Воскрешение - Кин Брайан - Страница 51

Обхватив скользкой рукой горло старика, тварь выдернула лезвие и лизнула его.

— Мм... Вкусненько. Хотя и маловато. Это может немного затянуться.

Зомби снова полоснул свою жертву, а потом вдруг Мартин почувствовал, как ему стало легче, пальцы, сжимавшие горло, исчезли.

Ухватив зомби за жесткие волосы, Джим швырнул тварь о стену. А затем, не успел мертвец и шевельнуться, развернул в руках ружье и, ухватившись за ствол, ударил прикладом по лицу.

Нос зомби расплющился, кость вонзилась прямо в мозг, и Джим приложил нежить еще раз. Когда он нанес третий удар, послышался влажный треск и у зомби раскололся череп.

После чего, отбросив ружье на кровать, Джим схватил инвалидную коляску, с усилием оторвал ее от пола и обрушил на изуродованные останки. А затем еще раз и еще.

— Джим, он мертв! — Мартин вытер кровоточащую щеку уголком покрывала.

Джим встал над тварью, восстанавливая дыхание.

— Спасибо, — поблагодарил Мартин, после чего, испустив стон, поднялся с пола.

— Иисусе, ну он вас и порезал. Вы в порядке?

— Да, пожалуй. — Мартин нащупал у себя на затылке шишку, но крови не было. Сплюнув на пол, он увидел красное пятнышко. Второй плевок оказался розовым, третий — снова прозрачным. — Хорошо хоть бедро не сломал.

— Вы нашли ключи от фургона?

— Да, но я их выронил, когда эта тварь на меня бросилась. — Мартин ощупал пол вокруг себя. — А… вот они.

— Осмотрите туалет. Может, найдете что-то дезинфицирующее для вашей щеки и кусок марли.

Мартин так и сделал и вскоре уже промывал рану дезинфицирующим средством. Затем выдавил бо́льшую часть мази, найденной в аптечке, на щеку и наложил марлевую повязку.

— Швов, думаю, не понадобится, — сообщил он Джиму, — но таким красивым, как прежде, мне уже не быть.

Джим ухмыльнулся. Это была первая его улыбка, что заметил Мартин после гибели Делмаса и Джейсона. Но она исчезла так же быстро, как появилась.

— Идемте, — коротко бросил Джим.

Вскоре после рассвета они наткнулись на караван выживших, которые направлялись на юг. Разношерстная группа путешествовала на жилом фургоне, нескольких машинах и, судя по виду, усовершенствованном самосвале. Увидев друг друга, люди остановились, опасливо присматриваясь через поросшую кустарником разделительную полосу.

Потом наконец из главного фургона вышел мужчина. Через плечо у него висела AR-15 — гражданская версия M-16. Ладони он при этом выставил перед собой в осторожном приветствии. Джим и Мартин выбрались из фургона и сделали то же самое.

— Выглядит знакомо, — прошептал Мартин, когда они немного приблизились. — Это какая-то знаменитость?

Джим подумал о том же. Мужчина был атлетического телосложения и выглядел узнаваемо. Его лицо было из тех, что, по определению Кэрри, обладало «мужской красотой» — так же, как и у самого Джима.

— Приветствую, — проговорил мужчина. — Может быть, вы, ребята, хотите чем-нибудь обменяться?

— Может быть, — пожал плечами Джим. — А что у вас есть?

— Есть свежие овощи, — с гордостью заявил мужчина. — Мы позавчера нашли теплицу.

От одной мысли об овощах у Джима и Мартина потекли слюнки. Они не ели с тех пор, как покинули дом Кленденанов.

— Можем обменять их на оружие и патроны, — предложил Джим. — А может быть, и кое на какую информацию.

Мужчина рассмеялся.

— Что ж, тогда, джентльмены, позвольте мне пригласить вас на обед.

— У нас мало времени, — сказал Джим.

— У нас тоже, — ответил мужчина. — Но мы могли бы по-быстрому перекусить.

Они прошли к задней части самосвала, и Джим вздрогнул, когда заметил две фигуры, сидевшие наверху, — мальчика и женщину, которые держали их с Мартином на мушке. Но они тут же расслабились и опустили оружие — Джим последовал их примеру.

Самосвал у них был хорошо укрепленный. Некогда открытый верх теперь закрывала крыша, сделанная из металлических листов, благодаря которой машина превратилась в некое подобие жилого фургона. Мужчина провел их внутрь, и они увидели там группу людей всех возрастов и рас.

