Гений - Лангеланн Хенрик - Страница 24

— Тогда будем считать, что ты был занят чем-то другим, когда тебе позвонили. И что интервьюер просто неправильно тебя понял. Хотя бы в том, что касалось «Соков земли».

— Кристиан, буду с тобой честным. Интервью тебе действительно не удалось. — Эрленд сочувственно посмотрел на него. После скандала с Тессой Кристиан переоделся и сел за руль «Вояжа». Брату он позвонил с мобильного и уговорил встретиться в «Габлере». Ему надо было внести ясность, действительно ли все было так скверно, как говорила Тесса.

— Неужели все так плохо, Эрленд? Тесса просто взбесилась. Я вроде ничего особенного не сказал.

— Может быть, — ответил Эрленд. Газета лежала перед ним на столике. — Ты, вероятно, прав в том, что в этой колонке собраны не бог весть какие мировые сокровища. Да и Гамсун, в общем-то, — вполне стандартный ответ. И к тому же ты вспомнил хоть какое-то название. Вернее, даже два. — Он осторожно улыбнулся. — Обычно те, кто называет Гамсуна, вообще редко вспоминают хоть какое-то произведение. Их выручает фраза «Да, как там это называлось?»

— Ты хочешь сказать, что все не так страшно? — Кристиан нервно пил маленькими глотками «Мункхольмен».

— Ну-y-у… В твоей ситуации… Ведь ты все-таки работаешь в области медиа. Люди ожидают, что работающие в этой отрасли кое-что понимают в культурном наследии.

— А Гамсун — не культурное наследие?

— Гамсун — вполне культурное наследие. Но Гамсун — это клише. И если есть нечто, что культурные люди презирают больше всего прочего, — так это как раз именно клише.

— А что, по-твоему, мне надо было ответить? — Кристиан заметил, что начал раздражаться.

— Послушай, Кристиан, если ты действительно хочешь хоть немного разбираться в писателях и читать то, что даст тебе ключ к их мировоззрению, то тебе следует прочитать Дага Сольстада. И Тесса будет тобой гордиться.

— Даг Сольстад? Так я же его… Кристиан задумался. — Так это же его книги лежат у Тессы на тумбочке!

Они иронически усмехнулись друг другу.

— Я не удивлен. Он один из самых известных современных норвежских писателей с тех пор, как…

— Но Тесса говорила что-то… Он ведь не марксист-ленинист?

Эрленд собрался было ответить, но замолчал, увидев взгляд брата.

— Я считаю, что в Рабочей коммунистической партии было что-то садистское, — продолжил он серьезно. — Заставлять людей следовать генеральной линии партии или государства жестоко.

— Ну не знаю…

Эрленд задумчиво посмотрел в окно. Затем продолжил:

— Но я все же склоняюсь к тому, что в движении РКП в ранние семидесятые годы было нечто мессианское. Ты не видишь сходства между событиями того времени и тем, что происходит сейчас? Только с обратным политическим знаком? Просто сейчас мы перешли от рабочего коммунизма к виртуальному коммунизму. Сейчас собираются не на выборах, а на веб-страницах и жертвуют не для революции, а для информационно-технической революции. — Эрленд криво улыбнулся. — Но Сольстад вмещает в себя намного больше. Мне кажется, он похож на молочный шоколад «Фрейя» — маленький кусочек Норвегии. Знаешь, тебе неплохо было бы прочитать самому. — Он помолчал и осторожно взглянул на старшего брата. — Кстати, насколько я знаю, он был другом отца.

Кристиан закрыл газету.

— Отлично, Эрленд, спасибо. Пойду, попробую почитать что-нибудь из этого Сольстада.

— И вот что, — сказал Эрленд, когда Кристиан поднялся, — вполне может быть, что сначала ты найдешь его немного трудноватым. Он пишет длинными предложениями и рассуждает несколько пространно. Но ты не пожалеешь, если осилишь его. И, когда в следующий раз тебя будут интервьюировать для «Экономического ежедневника», тебе будет чем блеснуть.

ГЛАВА 11

Sc

После нескольких отсрочек Кристиану наконец удалось договориться с Буссе о встрече, чтобы обсудить проект «Сехестед».

