Поющие клинки (СИ) - Иванушкин Александр - Страница 33

Идем за стол. В конце концов это не знамёна украшают лордов, а лорды наполняют свои знамёна смыслом и силой. Ксю установила передо мной большую пиалу с густым горячим бульоном. Ага.

— Милли, тебя кто укусил?

— Никто, мой лорд. Большую часть перстней я отдала Вису, потому что они все по его специализации. Кое-что поделила с алхимиком. Вам же вот, интересный перстень «регенерация». Поскольку сражаетесь у нас только вы, он вам нужен больше всех.

Ладно. Официоз, так официоз. Очевидно меня дрессируют. Это то, что я в ней увидел с самого начала нашего знакомства. Ну дрессируй. Чем бы дитя не тешилось, только бы докторов не избивало. А у лорда есть дела поважнее.

— Пум, помнишь светлячков из костра в лесу?

— Да, помню, мой лорд.

— Мне нужен хоровод светлячков вокруг замка по ночам. Салатовых. Чтобы метров триста от стен были всегда освещены.

— Это можно сделать, мой лорд. А почему салатовых?

— Чтобы глаза дозорных меньше уставали. А можешь сделать так, чтобы светлячки набрасывались на чужих под стенами? Например упорно залепляли собой их лицо?

— Это уже сложнее гораздо. Точнее просто, если создатель их направляет, а вот в автономном режиме…

— Продумай схему, подключи Виса. Нужен венок светлячков вокруг замка. Осветительный хоровод, в нем сигнальный, отдельные светляки, что бросаются ярко освещать чужих вошедших в охраняемую зону, скажем, белоснежные. И еще боевой слой, что или ослепляет, или парализует чужого, при необходимости.

— Это удивительно плодотворная задача! Мой лорд, я немедленно приступаю к экспериментам по созданию рефлективных светлячков!

— Пожуй вначале.

— Да-да, ваша кухарка просто великолепна.

А то. Милли с мордочкой герцогини чопорно поглощала свой ужин. Я же с большим удовольствием натрескался пирожков с мясом и яйцами. И напился этого живительного бульона. Тут был еще какой-то румяный гусь вверх ногами, но я не рискнул его трогать. Не влезет. Алхимик с ним справится и без лорда.

Кольцо регенерации надевалось почему-то на большой палец. Хочу такое кольцо на каждом из своих бойцов. Почему бы не проклясть свой народ и себя на регенерацию? Это ведь возможно? Вот кольцо, которое усиливает естественную способность. Рискну обязательно, только не здесь, а где-нибудь подальше. И желательно во сне.

Тёплый набитый живот тянул прилечь. Хлопнула дверь в подвал, который тюрьма, и в зал вышел Бонивур, конвоирующий небольшого роста девицу. Девица была красная и злая. Они попытались молча выскользнуть за дверь, но мне было любопытно уточнить про «безумие брошенных женщин».

— Бонивур! Веди ее сюда.

И Бонивур подвёл. Аппарель злилась.

— Очень выразительно, дева, ты блещешь очами. Просвети своего лорда, кого любишь, кого ненавидишь?

— Всех мужиков ненавижу! За тупость!

— Ясно. Но это только половина ответа. Я спрашивал еще «кого любишь?»

Тут Аппарель наглухо замолчала. Никого не любит совсем, что ли? Или любовь её повышенной секретности?

— Ксюнчик, отмой, накорми… И выслушай.

— Да, мой лорд. Пошли на кухню, девочка.

Вот и хорошо. Безумия в Аппарели я не наблюдал. А вот характер — вполне. И формы к этому характеру прилагались тоже характерные. Что там за парень такой привередливый? Впрочем, еще и этой курице ножку лечить я не стану. А пойду и высплюсь, если получится.

Это ожидание осады уже надоело. Где ты там, лорд Будугав, со своим изогнутым тесаком?

Милли не пошла за мной в спальню. Она игралась в оскорблённое величие. Не честно с моей стороны так беспардонно пользоваться её игрой, не играя в «искреннее раскаяние» в ответ. Но у меня в голове не помещались одновременно слова «игра» и «искренне».

Скорее всего это очень большой недостаток. Я — плохой конь. Наверное, потому что не конь вовсе.

Кстати о конях, о зелёных. Прошлый опыт говорил, что я могу заказать пегасу место перед сном. Задать координаты. Поглядеть что-ли на то, как успел вырасти Жругниль? У меня было предчувствие нашей с ним встречи наяву.

