Медиум (СИ) - Злобин Михаил - Страница 5

Ну вот, перчатка брошена. Теперь вряд ли у него получится отвертеться от спарринга со мной.

Вспышка гнева, которая полыхнула в эмоциях амбала была едва ли не осязаемой. Без шуток, я почувствовал ее даже на таком расстоянии. Мне кажется, ее ощутили даже обычные люди, которые тренировались возле этого крикуна. Кстати, об обычных людях. Несмотря на то, что контингент тут подобрался не из новичков в мире единоборств, каждый второй имел разряды или даже титулы, но во время нашего короткого разговора абсолютное большинство старательно делали вид, что ничего не замечают. И если на меня еще украдкой кидали взгляды, то в сторону здоровяка даже боялись посмотреть, чтобы лишний раз не спровоцировать его на агрессию. Нашлось всего несколько человек, кто без стеснения и страха наблюдал за дальнейшим развитием событий.

— Ты чё, мудила, попутал…

Не став дослушивать без сомнения оскорбительную фразу, я просто развернулся и зашагал к рингу, который Алмаз уже освободил по моей просьбе.

Для людей, подобных этому кабану, нет ничего оскорбительней, чем пренебрежение к их персоне. Им, привыкшим считать себя пупом земли, даже помыслить трудно, что кто-то может с ними обойтись столь непочтительно. Так что, даже не оборачиваясь, я ощущал полный ненависти взгляд, направленный мне между лопаток. Уже нырнув под канаты и выйдя на ринг, я с вызовом посмотрел на своего потенциального спарринг-партнера, который несколько растерялся от моего маневра. Очевидно, что серьезного соперника во мне он не видел, поэтому не понимал, по какой такой причине я с упорством камикадзе рвусь с ним сразиться. Так что сейчас он сверлил меня подозрительным взглядом из-под опущенных бровей.

— Ты что, струхнул, как до дела дошло? А как же обещанные проблемы? — Подтолкнул я его к более решительным действиям, чем вызвал пару коротких смешков от посетителей.

Услышав чуть ли не обвинение в трусости, мужик так стремительно сорвался с места, что я уж решил, будто он кинется на меня сходу, но тут между нами, словно чертик из табакерки, выскочил Чехоев, взяв на себя функции рефери.

— Три раунда по три минуты, достаточно? — Спросил он, на что я лишь безразлично пожал плечами, а бугай, поигрывая желваками, процедил: «Вполне!»

Клацнув кнопками таймера, Алмаз сделал два шага назад и махнул рукой.

Как только путь стал свободен, мой оппонент ломанулся в мою сторону со скоростью бешеного носорога. Несмотря на все свои габариты, двигался он легко и быстро, заставляя меня выкладываться с самых первых секунд.

Заранее это не обговаривалось, но спарринг как-то сам собой пошел по правилам бокса.

Нырнув под джеб левой и уклонившись от последовавшего сразу за ним хука с правой, я нанес пару пробных ударов по локтям, прикрывающим корпус, проверяя противника на прочность. Ощущения были такие, будто я пытался пробить стену. Уж что-что, а защиту этот бугай держать умел. В ответ мне чуть не прилетел размашистый богатырский свинг, выполненный правой рукой, который мог бы мне не просто потушить свет, а, пожалуй, на полном серьезе отправить в кому. Разорвав дистанцию, я стал прикидывать, а смогу ли вообще пробить этого кабана? Защищаться здоровяк умел хорошо, и реакцию имел если не кошачью, то очень близко к этому. Так что подловить его без моих некромантских фокусов было полностью безнадежной затеей.

Мой соперник, тем временем, продолжал наступать. В отличие от той манеры, в какой он работал на снарядах, сейчас он твердо стоял на ногах, делая экономные подшаги, пытаясь загонять меня в угол. Я отвечал короткими контратаками, предпочитая уворачиваться от ответных ударов, и даже в мыслях не имея принять хоть один из них на жесткий блок. Все-таки, разница в весе у нас колоссальная, килограмм тридцать, если не сорок. Опрокинуть на канвас он меня сможет так же легко, как ребенок разрушит тычком пальца карточный домик, и не спасут меня никакие блоки. Это я понимал отчетливо.