— Я Глен Клингер, — представился мужчина.

— Джим Тёрмонд. — Они пожали руки. — А это преподобный Мартин.

— Рад знакомству, — ответил Клингер и представил остальных девятерых человек, сидевших в самосвале.

— Послушайте, — проговорил Мартин, — а вы случайно не тот сёрфер из шоу «Экстрим-спорт»?

Клингер застенчиво улыбнулся.

— Я. Боюсь, вы меня раскусили.

Джим изумленно повернулся к Мартину.

— Вы смотрели «Экстрим-спорт»?

— Мне когда-то это нравилось, — усмехнулся священник. — И этот парень был там знаменитостью!

— Ну, — проговорил Клингер, — не знаю, насколько уж знаменитостью. В сёрфинговых кругах — может быть. Но не более.

Они обменяли оружие и патроны на спелые помидоры, огурцы и арбузы.

— Куда вы едете? — спросил Джим.

— Да хоть куда. — Клингер неловко пожал плечами. — У нас нет особого плана. Туда, где лучше, чем там, где мы уже были. Туда, где есть жизнь. Я был в Буффало, занимался кое-какой благотворительностью, когда все началось. Я бы полетел назад в Калифорнию, но к тому времени, как я это решил, Нацсовет по безопасности на транспорте отменил все рейсы из-за того пилота, у которого в воздухе случился сердечный приступ.

— Я о таком не слышал, — проговорил Джим. — До Западной Виргинии новости доходили нерегулярно. Что случилось?

— Он умер во время полета где-то над Аризоной. У них, наверное, есть специальный протокол для таких случаев, но реанимировать его не удалось. Второй пилот взял управление на себя, а потом мертвый капитан ожил и напал на него. Самолет разбился и упал в центре Финикса. Потом все эти события восстановили по сообщениям диспетчеру и черным ящикам. И, конечно, пока все выяснилось, проблемы в мире росли как снежный ком. А вы что, ребята? Куда едете?

— В Нью-Джерси.

— Джерси? — Клингер усмехнулся. — Это самоубийство, дружище. Проще уж сдаться зомбакам прямо сейчас. Все, что ближе к Нью-Йорку, сплошь занято мертвецами.

— Вы там были?

— Нет, но слышали. Мы ехали из Буффало и по пути подбирали выживших. Судя по их словам, там нехорошо. Нью-Йорк, Филли, Вашингтон, частично Питтсбург и Балтимор — совсем плохо. Там жило много людей, и они остались там после смерти. Причем не только зомби.

— Что вы имеете в виду? — спросил Мартин.

— Там сейчас творится всякая дичь. Бандиты, скинхеды, боевики, какие-то военные психи творят все, что им заблагорассудится. Черт, мы слышали даже, то ли армия, то ли еще кто пытается захватить юг и центр Пенсильвании. Правительства больше нет, понимаете? Нет власти. Каждый предоставлен сам себе. Вам лучше уезжать туда, откуда приехали. Или ехать с нами, если хотите. Нам бы помощь не помешала. В группе, вроде нашей, у вас, по крайней мере, есть шанс. Что скажете?

— Спасибо за предложение, — ответил Джим, — но в Нью-Джерси есть кое-кто, чей единственный шанс — дождаться нас. Поэтому нам уже нужно ехать. Спасибо за еду.

— Это верная смерть.

— Да ну? — мрачно усмехнулся Джим.

Мартин не сказал ничего.

Они ехали в тишине, жадно поедая арбуз, лежавший на сиденье посередине, и сплевывая косточки в окно. В какой-то момент птица спикировала вниз, и Джим подумал, что она летит за косточкой, но потом заметил, что у нее не было лап и она летела прямо к открытому окну. Он прибавил газу, и они быстро оторвались от преследовавшей их твари.

— Есть во всем этом один плюс, — проговорил Мартин.

— И какой же?

— Сбитых животных поубавилось. Трупики на дорогах теперь встают и уходят.

Джим рассмеялся, и звук его смеха принес Мартину облегчение. Этот смех, вместе с улыбкой на молочной ферме, служили сигналами того, что его друг начинал выходить из того мрачного состояния, в которое впал после самоубийства Джейсона. Однако Мартин заметил, что, хоть смех и был искренним, взгляд Джима оставался мрачным.