— Пять тысяч крон? Ты что, издеваешься надо мной? Ты не смог использовать жалких пять тысяч крон в баре за два вечера? Как ты думаешь, в какой отрасли мы работаем? В обществе трезвости? Или как? Ты разочаровал меня, Хенрик. Я от тебя такого не ожидал, — услышал Кристиан голос Буссе Шенкенберга, когда остановился перед стеклянной конторкой шефа «Скандорамы».

Кристиан посмотрел на часы: он пришел секунда в секунду. Прямо перед поездкой он поменял «Патек» на спортивные часы «Джи-Шок Иллюминатор» фирмы «Касио». Он купил их в связи с заключением сделки с «Ашетт», когда Бьёрн повысил ему зарплату.

— В следующий раз постарайся, пожалуйста, быть поаккуратнее. Это важно. Люди обращают внимание на то, за что и как ты расплачиваешься. — Заглянув в дверь, Кристиан увидел, что шеф беседует с каким-то молодым парнем. Видимо, тот представил финансовый отчет о командировке, который явно не нравился шефу.

— Добрый день, — улыбнулся Кристиан, войдя в кабинет.

— А! Наконец-то вижу человека, у которого есть голова на плечах! — воскликнул шеф «Скандорамы». — Я думал, что нанят в качестве административного директора в крупнейший интернет-портал в Скандинавии, но иногда мне кажется, что я главврач современной больницы для умалишенных.

Он посмотрел на Кристиана и широко улыбнулся. Затем снова ткнул указательный палец в финансовый отчет и продолжил распекать беднягу:

— Пять тысяч — это слишком. Но поскольку ты молодой и неопытный стажер, на этот раз я тебя прощаю, но подобные счета из баров я больше не приму.

Молодой и неопытный внимательно рассматривал носки своих ботинок. Буссе повернулся к Кристиану:

— Двухдневная конференция в гостинице с представителями из рекламных бюро и интернет-компаний… И вот представитель «Скандорамы» приносит мне счет на сумму в пять тысяч крон! В таких случаях необходимо тратить минимум десять! «Скандорама» — не какая-то шарашкина контора. Если мы будем экономить на выпивке, то никогда не станем ведущим порталом Скандинавии. В следующий раз ты принесешь счет на сумму в два раза больше, понял?

Буссе указал стажеру на дверь, и тот мгновенно испарился.

— Пять тысяч крон! — Буссе с улыбкой покачал головой, потер пальцем нос и выбросил счет в мусорную корзину. — Ну ладно, хватит об этом! Итак, у нас пятнадцать минут.

Кристиан посмотрел на свои часы и сел за стеклянный стол для встреч. Он не возразил Буссе, хотя они договаривались на часовую встречу. Подать весь материал о проекте «Сехестед» за пятнадцать минут будет довольно сложно, но Кристиан весьма основательно подготовился к этому разговору. «Скандорама» как раз даст будущему проекту «Сехестед» возможность стать высококотируемым предприятием на бирже, и без быстрого увеличения стоимости его опционный договор будет стоить намного меньше.

Однако Кристиан молчал еще и по другой причине. Им овладела элементарная зависть: на руке у Буссе были часы от «Тимекса» — «Даталинк Интернет-мессенджер». Это были часы с автоматической установкой времени по спутнику, оснащенные электронной почтой и Интернетом.

— Извините, пожалуйста, — сказал Буссе и резко отодвинул бумаги на столе. — Я сейчас как раз занимаюсь планированием рыночной компании продвижения. И через четверть часа ко мне придут три представителя из «Курсива», изложат свои последние идеи. «Курсив» — это одно из крупнейших рекламных бюро, но легче от этого не становится. Боже мой! Они целых две недели потратили на размышления о принципиально новой концепции «Скандорамы». — Буссе скривился. — Я так устал от их идиотских предложений. Надеюсь, что в аду существует специальное место для рекламщиков. В прошлый раз они пришли с этой «патологически гениальной идеей» — как будто не я ее придумал. Почему, как вы думаете, я назвал три подотдела «Скандорамы» английскими словами «scan», «scope» и «scoop»[10]? — Буссе фыркнул и вытянул из кучи бумаг небольшую картонку. — Вот все, что они выжали из себя за две недели.

Он показал листок Кристиану. Зелеными буквами на бирюзовом фоне было написано: «Sc».