Блудный брат - Дембский Еугениуш (Евгений) - Страница 56

— Вы шутите? Почему? Тогда у меня будет другое задание.

— Может, лучше сразу мы займемся поиском? — предложила она. — Сэкономите время и деньги.

— Нет, спасибо. Если мне не повезет, я буду знать, кому предъявлять претензии.

— Хорошо, — без тени возражений согласился он, немного подумал, а затем осторожно нажал несколько клавиш.

Она дотронулась до моего рукава и, когда я посмотрел на нее, сказала:

— Это наш хлеб, а вы нас объедаете.

До меня не сразу дошло, что она имеет в виду. Ей не хотелось, чтобы я подглядывал за их манипуляциями; я кивнул и отошел к своему столу. В помещении ничего не изменилось, лишь вредная девчонка вернулась за свой комп, но, как ни странно, не посылала мне уничтожающих взглядов и не засовывала палец себе под юбку. Может быть, я ошибался, может, она меня с кем-то спутала, не знаю. Я повернулся к своему экрану. На нем возникло предложение сыграть партию в сколомат, условия, поставленные компом, ставили меня в лучшее положение, так что я сыграл с ним лишь затем, чтобы проверить, чего он хочет. А хотелось ему, оказывается, обыграть меня буквально за несколько ходов. Хитрец. Обыграл. Я потребовал реванша, но кто-то положил руку мне на плечо. Я оглянулся. У девушки были чертовски длинные ногти, я мысленно представил себе, сколько вирусов и ядов можно было бы упаковать под такими коготками, и не стал делать резких движений. Девушка сказала:

— Четыре шестерки, две тройки, единица плюс АНДРОМАХА. Это одна возможность. Вторая: КК плюс БРЕДВАН плюс семь четыре семь два. Повторить?

Я кивнул — что-то мне подсказывало, что после отхода от кассы претензии приниматься не будут. Девушка повторила оба кода. Я поблагодарил и начал вставать, ожидая, что с ее стороны последуют более решительные действия, но, видимо, то ли я чрезмерно впечатлителен, то ли зря считаю себя достойным чьих-либо усилий. Она отступила на шаг, и — не знаю, может быть, мне показалось, но в ее подкрашенных кошмарными черными тенями глазах мелькнуло нечто вроде иронии. Я бросил взгляд на типа, которого принял за шефа всей этой компании, главного специалиста по отмычкам. Он развлекался с каким-то замысловатым трехмерным чертежом, старички склонились над таблицей, которую я еще пять минут назад принял бы за расчеты примерных доходов по долгосрочным вкладам, теперь же готов был побиться о заклад, что это перечень боеголовок с секретного полигона в XXZZYY. «Жизнь — одна сплошная полоса неожиданностей», — подумал я. Эта мысль даже сгодилась бы в качестве заглавия, только надо было бы ее немного подсократить. Например: «Жизнь — полоса неожиданностей», или «Жизнь — одна сплошная», или просто «Одна». Я вышел из салона и посмотрел в окно. Парнишка закончил решать свои задачки и глядел на меня, все остальные были заняты своими компами. Парень улыбнулся, подмигнул мне и снова продолжил стучать по клавиатуре. Я медленно шел, думая, откуда я могу его знать, поскольку именно сейчас его лицо стало мне о чем-то говорить. Я посвятил этим размышлениям почти весь обратный путь до дома и за километр до него сообразил, что парень склонялся над клавиатурой точно так же, как девушка, а у нее была точно так же посажена голова, как у хозяина, который, как я теперь понял, был похож на старичков. Я громко рассмеялся. Семейное предприятие! Вот хитрецы, организовали свой салон и копались в чем только хотели. Может быть, даже специализировались на каких-то темных делишках? Я ускорил шаг, чтобы побыстрее оказаться дома, и бросился бежать, когда раздался пронзительный вой сирены. Я не знал, как следует себя вести, но, увидев, что далеко не все граждане бросаются к ближайшим убежищам, тоже добежал до дома и скрылся в подъезде, когда сирена в третий раз набрала обороты. Лифты не работали, но квартира Кашля находилась на четвертом этаже, так что я взбежал наверх и сразу же прыгнул в ванну. Пользоваться компом во время тревоги показалось мне неоправданным риском, и я отложил на потом проверку банков данных в поисках Оуэна Йитса, или человека, как две капли воды на меня похожего, где бы он ни находился и чем бы ни занимался. Я лишь просмотрел прессу; в местной газете мелким шрифтом сообщалось, что на базе Какодоган-9 произошел по не установленным до сих пор причинам взрыв, в результате которого были ранены шестеро курсантов, тела же двоих до сих пор не найдены. Я посмотрел на одно из этих тел, которое не было никакого смысла там искать. Однако было ясно, что времени у меня нет, во всяком случае, не слишком много. Выскочив из ванны, я с нетерпением дождался отбоя тревоги и без труда проник в базу данных — поиски шли полным ходом. Я проверил счет Кашля — на нем было неполных тринадцать тысяч, и вчера он оформил кредитную карту на предъявителя. На меня. Я почувствовал себя обязанным довести дело до конца, усилия Будды, Крабина, Кашля не должны пропасть впустую. Ну и мои старания тоже чего-то стоят. Стоят… Стоят-стоят-стоят… Какая-то мысль промелькнула у меня в голове, я бросился к клавиатуре и добавил к параметрам поиска фамилию Ласкацио. Я не смог бы объяснить, почему вдруг Мануэль оказался в моем списке разыскиваемых, просто доверился некоему импульсу. Меня охватило нетерпение, компьютер перемалывал данные миллионов людей, я ходил по комнате, каждую минуту проверяя надежность затемнения, словно это было самым главным в данный момент. Потом я проверил, работают ли конторы по прокату автомобилей, сколько их и что они могут предложить. Сгорая от нетерпения, я метался по квартире три четверти часа, кошмарные сорок шесть минут, отдавая себе отчет в том, что шансы провалить все дело растут пропорционально прошедшему времени. Что все труднее будет вернуться в Какодоган-9, что — не дай бог! — меня начнут искать, что не удастся найти Красински. Впервые у меня возникла мысль, что вся операция была плохо подготовлена или вообще не подготовлена, что я поторопился, что моя подстраховка — не более чем тонкая ниточка, в то время как требуется цепь, способная вытащить танк из болота.

