Когда придёт весна + бонусы (СИ) - Серганова Татьяна - Страница 35

После завтрака, который прошёл в молчании и тщательном избегании смотреть друг на друга, Райан отправился на разведку и строго запретил выходить из дома и что-то придумывать.

Я честно держалась минут десять. Перемыла посуду в тазике, для этого пришлось набрать воды в бочке, что стояла во дворе, походила по дому и села на лавку.

Некоторое время смотрела в окно и вертела в руках амулет, размышляя, почему болотники так боятся сырой магии. Не наших заклинаний, а именно сырой магии? Ведь этому же должно быть какое-то логическое объяснение. И почему они пришли сюда? И зачем похищают жителей деревни?

А потом…

Я резко выпрямилась и застыла, пытаясь уловить мысль, которая стрелой промелькнула в голове.

— А если… если сырая магия влияет не только на зов, но и на проклятие, которое он вызывает, — пробормотала я в тишине и обернулась к Дарену. — А если это шанс спасти тебя?

Дарен, конечно же, промолчал, но избавиться от этой мысли я уже не могла. Ведь что-то в этом было. Подойдя к парню, присела рядом с ним на корточки и всмотрелась в бледное лицо.

— Что же мне делать, Дарен? Как же быть? Мне так не хватает тебя и твоих советов, — прошептала я и, протянув руку, застыла всего в паре миллиметров от сияющей сети. Несколько томительных секунд и я опустила её вниз. — Я так хочу тебе помочь, но… Вдруг своим поступком только причиню тебе вред?

Тишина. Но мне так необходимо было выговориться, что я вновь продолжила:

— Ты думаешь, надо поговорить с Обсидианом? Рассказать ему всё? Знаю, так будет лучше, но… Всё так запуталось. Я запуталась. Если мы хотим выжить, то должны доверять друг другу. А если правда наоборот разведёт нас по разные стороны лагеря?

Я замолчала, продолжая смотреть на Тайфуна.

Интересно, слышит ли он меня? Нет, не слышит. Он уже почти мёртв и если помощь не придёт вовремя, то умрёт окончательно и бесповоротно. Если только я не попробую всё изменить.

— Прости меня, Дарен. Но я не знаю, что мне делать.

Не знаю, сколько я бы я ещё просидела рядом с ним, собираясь с мыслями. Но в следующее мгновение чувствительную кожу на груди, которая ещё не зажила после утреннего приключения, обожгло от боли.

Непонимающе прижав руку к груди, я опустила взгляд.

Медальон вновь засветился бледно-голубым светом и стал ощутимо нагреваться.

— Что за? — пробормотала я и испугано вскрикнула. — Райан.

Спотыкаясь, налетая на мебель, я вылетала из дома, пробежала через двор и застыла, не зная, куда бежать дальше и что делать.

Зов становился всё сильнее, затуманивая сознание и лишая воли, но я не поддавалась. Всё затмил страх за мужчину, который оказался один на один с бедой.

— Райан, — срывающимся голосом вскрикнула я и замерла, вслушиваясь, но кроме зова не услышала ничего. — Рай!

И бросилась бежать. Так как деревенька была совсем крохотная, всего десяток домов, далеко убежать не получилось. Там за защитной стеной стояли они. Болотники.

Резко затормозив, я замерла, прижимая руку к груди там, где огнём горел амулет.

Песня стала совсем невыносима. Она давила на сознание, стучала в висках, заставляла сердце бешено стучать в груди.

Дрожа и шатаясь, я смотрела на них и теряла себя.

Они были совсем такими, как их описывал Райан: длинные, не пропорционально тощие с белыми волосами, удлиненными лицами и пустыми глазами, в которых была сама смерть.

Стоило мне один раз взглянуть в них, как я потерялась. Даже огонь, который полыхал на коже, не мог сбросить это наваждение.

Эта мелодия была везде, она манила, звала. Став целым миром для меня одной.

Шаг… второй… третий… Я всё ближе подходила к завесе, незаметно утратив последние остатки воли и собственной «личности».

Пустые глаза загорелись торжеством и хищным блеском. Мне оставалось всего три шага, чтобы попасть в их алчные руки, и я хотела этого больше всего в жизни.

Но Райан не дал совершить глупость. Вылетел откуда-то сбоку, повалил на землю и укрыл своим телом. Как я сопротивлялась, вырывалась, кусалась и рычала от бессилия и боли. Амулет огнём горел между нами, усиливая болевые ощущения.

