Гений - Лангеланн Хенрик - Страница 23

Красная головка с треском отломилась и упала под стол.

Кристиан виновато улыбнулся. Женщина смотрела на него с пугающей требовательностью. Кристиан вытащил новую спичку, но, не успев чиркнуть фосфорной головкой по вихлястой поверхности, нечаянно уронил и спичку, и коробок.

Женщина вскинула голову и опустила руку с сигаретой «Лаки Страйк». В ее очках отражалось солнце.

Обедающие за столиками начали обращать на них внимание. Кристиан сделал третью попытку. Пламя взметнулось, и он наклонился к женщине. Она зажала сигарету между кроваво-красными губами и нагнулась, но не успел Кристиан донести спичку до сигареты, как пламя погасло.

Разговоры за столиками затихли.

Кристиан зажег уже четвертую, предпоследнюю, спичку. На этот раз незнакомка поставила ладони вокруг пламени, чтобы защитить от ветра. Кристиан попытался поднести огонь к сигарете, но красные ногти женщины поцарапали ему кожу. Кристиан непроизвольно вздрогнул, и пламя коснулось ее пальцев.

— Черт! — вскрикнула женщина и отдернула руку.

— Простите! — сказал он, запинаясь. Коробок и потухшую спичку он так и держал в руке, скорчившись от унижения.

— Идиот! — прошипела женщина, зажгла спичку сама, прикурила сигарету и глубоко затянулась. Женщина подалась вперед и открыла губы, как будто хотела что-то прошептать. Кристиан поднял к ней лицо, и в ту же минуту она выпустила дым прямо ему в глаза и легонько ущипнула за кадык.

Слезящимися глазами он наблюдал, как она бросила спичечный коробок себе в сумочку из которой торчал последний номер «Уоллпейпер». Не оглядываясь, уверенными шагами она ушла в сторону здания Парламента. Кристиан коснулся шеи и задумчиво посмотрел ей вслед.

ГЛАВА 10

«На ночном столике»

Возвращаясь из «Габлера», Кристиан пытался забыть эпизод со спичечным коробком. Едва он вошел в офис, зазвонил телефон. Кристиан поспешно взглянул на дисплей. Высветилась надпись «Неизвестный номер». Уверенный, что это какой-нибудь торговый агент, Кристиан поднял трубку и сказал со своей обычной интонацией:

— Кристиан фон дер Холл.

— Добрый день, это Пер Банк из газеты «Экономический ежедневник».

Боже мой! Кристиан внутренне застонал. Он уже рассказывал им тысячи раз, что получает газету на работе и посылать ее к нему домой нет никакой необходимости.

— Здравствуйте, какие вопросы у вас на этот раз? — резко спросил он.

Какую-то секунду в трубке помолчали, затем человек продолжил миролюбиво:

— Мы хотели бы знать, Холл, что лежит на вашем ночном столике.

— Что? — Кристиана изумил такой странный вопрос.

— Как вы, наверное, знаете, в нашей газете есть специальный раздел. На последней странице мы спрашиваем людей, недавно начавших появляться на страницах нашей газеты, что лежит на их ночном столике.

— Да, конечно. Так, и что же у меня там лежит? — задумчиво произнес Кристиан. Он пытался вспомнить название какой-нибудь книги, поскольку очень хорошо знал, что находится на его ночном столике, но не хотел оказаться среди тех, кто шутит про будильники и ночники.

Он усиленно соображал, что же ему ответить.

— Ну, разумеется, из книг, — продолжал голос в трубке, — или, если вы не читаете в постели, расскажите, что вы читаете в течение дня помимо литературы по работе. Или, по крайней мере, какую книжку вы читали последней?

Господи, когда он читал последний раз? Это было так давно. Едва ли еще не при жизни отца. Кристиан прикрыл глаза и в отчаянии старался вспомнить название книг издательства «Сигнатур», стоявших на почетном месте на Ховсетере. Но нет. Все без исключения имена издаваемых его отцом французских писателей стерлись из памяти.

Кристиан услышал дыхание в трубке и попытался припомнить обложку одной из Тессиных книг, которые всегда валялись в гостиной, но ему опять не повезло.

Молчание затянулось. «Надо скорее придумать что-нибудь подходящее. Ибсен — слишком тяжело и помпезно. Но кто же еще? Ах, черт возьми, какие еще есть писатели?»

