Натали. Игры памяти (СИ) - Гром Александра - Страница 34

Нет, лучше помечтать о возвращении Баисара. Вот с кем всё предельно ясно. Его настроение не меняется внезапно… то есть, оно, конечно, меняется, но если его не злить и не нести несусветную чушь, то он хороший: развлекает разговорами, оберегает, защищает, хочет заняться любовью…

Ладно, не любовью, а сексом без обязательств и всяких там планов на совместное будущее, но всё равно, он гораздо лучше моей теперешней компании! У этой парочки непонятно что в голове творится, и невозможно предугадать, какие действия они предпримут в следующий момент, поскольку логика как таковая им недоступна!

— Вкусный бутерброд, кстати!

— Спасибо, — морщусь от похвалы, — но я его для себя готовила.

— Да ладно! — машет рукой Рита.

— Чуть не забыл! — Расти возникает на пороге внезапно и бесшумно. — У мельвов невероятно острый слух.

Ох!

Искоса смотрю на Риту… Увы, «Ох!» только у меня.

Баисар, я по тебе скучаю!

Феерическое начало дня заронило сомнения в том, что его продолжение будет спокойным. Больше всего меня тревожил поход по магазинам. В квартире есть возможность спрятаться от неадекватных соседей в собственной комнате, а как себя вести, когда находишься в общественном месте?

Думаю, если бы на месте нынешних моих спутников оказались другие… личности, подобной ситуации удалось бы избежать, это во-первых. А во-вторых, разнервничайся я до такого состояния в иной компании, могла бы рассчитывать на внимание, понимание и сочувствие, а вышло… Маргарита и вовсе не заметила, что со мной что-то не так, она увлечённо болтала про одежду, а Расти лишь фыркнул, когда разобрался в чём дело.

Заинтересованность новым гардеробом не оставляла девушку на протяжении всего путешествия, посвящённого собственно его приобретению. Чудить она начал уже дома, когда стала примирять обновки, составляя комбинации из абсолютно несочетающихся вещей.

Её веселили результаты этих экспериментов. Расти, как ни странно, тоже. Оказавшись в меньшинстве, я дипломатично молчала, попивая чай со льдом. Единственное, на что оставалась надежда, так это на то, что взбалмошной девчонке не придёт в голову вырядиться подобным образом для похода на работу. Чем бы нам ни предстояло заниматься, Астен вряд ли оценила бы… эм, экстравагантные и смелые решения Риты. Со слов Расти, в отличие от Натаниэля его прекрасная помощница не обладала и сотой долей того терпения, которое некто свыше отмерил эльфу. Зато эта дама могла похвастаться другими, но уже не столь приятными, чертами характера.

На восьмом или девятом луке на Риту напала меланхолия. Тогда она ушла на кухню, где тут же загремела кастрюльками и тарелками. Я вздохнула с облегчением и сбежала в свою спальню.

Не могу объяснить, почему мне трудно находиться рядом с мельвом. Даже если Расти на меня не смотрит, такое ощущение, будто он всё равно следит за мной или… нет, я просто не могу толком это объяснить даже себе.

Главное, для охраны ему нет нужды находиться в непосредственной близости от меня!

Моя добровольная изоляция длится до самого вечера. Расти прерывает её своим появлением около шести часов.

— Ужин готов? — я вскидываю голову.

— Да, но я пришёл не для того, чтобы сказать тебе об этом, — мужчина плотно притворяет дверь.

Надолго значит!

Нехотя принимаю сидячее положение на кровати. Пока сооружаю валик их подушек Расти с комфортом устраивается в кресле. Будь не его месте кто-то другой, я бы без зазрения совести, сказала, что на кресле совершенно беспардонным образом развалились, но это же Расти!

У этого мужчины, как и у Баисара, есть одна черта — их будто облаком окружает аура уверенности и внутренней силы, отчего любой жест, движение и поза наполняются иным смыслом. Как говорится: что позволено Юпитеру…

— У тебя нет ко мне вопросов? — мельв первым нарушает тишину в комнате. Меня же тишина устраивала, вот я и ограничиваюсь категоричным покачиванием головы.

— А вот Рита просто забросала меня ими, — ухмыляется он, пристально вглядываясь в моё лицо.