Но вот я увидел прекрасный для себя шанс — соперник опрометчиво открыл свой правый бок. Удар по печени, если кто не знает, вещь очень болезненная. Слабо подготовленного человека спазм от такого попадания гарантированно выведет из боевого настроя на пару минут. Подготовленного же лишь заставит уйти в глухую оборону, пока не вернется способность дышать. А для меня та боль, которую причиняет противнику пощекоченная печеночка, и является самым надежным залогом победы в любом даже самом безнадежном бою.

Расплывшись в хищной улыбке, я, словно ястреб на полевку, кинулся к открывшейся бреши в защите соперника. И почти тут же поплатился за самонадеянность, получив по голове.

Как вы поняли, это была простая уловка, на которую я купился, словно папуас на бусы. Не самый тяжелый удар, сделанный на отходе, да еще и пришедшийся вскользь, заметно так меня покачнул. Изображение в глазах опасно задрожало, но уже в следующую секунду нормализовалось. Нормализовалось, чтобы продемонстрировать мне летящую прямо в переносицу перчатку.

Собравшиеся вокруг ринга возбужденно загудели, выражая мне сочувствие. Судя по всему, меня уже заочно похоронили.

Напрягая каждую мышцу в своем теле, каждую жилку, я пытался уйти с линии атаки, попутно вскидывая правую руку, чтобы сбить направление удара здоровяка. Это удалось лишь частично, снова мою голову задело по касательной, и на этот раз даже сильнее. Пол дернулся и как будто бы даже наклонился, как палуба катера на волне. Из последних сил я сделал рывок назад, разрывая дистанцию, чтобы выгадать хотя бы пару секунд на то, чтобы прийти в себя, однако соперник мне их давать не собирался. Он метнулся за мной, выбрасывая свои пудовые кулаки, будто ядра из пушки. Бугай прекрасно осознавал свою силу, и он даже не пытался попасть мне в корпус. Он метил исключительно в голову, желая окончить этот бой показательно жестко. Он уже, похоже, праздновал победу, так что немного расслабился и даже не успел удивиться, когда мой жесткий удар, нанесенный вразрез с дальней руки, попал ему точно в мясистый нос.

Под перчаткой хрустнуло, а по воздуху разлились миазмы боли. Совсем слабые, поскольку притупленное выбросами адреналина восприятие моего соперника сильно глушило их глушило, но, тем не менее, не могло подавить полностью. А нет для некроманта эмоций прекраснее, чем чужие боль и страх.

Не успел я вернуть руку, которой бил, как почувствовал опускающуюся на каждую клетку моего тела тяжесть. Тяжесть загустевшего воздуха. Появилось ощущение, будто я окунулся под воду. Движения моего противника замедлились, как в слоу-мошн съемке, и теперь он стал для меня не опаснее боксерской груши.

***

Алина, закончив заполнять журнал по технике безопасности, посмотрела на часы. До конца рабочего дня было так же далеко, как от дачи ее родителей до Мадагаскара. Боже, как же долго. Если бы не глупый запрет владельца клуба на использование мобильных телефонов на рабочем месте, это время пролетело б не в пример более интересней. А так, придется страдать, провожая каждый круг секундной стрелки тоскливым взглядом. Народу сегодня было не густо, одни VIP-ы, небольшая юношеская группа, да с десяток новичков в тренажерном зале. Вот и все.

Сопутствующие товары никто не приобретал, за консультациями не обращался, абонементы не оформлял… скука смертная, одним словом. Да еще и козлина этот всю душу вымотал. Видите ли, оскорбился дяденька, что его тут в лицо не знают. Нашелся царёк мытищинского пошиба! На целый день настроение испортил своим выступлением…

Разозленная и расстроенная полученной от управляющего выволочкой за скандального клиента, Алина взяла пульт от большого телевизора, который висел напротив стойки. Увеличив изображение с камеры наблюдения VIP-зала, она стала рассматривать всех, кто в данный момент там занимался. Попадать в подобную ситуацию она больше не хотела, поэтому, старалась запомнить как можно большее количество посетителей. Этого верзилу, который на нее сегодня вызверился, она уже и так не скоро забудет. И этого второго парня, который тоже оказался VIP-посетителем, но в отличие от толстяка не придавший произошедшей с ним заминке никакого значения. Алина, конечно, знатно перетрусила, поэтому сразу позвонила управляющему и покаялась, что снова опростоволосилась с клиентом. Валерий пулей побежал в бойцовский зал, на ходу грозя девушке кулаком, но в этот раз, слава богу, все обошлось. Парень оказался понимающим и неконфликтным.