Охота на Золушку (СИ) - Барт Владимир - Страница 71

Жаль только, что Тормис приехал в столицу не праздновать, а работать.

Ян провел в Москве три дня, а на четвертый позвонил Вале Старостину, теперь уже Валентину Олеговичу, своему и Гришина бывшему сослуживцу, успевшему стать генералом.

"Мерседес" остановился у одного из зданий в районе "Детского мира", но несколько в стороне от дома номер 2, бывшего страхового общества "Россия". Из подъезда, на котором не было никаких табличек, вышел мужчина в куртке, без головного убора, наклонился, чтобы заглянуть в автомобиль, и, убедившись, что за рулем находится именно тот, кого он ожидал увидеть, открыл дверцу.

- Привет, частник.

- Здравия желаю, ваше превосходительство!

- Ты гляди! Ян шутит! Или так принято здороваться у ее сиятельства? Кстати, как тебе работается у Бачуриной?

- Все равно не поверишь.

- Неужели не нравится?

- Наоборот. Работа меня вполне устраивает.

- Не может быть! - искренне удивился Старостин.

- Я же говорил, что не поверишь.

- Зачем тогда я понадобился? Я ведь думал - ты пришел проситься обратно.

- Надо проверить по вашим архивам пальчики.

Пассажир посмотрел на Тормиса, но ничего не ответил.

- Ты меня знаешь, - успокоил Ян. - Я по пустякам не беспокою.

- Кто такой?

- Наемный убийца.

- Тогда это не по нашему ведомству.

- Это ликвидатор высочайшего класса. И очень возможно, что прошел подготовку у нас или у военных.

- Хорошо, проверю. Но ты мне будешь обязан.

- Ты проверь. И возможно - это ты будешь должен.

- Но в любом случае тебе сперва придется подбросить меня на Калинина. Адрес ты знаешь.

- Ладно, поработаю немного таксистом. А что ты без шапки? В такой мороз.

- Это для тебя, чухонца, двадцать градусов - мороз. А нам, сибирякам, не привыкать.

Черный "Мерседес" въехал во двор одного из элитных домов в центре Москвы. Когда машина остановилась, водитель, взглянув сквозь переднее стекло на здание, увидел, что в квартире его шефа горит свет.

- Вы кого-то ждали сегодня? - обернулся шофер к сидящему на заднем сидении хозяину.

- Что? - пассажир, углубившийся в какие-то свои мысли, не понял вопроса. Он даже не заметил, как автомобиль прибыл к месту назначения.

- У вас в квартире горит свет, - пояснил водитель, исполнявший по совместительству и обязанности телохранителя.

- Должно быть, Мария забыла погасить, - рассеянно ответил шеф.

Марией звали экономку, поддерживавшую чистоту и порядок в доме, готовившую пищу и взявшую на себя другие заботы о хозяине и его быте. В квартире у нее имелась собственная комнатка, но Мария по вечерам предпочитала возвращаться в собственный дом, к сыну, невестке и внукам. Благо жила неподалеку.

- Может, вызвать подкрепление? - предложил водитель.

- Подкрепление? Зачем?

- Ну, на всякий случай...

Шеф засмеялся:

- Разве наемный убийца стал бы зажигать в комнатах свет?

- Давайте, хотя бы провожу вас до двери.

- Не стоит.

Водитель, однако, подождал, пока хозяин закроет за собой двери лифта, и лишь тогда машина тронулась.

А шеф меньше всего думал о возможных опасностях. Он вспоминал девицу, с которой недавно провел время. Девка оказалась сообразительной, быстро поняла, чего от нее хотят. Хотя поначалу и струсила, когда привезли в темный заброшенный дом. И уж совсем испугалась, когда из темноты вышел завернутый в плащ неизвестный. Этим испугом мужчина насладился не меньше, чем последовавшей затем оргией.

Вставляя ключ в замочную скважину, шеф на мгновение замешкался, размышляя, кто же может находиться с той стороны двери. Но затем решительно повернул ключ. Чего ему бояться? В этой жизни он уже отбоялся свое. А что ждет в следующей, никому не ведомо. Из глубины квартиры донеслось:

- Вот и дедушка.

В прихожей хозяина встречала экономка.

- Модест Семенович, слава Богу, а мы за вас волнуемся. Настенька приехала.