Без Милли в этой кровати слишком просторно и даже как-то пустынно. Но ведь я по идее обязан здесь страдать? Вот и стану страдать. Засыпалось после потери крови легко.

Вместо плавного полёта или неспешной беседы, я получил воздушный бой. Всё мелькало вокруг и не сразу стало понятно, что мой пегас грызётся с другим таким же, только чёрным.

Ну не совсем таким же. Морда противника была змеиной. И очень зубастой. И вместо копыт — лапы с когтями. Схожими были только крылья. И если у моего пегаса перья отливали к концу белым, то у его черного врага — красным.

Мы разлетелись и снова стремительно сшиблись. На черном восседал «лорд Жругниль уровень 10» собственной персоной. Он тоже сейчас спал? Какое интересное открытие. Эта гнилая жабка тоже могла летать во сне? И видеть бодрствующего меня, например? Меня с Милли, вот так же, как я наблюдал Будугава с дамами, например?

Атас. Имея преимущество никогда не думай, что оно уникально.

Зелёные и чёрные перья мелькали вокруг. У обоих летунов была синяя кровь. Это было понятно, потому что у обоих уже было множество ран. И я, и некролорд, болтались декорацией на спинах сражающихся зверей и ничего не могли сделать.

Я боялся отвлечь своего коня, нарушить его концентрацию. О чем размышлял слизистый Жругниль, не знаю.

Однако острые зубы и когти выигрывают у рогов и копыт. Зелёный начал сдавать. И допустил ошибку. Змеиная пасть, увернувшись от копыта, вгрызлась в зелёную шею. Мой пегас молотил врага крыльями и копытами, но тот держал его за шею, как капкан.

Синяя кровь била струёй прямо в пасть желтоглазой змеюке. Да что же это такое! Я прыгнул, совершенно не думая, что сорвусь вниз покинув своё невидимое магическое седло, и врезал чёрной твари в жёлтый глаз. Вот кулаком от души.

Не знаю чего я ожидал, но кулак мой, не встретив серьёзного сопротивления, въехал в этот огромный глаз, погрузился в него, расплескав содержимое. Тварь выпустила зелёную шею, взревела и ушла по наклонной вниз.

Я полетел кубарем. И тоже вниз. Однако успел еще увидеть задранную ко мне недоумевающую рожу Жругниля. Вот никаких других эмоций. Чистое недоумение.

Земля летела навстречу. Я же во сне и по отношению к ней бестелесен? Кажется. Однако узнать на сколько километров в тёмный грунт меня погрузит моя теперешняя скорость, не успел. Был подхвачен на спину терявшим синюю кровь зелёным.

Героическая скотина. Только драться не умеет.

— Она напала неожиданно.

Ага. А еще она ловчее тебя и лучше вооружена. Ты не помрёшь там от потери крови?

— Нет. Но приземлиться стоит.

— Не возражаю. Откуда эта змея одноглазая взялась у некроманта?

— Она не была одноглазой сразу.

— Нравится тебе?

— Не пори чушь.

Истерзанный клыками и когтями зелёный тяжело опустился в густую траву. Нет, ну почему чушь? Какие бы детки красивые получились у вас. И ловкие.

— Заткнись уже. Спасибо за помощь, кстати.

Пожалуйста. И как я могу заткнуться? Перестать думать? Но перед глазами так и стоит эта бликующая в лунном свете длинная шея! А этот великолепный лоснящийся круп! А острые коготки! И тут пегас пнул меня копытом.

Я проснулся. А он ничего парень. Может и сработаемся. Значит Жругнильчик тоже «аномалия» и у него тоже есть свой помощник-наблюдатель. Черная, летающая, теперь одноглазая тварь.

У меня умник, у него боец не ставящий этого умника ни во что. А есть ли пегас у лорда Будугава? Дважды Атас! Есть ли пегас у каждого лорда, или он есть только у «аномалий»?

Кстати, с какого перепуга я «аномалия»? Сплю много? Ем странное? Или некрасивый?

В спальню заглянул Бонивур:

— Мой лорд, к вам маг ломится.

— Запускай.

Не разойдутся эти дурацкие швы от урока чтения. Я поднялся и достал клинки из ножен. У меня был бесценный опыт сражения с упрямыми, твёрдыми, вооруженными людьми. Необходимо его осмыслить. Мой воображаемый противник теперь не был чистой фантазией.