Поющие клинки (СИ) - Иванушкин Александр - Страница 32

Но пора и атаковать. Локоть — один. Локоть — второй. Легко.

Первый сразу бросил щит, упал на колено и зажал здоровой клешнёй обрубок, чтобы пережать хлещущую кровь. А вот второй, потеряв руку с саблей, попытался заехать мне в ухо краем щита. Мужество. Значит укол в горло.

Спасибо, воин. Убив тебя я взял восьмой уровень.

Носилки успели скрыться в лесу. Надо ли их догонять? Надо. И я понёсся вскачь. Витязей там теперь 23. Они выше меня уровнем, но почему их школа боя такая бедная?

Потому, дурень, что твоя школа боя полностью собрана на коленке ручками, и мало того, продолжает развиваться. А у них три навыка в казарме. Ну, на десятом, может быть пять навыков в казарме. Да хоть двадцать, но они стандартные как булки в печке. Или как тараканы издалека? Не важно. Я должен со всеми этими навыками встретиться в бою.

В лесу я быстро догнал носилки. Они стояли посреди полянки, а витязи сбившись в кучу что-то обсуждали. Очевидно маг помер оставив их без руководства.

Узрев меня, десяток выстроился в линию, прикрывшись щитами, а остальные растворились среди деревьев. Очень грамотно. Меня окружают. Но я обязан спросить. Хоть и не хочется.

— Если сложите оружие, возьму на службу.

— Мы служим лорду Будугаву!

Гаркнули хором. И даже те, что в лесу затаились. Мозги у людей появляются только с именами? Похоже.

Этот бой был потрясающим. Жаль не удалось уберечь заточку. Несколько раз, в ситуациях без выбора, я протыкал кольчуги уколом. Протыкались они достаточно легко. А вот рубились гораздо хуже.

Щиты эти тоже были грозным оружием. Но одновременно и слабостью. Воина в неустойчивом положении, в момент шага, удар ногой в щит опрокидывал на землю.

Я заработал четыре раны. Три легких пореза, и один глубокий, по груди поперёк. Благословения у меня кончились, но и витязей на ногах осталось меньше десятка. Потеря крови скоро меня ослабит. И потому я ускорился.

Всё-таки эти ребята не умеют двигаться. Трое последних пытались выжить в глухой обороне. Пришлось рубить им ноги. Тут я и получил саблей по спине. Кажется серьёзно.

Я терял концентрацию. Уход, укол, Боже, промазал. Как хорошо, что у меня два меча. Всё.

Открылась шторка в носилках. Из них вышел ухмыляющийся Гост, с отрезанной головой мага в руке. Зараза, он всё время просидел здесь как в театре. Чётко исполнял приказ не вмешиваться.

Не сильно меня и качает. Сам дойду. Откуда здесь такая толпа? Милли с руками трупа в руках. Она меня сейчас ими отхлещет. Да, я помню всё про тупого экстремала. Слово в слово.

Спрячь меня Дёмыч от неё в носилки. Нет. Не отрубаюсь. Просто посижу, пока до Регины Ашотовны доедем. Благослови меня, что-ли. Только тихо. Ага. Спасибочки.

Регина расстаралась. Всех выгнала, а меня промыла и зашила. Рана на спине была самая неприятная. Вдоль всего хребта. А с чем эта капельница? С совестью? Как интересно доктор пляшет.

В гильдии магов была? Даже в казарму Дёмыч тебя затащил, негодяй!? Ну так благослови своего лорда на всю ману и я пойду.

Не плачь, доктор. Как Бума вернуть? Не знаю. Убить при обороне больше всех врагов, наверное. Ой ну прости. Прости. Спасибо за благословение.

Да какое там «не пущу». После осады переименую. В Раечку. Какую-какую, хорошенькую такую Раечку. Ладно. Хватит луж.

— Гост, ты здесь?

— Здесь, мой лорд. Выполняю ваш утренний приказ. Быть рядом.

— Возвращаешься к прямым обязанностям. Сюда Бонивура. Пусть разбудит меня перед ужином или в случае тревоги. Милли скажи — просто спит, наполняется совестью из капельницы. Медленно. К ужину будет огурчик.

— Да, мой лорд.

Вот теперь я посплю в неурочное время. С большим удовольствием. За день сюда Будугав не дойдёт. В чем была лажа? Я слишком медленно двигаюсь, а еще медленнее думаю. Вот и порезали.

