Вселенная шай-ти (СИ) - Котикова Мария Вячеславовна - Страница 35

Он бы даже не подумал нарушить этот закон: его расе хватило одной-единственной ошибки, продиктованной доверием к старым и проверенным союзникам, чтобы позволить себе допустить ее вновь. Проверяли всех, кто уходил в космос даже на сутки, не говоря уже о чужих. Ибо последствия той ошибки оказались страшными и ее последствия до сих пор, тысячи лет спустя, напоминали о себе в каждом доме. И еще долго будут. Пока не сотрется в пыль память, что когда-то шей-ти могли рожать сами.

- Вашему лекарю можно доверять?

- Всесторонне, уважаемая Тай-до-ко, он уже много лет ведет мое психологическое и физическое здоровье, - как будто Фенх позволил бы взять Соню под крыло кому-то другому!

- Отрадно это слышать.

Они шли в молчании под сенью вековых деревьев, сплетающихся в вышине ветвями, что образовывало своеобразный купол. Косые солнечные лучи добавляли окружающему миру торжественности, и начинало казаться, что вокруг не парк, а древний храм.

Ашаю было невыносимо тошно. Хотелось домой: прижать к себе Соню и долго-долго не выпускать, услышать ее возмущение и радость - она же не плюшевый мишка, чтобы ее так тискать! И пусть он даже и не знал, что это за зверь - плюшевый медведь - но это ведь такие мелочи. И хотелось наконец-то дослушать легенду о половинках душ, которые когда-то были одним, но потом боги разгневались и разбили их, как кувшин. И теперь люди пытались собрать свою душу воедино, снова сделать ее цельной, найти по красной нити. Ашай считал эту метафору достаточно интересной, тем более что подобные нити связывали всех шей-ти и шай-ти.

И его с Соней.

- Я буду ждать вас и ваш свет послезавтра. На вечернее чаепитие в Большой оранжерее здания Советов, - вернул Ашая в реальность голос Тай-до-ко. - Надеюсь, данное время вас устраивает?

Даже если бы не устроило - отказаться было невозможно. И так придется переносить ряд встреч на другие дни.

- Безусловно. Вы позволите мне уйти, сияющая?

Тай-до-ко минуты три молча смотрела на немного склоненную голову Тай-до-рю. Ашай сейчас слышал каждую эмоцию и его замутило от чужого желания поставить его на колени, заставить признать власть и силу Жрицы, сделать так, чтобы она стала его темным солнцем и… уничтожить этот непонятно откуда взявшийся свет. Ашай с трудом подавил в себе вмиг всколыхнувшуюся жажду убийства - только еле заметная рябь прошла по поверхности внешнего кокона защиты.

- Если это то, чего вы хотите…

Тай-до-ко недовольно поджала губы.

- К сожалению не хочу, но вынужден, многоуважаемая Тай-до-ко, - и словно сожалея, Тай-до-рю продолжил, - мои обязанности и работа требуют…

- Да-да, если бы не они, то вы бы так и продолжили созерцать мой прекрасный лик. Поменьше лести, Тай-до-рю, вам не идет, - оборвала Ашая Жрица. Мягкость в голосе сменилась жесткостью - разозлилась.

- Я учту, - пообещал Ашай. - С вашего позволения, достопочтимая Тай-до-ко. Удачного вечера.

Ашай про себя считал шаги, как когда-то высчитывал ритм, обучаясь музыке - чтобы, не приведи Боги, не сбиться! Не нарушить резкой нотой вырисовывающуюся звуковую картину. Так и сейчас: раз-два-три, раз-два-три, шаг и вздох, шаг и вздох…

Взгляд Тай-до-ко жег спину, чужие эмоции опутывали, как черный дым, мешая дышать - Ашаю так не хватало свежего порыва ветра!

Он знал, что если обернется, то увидит только деревья да мощеную камнем улицу - не Тай-до-ко. Но проклятое чувство слежки не пропадало ни на секунду. Поэтому он шел домой, считая шаги и трещины в плитах. Как это на прогулках делала иногда Соня. И еще старалась наступать точно на плитки, чтобы ни носок, ни пятка не вышли за их границы.

- Интересно, чем ты сегодня занималась, мой свет? - подумал вслух Ашай.

Вчера, например, Соня разбирала кладовую, а позавчера раскопала пластины с его детскими фотографиями и видео. Ашай сам о них забыл почти, а она нашла. И очень радовалась - а потом расстроилась, что свою память показать ему не сможет. Чем его свет мог заниматься сегодня, он даже не пытался предполагать. В одном был уверен - ждала его.

