Алька - любовь моя (СИ) - Бондаренко Ольга - Страница 24

-- Муж её покойный. Убили его.

Алька ахнула:

-- Она осталась одна, беременная?

-- Нет, она снова вышла замуж. За врача. Говорят, на её деньги строят новую больницу. Кстати, её муж, Протасов Владимир, тоже очень хороший врач.

-- Откуда ты знаешь?

-- Мой Сережа тоже когда-то медиком был. Моя лучшая подруга - детский врач. Вот отсюда и знаю.

Но все же, когда бывшая соседка вышла из кабинета, Алька на свой страх и риск окликнула её:

-- Таня!

-- Бог мой, - ахнула женщина. - Алька! Ты?

-- Я.

-- Но...но... ты же погибла, мне Дуся, она была у нас домработницей, писала. Во время взрыва теплохода "Петр Первый".

-- Помню я Дусю, - улыбнулась Алина. - Но я жива. Меня спас один хороший человек.

-- А сюда какими путями?

-- Замуж вышла. За этого самого хорошего человека, что спас меня. Он отсюда родом.

-- Кто же тебя все-таки поймал в сети брака? Помнится, в Москве скольким от ворот поворот дала. Даже Сережка наш пробовал за тобой поухаживать, а ты ему про великую любовь в жизни, единственную и неповторимую.

-- Тот единственный и неповторимый погиб во время взрыва на теплоходе "Петр Первый". Вот так-то, Таня, сложилось все в жизни.

При воспоминании о Валентине привычно защемило сердце.

-- Извини, - смутилась Таня.

Алька и Таня обменялись телефонами, но дружбы опять не получилось.

В положенный срок без всяких осложнений родила Аля, как и обещала всем, девочку. Дима назвал её Еленой, потому что, он это объявил всем, это была самая красивая девочка в роддоме, да что в роддоме, во всем городе. Елена, в честь древнегреческой Елены Прекрасной, из-за которой началась Троянская война, было дано это имя ребенку. Алька посмеивалась, но глубоко в душе считала, что её дочка и в самом деле уже красавица: у неё были длинные светлые волосики, большие круглые глазки, Алька правильно угадала их цвет - они стали голубыми. Девочка была такая маленькая, беспомощная, у женщины сжалось сердце.

-- Я люблю тебя, моя девочка, - шептала женщина во время первого кормления. - Я никогда не буду с тобой расставаться, ни на день, ни на час. Я обещаю, у тебя всегда будут отец и мать.

Эту девочку нельзя было назвать Ириной, она была не такая, как представлял себе женщина. Ириной должна быть дочь Валентина. А это Димина девочка.

-- Ничего, вторую дочку обязательно назову Ириной. Она будет похожа на... на... тетю Сонечку, - решила молодая женщина.

В планы Альки входило родить подряд двух, а то и трех детей. Но маленькая Еленочка очень часто болела, была беспокойной, капризной. Алька выматывалась. Спала она самое большее по двадцать минут, дочка переболела всеми детскими болезнями. А вместе с ней болел и Дмитрий. Алька и смеялась, и сердилась, но выхаживала двоих сразу. И женщина решила подождать со вторым ребенком. На второй год жизни Еленочки детские болезни отступили. То лето Алька провела на даче у тети Сонечки. Дмитрий был тоже здесь, точнее, в Москве. У них с Павлом Ильичом были свои деловые отношения. Уже тогда Дмитрий стал подумывать о переезде в Москву. Но пока решил повременить. Осенью вернулись домой, в А-к. Жить решили за городом. Осень стояла теплая. То ли помог деревенский воздух, то ли теплое подмосковное лето, но девочка перестала болеть. Тетя Сонечка часто звонила. А тут пришло письмо.

-- Странно, - подумала Алька.

Тетя Сонечка в письме сообщала, что Валентин жив. Он разыскал их в Москве. Хочет увидеть Альку. Он до сих пор не женился. Тетя Сонечка ждала Алькиного ответа. Павел Ильич запрещал сообщать Альке это. Поэтому тетя Сонечка написала письмо. Чувства Альки пришли в полный хаос. Она боялась спросить себя, что испытывает сейчас к Валентину, кого любит, мужа или по-прежнему Валю. И у неё есть дочка. Еленочка - самое главное в её жизни.

Алька показала письмо Дмитрию. Тот долго молчал. Потом, взяв на руки Еленочку, сказал жестко:

-- Решать тебе.

-- Дима, ты о чем? - испугалась Алька.

-- О том, кого выберешь, - непривычно жестоко ответил муж.- Но дочку я не отдам никому.

