По ту сторону смерти (СИ) - Лински Говард - Страница 8

― Осторожно, ― сказал он ей. ― Не важно, насколько плоха его репутация, Джимми Маккри никогда не был осужден ни за какое уголовное преступление. Его арестовывали по бесчисленным поводам, даже выдвигали обвинения пару раз, однажды даже за убийство, но каждый раз оправдывали. Все знают, что он контролирует большую часть преступлений в этом городе, и мы не можем рисковать тем, чтобы нам предъявили иск, ― он улыбнулся ей. ― Я хочу иметь возможность ходить по округе, не опасаясь за свою жизнь.

― Позвонить ли мне главе совета?

― Чтобы спросить во что, черт возьми, он играет? Если не возражаешь, оставь это мне, Хелен. У советника Линча есть право дать ответ, ― он бросил взгляд на свои часы, ― но только не сейчас. Если мы дадим ему слишком много времени, он станет совершать лихорадочные звонки владельцам этой газеты, а я получу головомойку. Прямо сейчас он, вероятно, не знает, на кого ты работаешь. От твоей статьи ничего не останется, если наши владельцы попадут под слишком сильное давление заинтересованных лиц в нашем городе, а я не позволю этому случиться.

Грэхем задумчиво выдохнул.

― Но как мы это опубликуем? ― спросила его Хелен.

Ее редактор взял фотографию и посмотрел на нее поближе.

― Знаешь что? Я твердый сторонник этой старой поговорки.

― Какой поговорки?

― Что фотография стоит тысячи слов.

***

― Ради всего святого, ― прошипел Майкл Квин, ― ты научишься пользоваться входной дверью?

Прежде чем Брэдшоу смог ответить, коренастый мужчина повел его в магазин, затем закрыл и запер за ними дверь, и повернул знак «открыто» на «закрыто».

― У тебя не было покупателей, Майкл. Я проверял.

― Ты называешь это проверкой, ― сказал Майкл, ― а я называю это появлением на пороге, где все тебя могут увидеть.

― Просто скажи им, что я хочу сделать татуировку.

― Ты не выглядишь, как тот, кто их делает.

― Сейчас их делают все, кто не лень: совершенно респектабельные девушки делают маленькие татуировки на лодыжках или на пояснице. Я предпочитаю старые добрые времена, когда мы называли татуировки штрихкодами преступников.

― Времена меняются, констебль.

― Сержант, вообще-то.

― Выбился в люди? Кого ты схватил, чтобы получить повышение?

Одного из моих коллег, подумал Брэдшоу, но он не сказал об этом Майклу, как и о том, что мужчина не дожил до тюремного заключения.

― Все в порядке, ― заверил его Брэдшоу, ― это не то дело, с которым ты мне помогал.

― Пожалуйста, скажи это еще громче.

Квин вздрогнул, хоть даже в магазине больше никого не было.

― Ты поступил правильно, Майкл. Ты мог бы продолжать перекрашивать татуировки преступников и препятствовать правосудию, но вместо этого ты доносил о них, сохраняя свою свободу и право продолжать зарабатывать на жизнь.

― Те, кто мотает срок, имеют друзей на свободе. Одно твое неосторожное слово, и я стану историей.

― Это правда? ― безразлично спросил Брэдшоу.

― Да.

― Тогда тебе лучше держаться подальше от темных аллей, ― посоветовал Брэдшоу, ― и не терять моего расположения.

― Я больше ничего не знаю. Клянусь. Я больше не делал кавер-апов (прим.: кардинальное исправление или полное перекрытие старой татуировки путем нанесения на нее новой), с тех пор как ты шантажировал меня.

― Шантаж ― очень сильное слово, Майкл. Я просто дал тебе шанс поступить правильно, и не вижу, чтобы у тебя были покупатели, по крайней мере, сегодня. Я пришел за твоей профессиональной экспертизой.

Затем Брэдшоу достал фотографию выжженной девушки, и положил ее лицевой стороной вверх на татуировочное кресло.

― Боже... ― произнес Квин, ― какого хуя случилось с... этим?

― Это ― она, Майкл, и ответ на твой вопрос ― концентрированная серная кислота.

― О, мой Бог.

― У нас возникла проблема с идентификацией несчастной жертвы, так что тут ты и пригодишься.

Брэдшоу показал на фотографию.

― Посмотри внимательнее на это, ― приказал он мужчине,― и скажи мне, что думаешь.