***

Седой дядечка в черном комбинезоне был выведен из задумчивости писком коммуникатора. Ожил один из личных секретных чатиков. Тот самый, в котором категорически запрещено называть имена, места и даты.

Дядечка провёл рукой по настольной панели и перед ним возник крошечный чёрный мониторчик. Здесь, глубоко в подводной шахте работала только спецсвязь.

Входящий и исходящий трафик имитировал бухгалтерские таблицы одного крупного синдиката, чьи бесконечные офисы располагались на поверхности этой планеты. Но вот здесь, где глубоко и тихо, на черном мониторчике возникли зелёные буковки:

— Не уверена, что он доживет до финала.

Ох уж эти недоверчивые. Седой дядечка был главой аналитического отдела и кандидатура, о которой шла речь, считалась в его отделе абсолютным фаворитом.

— Доживёт. Все его действия направленны на ускоренный рост. Что еще нужно для выживания?

Собеседница же продолжила сомневаться.

— Уже вторая непредсказуемая и совершенно неоправданная выходка, приведшая к травмам.

Ну как объяснить курице, что бы то ни было? Никак. Курицу можно только утешить.

— Не волнуйтесь. Во втором случае травмы на порядок легче. То есть тенденция положительная.

Мониторчик мигнул и текст диалога исчез. Вот так. Ни здравствуйте, ни до свидания. А какой заказчик не бесит? Все заказчики бесят. И седой дядечка в чёрном комбинезоне движением руки над панелью вернул монитор в небытие.

Редчайший, и потому драгоценнейший тип катехизатора — «катехизатор владыка». Эти дурни гноят людей в аквариуме под нейропломбой не подозревая, что именно из этих аквариумов уже несколько тысяч лет и выходят регуляторы балансиров.

Проснулся

***

Проснулся я сам. Самочувствие не очень. Потеря крови. Тридцать восемь благословений. Капельницы уже не было. Было тихо и пусто в этой палате. А еще я постоянно голоден. И постоянно мучаюсь жаждой.

Так что нужен вокруг замка сложный венок сторожевых светлячков. И на флаг хочется посмотреть. Я вышел из палаты. По коридору шла хмурая Регина Ашотовна.

— Вы снова меня побьете, мой лорд?

Когда это я ее бил? Ее била Милли. Ах да, за все отвечает лорд.

— Нет. Я не стану тебя бить. Спасибо за хорошую работу.

И я провел рукой по бинтам на груди.

— Эти швы разойдутся при малейшей нагрузке и вы снова окажетесь здесь, мой лорд.

— Никаких нагрузок. Обещаю.

Я всё-таки вышел на воздух, и это было прекрасно. Тут был Бонивур.

— Мой лорд, в округе тишина. Пресечена попытка алхимика прорваться в лазарет с зелёной простынёй. Девка Аппарель поймана при попытке скрыться и заперта в клетку в подвале.

— Ты ей хоть горшок туда дал?

— Зачем?

— Может она пыталась скрыться, чтобы пописать?

— Не подумал. Виноват. Немедленно исправлю!

— И как исправишь?

— Ну… Дам горшок и отпущу.

Какой-то цирк, а не тайная канцелярия. А вот курица хромает, лорд. Давай ей ножку полечи. У каждого свой уровень ответственности.

— Ты у меня за внутреннюю безопасность отвечаешь, так что давай отвечай. Хоть с горшком отпускай, хоть с букетом закапывай. Но чтобы внутренняя безопасность была. Понимаешь? Чтобы у нас внутри было безопасно.

— Слушаюсь, мой лорд! Через полчаса ужин! Я шёл вас будить.

— Спасибо.

В тронном зале эльф показывал Милли наш флаг. Светло-салатовая простынь была развешана поверх картин на стене. С нее на меня смотрел чёрный бык в красном шлеме. А вот Милли в мою сторону даже не взглянула.

Бык был похож на моего Будугава. Но почему шлем красный? И фон тоже какой-то слишком нежный.

— Мой лорд, принимайте работу!

Эльф очень радовался. Кажется всё вот это казалось ему шедевром.

— Милли, как тебе?

— Я знала двух лордов с флагами. У одного была девка с огромными буферами, у другого топор. У вас, мой лорд, будет бык.

Странное цветосочетание ее не беспокоило. Да и я не художник. Чёрно-красное на салатовом, так черно-красное на салатовом. И чего она мимо меня смотрит?

— Принято, Пум. Молодец. Дёмычу отнесёшь, пусть организует древко и торжественное водружение знамени на надвратную башню.