Алька на минуту представила, что у неё больше нет Еленочки, и страшно испугалась.

-- Дима, что ты говоришь? Я давно выбрала тебя, - помимо её воли вылетели эти слова.

-- О чем ты тогда спрашиваешь? - все также жестоко ответил муж.

-- Дима, Валентин хочет встретиться. Если ты скажешь нет, никакой встречи не будет.

-- Эх, Аля, моя Аля! - вздохнул муж. - Это же твоя жизнь. Не все за тебя могу решить я.

-- Можешь. Моя жизнь давно одна с тобой.

Дмитрий смотрел на красивые звезды глаз жены и вдруг посочувствовал тому, незнакомому ему Валентину, которому, он это точно знал, не отдаст Альку. Не отдаст и все!

-- Знаешь, Алюша, вам надо встретиться, поговорить. Иначе ты потом этого не простишь ни мне, ни себе. Но дочку оставишь здесь.

-- Я и сама никуда не поеду, - ответила жена. - Я не буду больше с тобой расставаться.

-- Нет, ты должна встретиться, поговорить с Валентином, - тихо, но твердо проговорил муж.

Тетя Соня сообщила Валентину адрес Альки. Он прилетел в этот город и позвонил ей. Встреча должна была состояться в ресторане гостиницы.

-- Дим, поедем со мной, - просила Алька.

-- Нет, - мягко ответил муж. - Мы с Еленочкой будем ждать тебя дома.

-- А может, и Еленочку возьмем. Я хочу показать дочку.

-- Нет, - ответил Дмитрий, - это твоя встреча.

Алька уехала на встречу с Валентином. Дмитрий укладывал дочку и думал:

-- Ты вернешься, Аля, ты обязательно вернешься. Ты не сможешь жить без Еленочки. Я знаю это. А если бы ты взяла её сегодня с собой, ты бы не вернулась. Я знаю, Аля, ты по-прежнему любишь незнакомого мне Валентина, но я люблю тебя и никому не отдам, пока я жив. Я хочу, чтобы ты была со мной. Я постараюсь дать тебе счастье, Алюша моя.

Алька приехала в ресторан. Она сразу узнала Вальку. Он стремительно шел навстречу ей. Все такой же красивый, только поседевший, да со слабо заметным шрамом на лице от ожога. Какой болью сжалось Алькино сердце. Валентин не решился обнять эту такую родную и такую чужую ему женщину, он взял её руки и прижался к ним губами. Она поцеловала его в седые волосы. Алька ничего не видела, не видела злых змеиных глаз Илины, что сидела за соседним столиком. И тем более не знала, что Илина звонила Дмитрию.

Они проговорили до закрытия ресторана. Продолжили разговор в номере гостиницы, что снял Валентин. Вернулась Аля домой под утро, уставшая, расстроенная, заплаканная. Дмитрий спал на широкой кровати, рядом, разметав ручонки, спала Еленочка.

-- Вот она, самый дорогой мой человечек и её отец. Вот она моя жизнь, - грустно думала Алька, глядя на них. - Я выбрала их. Прости меня, Валя.

Потом пошла в душ. Вернувшись, переложила дочку в её кроватку, легла рядом, обняла мужа. Слезы текли по её лицу.

Дмитрий не спал.

-- Ты вернулась? - спросил он.

-- Вернулась, - устало ответила Алька, скрывая слезы. - Давай, Дим, родим ещё одного ребеночка.

-- Алька - любовь моя, - обнял её Дмитрий.

Алина, жена Дмитрия, была теперь совсем другая. Не было слабой, беспомощной, потерявшейся женщины, которую полюбил мужчина. В Альке появилась сила. Она теперь будет жить по своим законам, это сразу понял Дмитрий. И испугался. Испугался, что потеряет её и Еленочку, а может, уже и потерял.

-- Господи, дай нам еще детей, - взмолился мужчина, - только это может удержать Алину со мной.

Второй ребенок, которого родила Алька, тоже была дочка. Ириной назвала её мать. Она была полной противоположностью Еленочки. Та была голубоглазая, светловолосая, как отец. Беззащитная и слабая. Без матери тут же начинала плакать. И сразу полюбила маленькую сестренку. Ирина походила на мать, черноволосая, но черноглазая. А характер? Это было что-то. Вечно хохочущая, озорующая, не знающая преград. Она напоминала своими выходками Настю Краснову из Алькиного класса. Лишь взгляд матери отрезвляюще действовал на маленькую озорницу. Дмитрий очень любил своих девочек. Но, так считала Аля, с младшей у него установилась невидимая колдовская связь. Они понимали друг друга с полуслова.