— Алло, — донеслось из трубки, — может, я не вовремя?

— Нет, нет, — поспешно ответил Кристиан, — все отлично. Просто моя секретарша вошла со срочным делом. Вы сказали, книги на ночном столике? В данный момент я читаю Гамсуна.

— Да, нельзя сказать, чтобы очень оригинально, но, в любом случае, ваш выбор вполне качественный. А что именно из Гамсуна вы читаете?

Что именно? Кристиан нервно забарабанил пальцами по коврику для мыши.

— Именно сейчас… «Голод»!

— Да-да-да, но, наверное, вы читали не только «Голод»? У вас есть какая-то любимая его книга?

«Ч-черт, и зачем я сказал ему про Гамсуна? Какие еще романы написал этот Гамсун?»

Лихорадочно копаясь в памяти, он заговорил в трубку, пытаясь выиграть время:

— Я никогда не был силен в творчестве Гамсуна. С самого детства. Ну, наверное, моя любимая книга…

Ничего не всплыло. Абсолютно.

— Да?

— Ну, моя любимая книга… «Новые соки земли», — вспомнилось ему наконец.

— Ах, «Новые соки земли»… Надо же, как интересно…

По голосу собеседника Кристиан почувствовал, что сморозил что-то не то.

— Вы имеете в виду «Новая земля»? Или «Соки земли»?

Кристиан почувствовал, что краснеет.

— Ой, что это я? Естественно, «Соки земли». Ну конечно, «Соки земли»! Просто потрясающий роман. Я считаю, что все, работающие в сфере народного хозяйства, должны это прочитать. Да, да, так и напишите.

— Да что вы? Потрясающий роман, говорите? Может быть, вы могли бы сравнить отношение норвежского государства к Гамсуну после войны и отношение Норвегии к своей экономике?

Гамсун и экономика Норвегии? Кристиан заколебался, но понимал, что лучше всего закончить разговор, не дожидаясь следующих вопросов.

— Да, можете так и написать, — сказал он легко, — но сейчас, к сожалению, мне надо закругляться. Меня уже ждут, встреча начинается через несколько минут.

Такое вранье срабатывало беспроигрышно.

— Да, да, спасибо, что уделили время. Надо же, как интересно — Гамсун! Интервью появится в печати завтра или послезавтра.

Со словами «Спасибо, обязательно почитаю» Кристиан положил трубку и расслабился. Он попал в колонку «На ночном столике». Теперь-то он действительно засветился в прессе. Обидно, конечно, за этот ляп с «заросшими полями». Но все остальное прошло великолепно. Тесса будет довольна, что он сумел вспомнить что-то кроме журнала «Экономист».

— Господи, Гамсун! Кристиан! Да ты же в жизни не прочитал ни одной его книги! За те десять лет, что я тебя знаю, ты едва ли хоть одну книжку прочитал.

Кристиан принес «Экономический ежедневник» домой с работы, чтобы показать интервью Тессе. Он ничего не сказал ей заранее, решив подождать интервью в печати.

— Ты что, действительно сказал «Новые соки земли»? — Тесса в отчаянии подняла руки. — Совсем чокнулся. А что ты имел в виду, говоря, что норвежским экономистам есть чему поучиться из этой книги. Как можно такое говорить, даже не открыв книги?

— Да ладно, Тесса, это же просто треп! Эта колонка — не что иное, как показуха. Никто не обратит внимания на то, что там написано. Мне же надо было как-то выкручиваться, — разочарованный ее реакцией, Кристиан защищался как мог.

— Для тебя это особенно должно быть стыдно, ведь твой отец был издателем! Ты что, не мог сказать, что вообще не читаешь художественную литературу? Может, они позвонили бы тогда кому-нибудь другому.

— Другому? Тесса, дать интервью для колонки «На ночном столике» очень престижно. Если хочешь знать, мне оказали этим звонком большую честь.

— Ты же только что сказал, что это всего-навсего шоу?

— Между прочим, они в нескольких местах не совсем точно выразили мои слова. Я очень хорошо помню, что сказал…

— В любом случае это кошмар. Ты хоть в общих чертах знаешь, о чем эта книга?

— Ты все преувеличиваешь. И вообще, как ты думаешь, сколько читателей газеты действительно читали этот роман? Дай бог, если хоть один.