Достав из холодильника лед, я всыпал его в стакан минералки. Я почти не пил воду, лишь охлаждал стаканом пылающий лоб. Когда меня уже охватила неприкрытая паника, комп издал мелодичный звук, который я воспринял как символ надежды. Специально немного подождав, чтобы дать мозгу время переключиться на рассудочную деятельность, я подошел к экрану.

Городок Солт-Ривер. Неполных триста миль отсюда. Житель городка, Олдос Джетервейлин. Фотография. Мое лицо. Сотрудник отдела маркетинга фирмы, занимающейся производством рулевых механизмов для популярных моделей планеров. Сжав дрожащие пальцы в кулаки, я быстро просмотрел всю имеющуюся информацию об Олдосе. Когда я добрался до слов о том, что девять лет назад он был похищен с неизвестной целью, а затем найден шесть дней спустя целым и невредимым, усыпленным легким наркотиком, причем похитители не выдвинули никаких требований, я понял, что это наверняка мой двойник. Триста миль отсюда — утром буду там, наблюдаю до вечера, забираю О. Дж., привожу сюда. Ночь. Подбрасываю его к какому-нибудь полицейскому участку с признаками амнезии. Он помнит только свое имя и название части, может быть, Друдмана. Я получаю свободу действий, беру «у себя на работе» отпуск и ищу Красински. Стоп, чего-то не хватает… Точно! Нужно еще подождать данных о Ласкацио, может быть, он существует? Это бы упростило все. Но… Ведь мне не обязательно ждать результатов!

Я ввел в комп пароль, по которому он должен был сообщить мне по сети результаты, и выскочил из квартиры. Лифты уже работали, тревога была отменена. Что-то уж больно нерасторопно агрессоры вели эту войну. Я вспомнил, что если в прессе и были какие-то упоминания о войне, то они касались запуска нового космического фрегата или назначения на должность нового адмирала. Остальное — военные действия, столкновения, операции, потери — словно не существовало, будто конфликт вошел в стадию временного перемирия. Возможно, если бы я искал более энергично, я нашел бы где-нибудь объяснение этой формально ведущейся, а фактически невидимой войне, однако у меня хватало и своих проблем. Легкой трусцой добежав до транспортной магистрали, я сел в автобус и проехал четыре остановки, затем без труда взял напрокат почти новый «милтерн» и вывел его на шоссе, которое вело на запад, через Солт-Ривер. Включив автопилот, я заснул — минуты за три, не больше.