Сначала я услышала его шёпот, он с трудом прорвался сквозь зов, привлекая внимание и вырывая из сети болотников.

Потом я смогла разобрать слова:

— Лика… Лика… не смей… услышь меня, Лика. Не смей! Ты должна сопротивляться. Должна. Не оставляй меня! Лика!

Я зашипела и жалко всхлипнула, с трудом сдерживаясь от того, чтобы не зарыдать от боли.

Туман в голове стал рассеиваться, зов утихать, а грудь болела так сильно, словно мне раскалённым железом её прожгли.

— Рай, — прохрипела я. — Рай.

— Глупая девчонка, — выдохнул он и прижался к моим губам в быстром и болезненном поцелуе, а потом добавил глухо. — Глупая девчонка. Неужели не знаешь, что нельзя смотреть хищнику в глаза.

— Знаю.

Обсидиан поднялся, подхватил меня на руки и понёс. А я вновь зажмурилась, прижимаясь к нему всем телом и пряча лицо на груди.

Как же мне было страшно сейчас, словами не передать.

— Испугалась? — невесомый поцелуй в висок, и мужчина осторожно посадил меня на лавку, собираясь отпустить.

— Нет! — вскрикнула я, цепляясь за его рубашку. — Нет!

— Лика, ты должна успокоиться, — пробормотал он и вновь попытался отцепить мои руки. — Всё нормально. Ты просто не должна была смотреть им в глаза.

— Я почти… а они, — пробормотала я и всхлипнула, не в силах больше сдерживать слёзы. — Я же чуть сама к ним не ушла. Даже амулет не помог.

— Лика, — тяжело вздохнул Райан и посадил меня к себе на колени. — Ты еще такой ребёнок. Это я виноват, не должен был оставлять тебя одну. Давай, я сделаю тебе отвар, он поможет тебе успокоиться.

— Нет, — я вновь замотала головой, прижимаясь губами к бьющейся жилке у него на шее. Кожа у него была немного солёной, но это не оттолкнуло.

Райан вздрогнул и застыл.

— Лика, — предупреждающе произнёс он. — Прекрати.

— Ты же сам сказал, что решение за мной. И я его приняла.

Произнесла и застыла, наслаждаясь яркой вспышкой страсти, что промелькнула в его голодном взгляде. Глухо зарычав, мужчина ещё сильнее сжал меня в объятьях и набросился с поцелуями.

Запретов не было, ограничений тоже. Лишь только он, я и обоюдно острое желание, сводящее с ума нас обоих, воспламеняющее кровь в жилах и доводящее до безумия.

Застонав, я откинула голову назад, позволяя губам целовать и ласкать кожу на шее, пока его ладони собственнически сжимали меня чуть ниже талии и притягивали в себе. Бёдрами я чувствовала его твёрдую плоть и дрожала от страха вперемешку с желанием. Мои пальцы лихорадочно метались по широкой спине и сильным плечам, рвали ткань рубашки, путались в коротких тёмных волосах.

Наверное, это было самое настоящее безумие, которое ничего не имело общего с настоящей любовью, но мне было всё равно. Я горела в его руках, плавилась как воск от горячих поцелуев и хотела ещё большего. Прямо здесь и сейчас.

— Нет, — неожиданно пробормотал мужчина, отпуская меня.

Я недоумённо открыла глаза и уставилась на него затуманенным взором.

— Нет, — более уверенно произнёс Райан, снимая меня со своих колен и отходя в сторону.

Его шатало, взгляд был безумным, но с каждым мгновением Обсидиан всё больше успокаивался.

— Что? — прохрипела я и облизала пересохшие губы кончиком языка.

В тёмно-синих глазах вновь всколыхнулось пламя, шаг ко мне и… ничего. Он не дал страсти затуманить своё сознание и быстро вернул контроль.

— Нет, Лика.

— Но почему? Ты же сам сказал, что всё зависит от меня.

— Лика, ты сама не понимаешь, что делаешь. В тебе говорят страх, шок и пережитый ужас. Я не могу так, — сказал он. — Потом ведь пожалеешь о своём решении.

Обидно, когда тебя отвергают и больно.

— Откуда ты знаешь, что будет потом? Почему вновь принимаешь решение за меня? А я хочу тебя сейчас! — слова и голос обиженного ребёнка, которому не дали заполучить нужную игрушку.