Неохотно Квин наклонился ниже и прищурился, разглядывая область на фотографии, на которую показал Брэдшоу.

― Может быть, ― сказал он через мгновение.

― Я знаю, что может быть, но так ли?

― Большая часть уничтожена. Это просто крошечное пятно, на самом-то деле.

Он развернулся кругом к настольной лампе с увеличительным стеклом. Брэдшоу наблюдал за тем, как Квин включил лампу, посмотрел через стекло и принялся изучать голубую отметину на шее обожженной девушки.

― Оно образует угол.

― Думаю, что это татуировка, ― наконец, сказал он, ― но это может быть практически что угодно.

Это было не тем ответом, на который надеялся Брэдшоу.

― Как ты думаешь, что это?

Квин посмотрел снова.

― Ну, это может быть число, буква или фигура животного, вероятно, угол какой-то эмблемы.

― Гребаный ад, Майкл, я бы и сам мог это сказать.

― Ну, мне нужно еще время, чтобы изучить его как следует и сравнить.

― Сколько тебе нужно? ― спросил он.

― Хотел бы я знать, ― беспомощно пожал плечами Квин, ― много, вероятно, достаточно много.

Брэдшоу скрестил руки.

― Я не спешу.

― Послушай, я говорю это со всем уважением, но не мог бы ты, хотя бы, съеб*ться на какое-то время и вернуться позже?

― Нет, Майкл, не могу.

― Боже, ― со свистом произнес Квин, будто Брэдшоу стоял там в офицерской форме, а не в костюме.

― Так что, если хочешь, чтобы я ушел, тебе лучше пошевеливаться.

― Хорошо, хорошо.

Квин начал заниматься делом. Он принялся вытаскивать на кресло каталоги, содержащие рисунки для татуировок, и открывать их рядом с фотографией обожженной девушки, чтобы сравнить с ними пятно.

― У тебя есть время, Майкл, ― сказал Брэдшоу, ― но я ожидаю от тебя успехов.

― Не задерживай дыхание, ― сказал взволнованный татуировщик, пока пролистывал каталоги.

Брэдшоу убивал время, рассматривая мириады рисунков татуировок на стенах салона, а затем решил, что ни один из них даже отдаленно ему не нравится.

У Майкла Квина ушло какое-то время, прежде чем он почувствовал себя достаточно уверенным, чтобы поднять взгляд от каталогов и поделиться своими находками с Брэдшоу.

― Если это часть татуировки, тогда это может быть что угодно, но...

― Но что? ― надавил Брэдшоу.

Квин показал на область на фотографии на границе с частью кожи, которая была уничтожена кислотой.

― Можно только разглядеть, что осталось от очень тонкой линии.

Брэдшоу вгляделся через увеличительное стекло на область, на которую показывал Квин.

― Можно ― согласился он, ― только...

― Это может быть линией, которая идет к краю, заканчивается там и соединяется с этой более четкой линией, которая все еще частично различима, ― сказал татуировщик и указал на голубую линию на шее обожженной девушки. ― Думаю, эта линия, которую ты нашел, может быть изгибом меча или внешней частью кончика крыла птицы.

― Правда?

― Посмотри, ― сказал Квин, придвинув по столу изображения, которые нашел, так, чтобы они располагались рядом с фотографией обожженной девушки. ― Эти дизайны очень популярны и достаточно маленького размера, чтобы поместиться на шее, лодыжке или внутренней части бедра. Я пару таких делал.

Он улыбнулся при воспоминании.

― Расположение пятна, скорее всего, соответствует татуировке у основания шеи с одной стороны, так что она не бросается в глаза. Ее можно показать или спрятать. Такого рода девушка.

Брэдшоу внимательнее изучил изображение татуировки, а затем снова посмотрел на фотографию обожженной девушки.

― Может быть, ― неуверенно произнес он.

― Подожди, ― сказал Майкл и извлек прозрачный рисунок из кучи изображений и поместил его рядом с пятном. Брэдшоу теперь было легче сравнивать эту татуировку и отметины на шее обожженной девушки. ― Оно другого масштаба, но...

Майкл придвинул изображение голубя к пятну, пока его край не совпал с его углом. Теперь, когда они, практически, совпадали, Брэдшоу мог сказать, что поблекший край татуировки мог с легкостью соответствовать внешней части крыла голубя.