От этой мысли на сердце у Ашая потеплело. И от осознания, что дом начал становиться домом в самом прямом смысле этого слова - тоже. В него стало уже так просто не войти, покой не нарушить. Даже Фенх вынужден теперь на пороге притормаживать, а не влетать с рассветом радостной полоумной птицей.

Тай-до-рю покачал головой, поднимаясь по лестнице в дом, к лифтам, и запоздало удивился: кажется, дошел. Когда только парк насквозь пройти успел?

А к встрече с Тай-до-ко Ашай Соню обязательно подготовит.

У порога квартиры перед открытыми дверьми его уже ждала Соня и над ней, под самым потолком, висел на витом крючке лишши, горящий ровным золотисто-оранжевым светом. Он был круглый, бумажный, расписанный неизвестными Ашаю цветами и травами, перевитый разноцветной проволокой, складывающейся в дивных зверей. Подойдя ближе, Тай-до-рю понял, что колеблющаяся дымка вокруг - это обрывки солнечных парусов: у него все руки не доходили выкинуть неудавшиеся образцы, а Соня…

- Нравится? - явно наслаждаясь реакцией, спросила Соня. - Когда Фенх с Машехрой рассказали о том, что такой фонарик у двери - это жуть как важно, я решила обязательно его тебе сделать, но чтобы получился сюрприз!

- У тебя получилось, мой свет, - почти шепотом ответил Ашай, осторожно прикасаясь кончиками пальцев к лишши, будто боясь, что чудо исчезнет. Но лишши и не думал погаснуть: разгорелся сильнее, отбрасывая на стены причудливые тени. - Я… я не знаю, как тебя отблагодарить…

- Тоже мне, отблагодарить! Вот еще! - фыркнула Соня, но вся так и лучилась удовлетворением. - Я хотела, чтобы тебе стало хорошо. Просто так, потому что.

- Ответ, конечно, исчерпывающий, - мягко улыбаясь и сгребая Соню в объятия, почти рассмеялся Ашай. Не отпустит, ни за что не откажется! - Спасибо, огромное спасибо тебе. Я безмерно счастлив.

- Ага, - Соня довольно обняла его в ответ, весело прищурившись. - Я сумела хоть немного выправить тебе настроение?

- У меня сейчас замечательное настроение, мой свет, - уверил он, - не сомневайся.

- А еще я тебе мясо приготовила. Только оно сладким получилось, - серьезно-серьезно предупредила его Соня. - И салат сделала. И какую-то фигню отварила, на репу похожую, но вроде вкусную.

- Еда - это хорошо, - прислушался к себе шай-ти. - Это очень хорошо.

- А то я не знаю! Ты же, наверняка, как обычно, на одном завтраке живешь, тем более, Фенх в командировке до после-послезавтра - а если он не вытащит тебя поесть, так никто не вытащит!

- Твоя проницательность, мой свет, не ведает границ! Но тут ты не права: кроме Фенха есть еще ты!

- Я, к сожалению, у тебя на работе еще не была, так что вариант заведомо провальный.

- А если бы была?

- То у тебя был бы обед и полдник! - пообещала Соня. - Впрочем, я нашла контейнеры для еды, поэтому они и так у тебя будут!

- Ты хочешь, чтобы я стал круглый и мягкий, как ты, мой свет!

Он рассмеялся в конце предложения, видимо представив себе озвученную картину, а Соня, и не подумав обижаться, потянула его в дом: вытаскивать из уличной одежды, кормить и уютить - даже слово специально придумала! Это значило забираться к Ашаю под бок, обнимать, насколько хватало рук, и слушать обо всем, что случилось с ним за день. И самой рассказывать: пусть даже какие-то глупые мелочи наподобие залетевшей в дом бабочки или найденной в шкафу банки с зеленым - вот уж диво! - медом.

- Да, это, можно сказать, моя голубая мечта, чтоб ты знал! - гордо подтвердила девочка.

- Соня… - серьезно произнес Ашай, остановившись на пороге, прямо под лишши. И Соня, услышав его тон, замерла и обернулась. - Я найду тебя везде, чтобы ни случилось. Только не отказывайся от меня, не гони, мой свет. Я…

- Ты сейчас глупости говоришь, - недовольно озвучила Соня свои мысли на предложение ‘отказаться’, подходя и глядя на него снизу вверх. - Как я от тебя отказаться могу, тьма моя? Я уже тебя выбрала, пошла за тобой и к тебе, так что терпи. Вот она я, - Соня развела в стороны руки, словно бы показывая: я здесь и никуда от тебя не собираюсь - ни сейчас, ни потом. - Какая есть.