с ней я бы познакомилась.

Министр фыркнул, но ничего не сказал. Осмотрелся, остановил взгляд на красном флаге над шпилем, поджал губы:

— Странно, вроде бы он здесь. Ладно, давайте прогуляемся вокруг, он сам нас найдёт. — Он приглашающе махнул рукой в сторону арки, они поднялись по ступенькам и вошли.

Внутри была пустая площадь, выложенная крупными каменными плитами, едва ступив на них, Вера почувствовала странную лёгкость, которая бывает, когда выходишь из воды после того, как несколько часов плавал. Стало тепло и приятно, плечи расправились сами собой, грудь поднялась, она поняла, что вдыхает и вдыхает, не спеша выдыхать — здесь был какой-то особенный воздух, сухой и жаркий, с запахом камня, травы и железа. Лёгкие расправились, наполняясь до треска, она замерла на пике и закрыла глаза, ощущая себя так, как будто вот-вот оторвётся от земли и воспарит.

Когда она открыла глаза, храм изменился. Как будто кто-то навёл резкость и добавил яркости — серый камень стен стал шершавым и сиреневатым, черный мрамор колонн обнаружил густой красный оттенок и золотые прожилки, по бокам от центральных ворот стояли статуи воинов в доспехах и с копьями, но без щитов, у них были разные лица.

Вера поняла, что видит их лица слишком отчётливо для такого расстояния, так не бывает, ещё раз закрыла глаза и сделала ещё один шаг. Внутреннее ощущение лёгкости и силы нарастало, она с закрытыми глазами чувствовала каждую колонну и ступеньку, и была уверена, что сможет ходить по храму вот так и ни разу не споткнуться.