Гуковский уже и сам понял, что из Нью-Йорка прилетела дочь, которую он не видел целый год. А внука, родившегося в Америке, видел лишь на фотографиях.

- Что ж ты, Настюха, не предупредила?! Я бы встретил, - прокричал Модест Семенович, снимая пальто. Из комнат вышла молодая женщина с младенцем на руках.

- Женю неожиданно вызвали в Москву. Меня он послал вперед. В Шереметьево нас встретили коллеги Жени, из МИДа, они и подвезли. Не возражаешь, если я немного поживу у тебя?

- Какой разговор?! Это ведь твоя квартира. Все равно я здесь не часто бываю. А приедет Евгений, могу и вовсе перебраться на дачу. Кстати, когда он прилетает?

- Не знаю. Он сделал остановку в Вене. А как дальше ему и самому неизвестно.

Зять Гуковского работал в одной из организаций под эгидой ООН, но Модест Семенович, хотя никогда и не разговаривал об этом с Настей, знал, что Евгений является сотрудником службы внешней разведки. Наверняка и дочка осведомлена о его подлинной профессии, но всем знакомым и даже отцу говорила, что муж служит в МИДе.

- Дай-ка мне этого бутуза, - протянул Гуковский руки к внуку.

- Сперва умойся, - отодвинулась дочка. - От тебя разит винищем. Что - седина в бороду, бес в ребро?

Последнюю реплику доця произнесла не без ехидства.

- Да это мы отмечали день рождения коллеги, - принялся оправдываться Гуковский. - Выпили по рюмочке.

- Большие, видно, были рюмочки... Иди, иди - умывайся. Заодно и помаду смоешь.

- Подумаешь - помада! - отмахнулся Модест Семенович. - Пили на брудершафт, ну и что? Или целоваться можно только молодым?

- Смотри, в твоем возрасте следует беречь здоровье.

- Помню, помню. Сердце, давление... Мария об этом постоянно твердит. Что за манера у женщин - вечно поучать. Может, ты думаешь: я за молоденькими бегаю? Сама ведь говоришь - возраст не тот.

Гуковский ворча удалился в ванну, мучительно вспоминая, нет ли в квартире чего-нибудь компрометирующего. Вроде не должно быть, сюда он ни разу не привозил девок. Да и пьяным старался не попадаться на глаза Марии. Отсыпался на даче. На всякий случай следует предупредить обслугу в загородном доме, пусть наведут порядок. Не ровен час, Настя захочет наведаться.

Старостин позвонил на следующее утро и попросил заехать к нему домой.

- Заодно и на службу меня подбросишь.

Тормис подъехал к знакомому дому уже через полчаса, хотя в другой день на это ушло куда больше времени. Но сегодня движение на улицах было на удивление слабым. Посигналив, Ян заметил Валю, выходящего из подъезда.

- Чего расшумелся? - буркнул вместо приветствия генерал. На этот раз он был в шапке.

"Мерседес" проехал мимо троллейбусной остановки, где столпились ожидающие, завистливо посмотревшие вслед лимузину.

Ян обратил внимание на красные припухшие глаза Старостина.

- Не выспался?

- Вчера по твоей милости до половины третьего проторчал на службе.

- Есть какой-то результат? - поинтересовался Тормис.

- Пальчики, которые ты передал, принадлежат человеку, погибшему в Чечне. Ты ничего не напутал? - хмуро ответил пассажир.

Тормис полез во внутренний карман и достал распечатанный на принтере портрет:

- Не похож на твоего покойника?

Генерал еще больше нахмурился, вздохнул:

- И где ты взялся на мою голову...

- А что такое?

- Начальству не понравится, когда оно узнает, что покойничек жив.

- Настолько серьезный специалист?

- Судя по послужному списку - очень. Не имею права даже намекнуть о содержании его личного досье. Скажу только, что мне не легко было получить к нему доступ. И то, что я получил, было далеко не полной версией. А теперь рассказывай, как к тебе попали эти пальчики. И тем более фото.

Тормис вкратце поведал предысторию вопроса, большую часть рассказа посвятив последней неделе. А узнать удалось немало: детективы "Цесаря" вышли на помощника киллера, а через того на диспетчера, через которого делались заказы.