— Верю, — фыркаю в ответ, — но Баисар в общих чертах объяснил мне всё. Я должна сидеть здесь, под твоей защитой, и ждать, когда меня найдут плохие парни. Дальше вы обо всём позаботитесь сами.

Расти делает удивлённый вид.

— Да, в такой интерпретации вопросов точно возникнуть не должно. Наверное, Баисар не хотел тебя расстраивать, вот и изложил очень сжатую и упрощённую версию плана.

И почему у меня такое чувство, будто сейчас я услышу какую-нибудь гадость? В попытке выяснить что это — интуиция или нервы, развиваю только что высказанную мысль мельва:

— Но ты-то не Баисар, поэтому поведаешь все подробности, не делая никаких скидок.

— Придётся, — говорит он с видом «Ну, что я могу поделать!».

— Выкладывай, — прошу обречённо, — всё равно я уже сижу и даже лежу. В общем, падать некуда.

Повторной просьбы не требуется.

— До определённого момента, разработанный нами план выглядел кристально ясным и чётким, но потом вмешался случай в виде нежданной кончины коллекционера. К моему величайшему сожалению, в этом деле не удалось задействовать того провидца, на чью помощь я рассчитывал. — Расти тяжело вздыхает, будто снова переживает разочарование неудачным выбором. — Происшествия, в которых задействованы носители дара, порой предсказать не удаётся. Теперь то, как будут развиваться события, меняется чуть ли не каждый день. Придётся импровизировать и постоянно быть готовыми к любым неожиданностям.

— Но ведь всё это в большей степени скажется на тебе, — этими словами я ставлю собеседника в известность относительно того, что напугать меня ему не удалось. Чтобы это не прозвучало откровенной наглостью, добавляю: — Я же лишена дара и даже не могу до конца вникнуть в смысл и глубину вашей авантюры!

По-моему, смягчить эффект от первого заявления не получается. Расти удивлён моему безразличию. Хотя есть один момент, заставляющий сердце биться чаще. Я не в силах о нём промолчать:

— Единственное, что меня по-настоящему волнует, — моя память. Баисар упомянул о том, насколько для вас важно, чтобы я всё вспомнила.

Мужчина склоняет голову к правому плечу и медленно произносит:

— Да, это важно.

— Так когда мы ей займёмся? — хватаюсь за слова мельва.

— Можем прямо сейчас, раз ты так этого хочешь.

Несколько секунд мне требуется на осознание причины усмешки, озарившей лицо Расти.

— А ты… ты увидишь все мои воспоминания?

— Абсолютно все, — ухмылка становится шире. — В обычной практике мы не заглядываем в некоторые уголки памяти, но в твоём случае этим правилом придётся пренебречь, чтобы убедиться в том, что всё удалось восстановить полностью.

— И что же ты планируешь найти, раз так улыбаешься? — недовольно скрещиваю руки на груди.

— Не поверишь, но до твоих воспоминаний мне нет никакого дела. Я предвосхищаю твою реакцию, — голос Расти действительно наполняется каким-то предвкушением.

— И какова же она будет? — сильнее стискиваю предплечья.

— Очень, очень, очень глубокий стыд! — заявляет он уверенно.

На самом деле, я даже поспорить с этим не могу. От одной мысли о том, что кто-то увидит, чем мы с Баисаром занимались, лицо начинает гореть! Поэтому следующий вопрос я задаю из чистого упрямства:

— С чего ты взял?

А вот вместо ответа вынуждена довольствоваться лишь неопределённым пожатием плеч.

— Прости за грубость, но ты псих!

Плечи мужчины ещё раз поднимаются и опускаются.

— Не совсем так, — возражает он, — но, согласись, это не моя проблема.

— И как ты собираешься залезть в мою голову? — Ох, как бы мне хотелось, чтобы это прозвучало с вызовом, но в голосе слишком много волнения и страха.

— Просто посмотри мне в глаза.

Это на самом деле оказывается просто! Всего один взгляд, и я выпадаю из реальности на некоторое время. Окружающий мир словно перестаёт существовать. Перед мысленным взором проносятся обрывки воспоминаний из недавнего прошлого. Происходящее похоже на перелистывание книги от нечего делать — больше занимает сам процесс, а не смысл слов, мелькающих на страницах.