Воскрешение - Кин Брайан - Страница 52

Спустя час, когда они въезжали в Мэриленд, Джим заметил впереди группу мотоциклов.

— Они мирные? — спросил Мартин. — Или правильнее спросить: они живые или мертвые?

— Сейчас выясним, — ответил Джим и вдавил педаль газа.

Фургон ускорился — впереди ехало шесть фигур. Последний байкер обернулся — он был без шлема и голый по пояс. На груди и спине почти не осталось кожи и виднелись ребра и ободранные мышцы. Глаза были скрыты под криво сидящими зеркальными очками.

Джим скорчил гримасу.

— Как по мне, они все мертвы.

— Значит, не мирные, — вздохнул Мартин.

Мотоциклы занимали обе полосы, и Джим решительно двигался прямо на них, держа курс по разделительной линии.

Мартин взялся за дробовик и высунулся из окна. Он выстрелил — попал зомби в обнаженную грудь.

— В голову, Мартин! Стреляйте в голову!

— Я целюсь! На ходу это не так просто!

Второй зомби сунул руку в карман кожаной куртки и вытащил небольшой пистолет — это был «ругер». Раздался треск, и в пассажирское сиденье фургона врезалась пуля.

— Они по нам стреляют! — Мартин нырнул обратно в фургон.

Он выбросил гильзу и, высунувшись из мчащегося фургона, выстрелил еще раз. На этот раз у зомби слетели солнечные очки, а вместе с ними и голова. Мотоцикл упал, врезавшись во вторую тварь и отправив обоих к аварийной полосе.

Зомби, у которого был пистолет, выстрелил еще раз — в лобовом стекле появилась маленькая дыра.

— Черт! — воскликнул Джим. — Держитесь!

Он свернул на правую полосу, ту, по которой мчался стрелявший. Остальные зомби уже сбрасывали скорость, пропуская фургон вперед. Стрелок прицелился через плечо — снова в лобовое стекло.

— Приготовьтесь! — Джим увел фургон на обочину.

Зомби недоуменно повернулся, махнув пистолетом в сторону Джима.

— Сейчас!

Джим, насколько мог, вжался в спинку сиденья, и Мартин вытянулся в его сторону, высунув дробовик в водительское окно. Выстрел снес тварь с мотоцикла, и Джим, вильнув, чтобы в него не врезаться, вернулся на трассу.

Заднее окно взорвалось, забрызгав осколками весь салон.

— Пригнитесь, — приказал Джим, и Мартин сполз под сиденье. Сам Джим втянул голову в плечи и вдавил в пол педаль газа.

— Долбаный четырехцилиндровый! Ну почему мы не могли угнать старую добрую восьмерку?

Сзади фургон окатило еще одним залпом. Мартин поморщился, ожидая, когда все успокоится, а потом выскочил над сиденьем и выстрелил в ответ. Зомби съехали в сторону, и фургон промчался вперед мимо них.

— Я пустой, — сообщил Мартин. — Сможешь выиграть минутку?

— Садитесь за руль.

— Не думаю.

— Тогда перезаряжайтесь, только быстро!

Джим погнал вперед, отрываясь от зомби, а затем в последний момент пересек поросшую травой разделительную полосу и выскочил на встречную полосу, направившись к съезду. Мотоциклисты пронеслись мимо, отчаянно стреляя. Фургон свернул с трассы и умчался прочь.

— Мы оторвались? — спросил Джим.

— Пожалуй, — выдохнул Мартин, высматривая, нет ли погони. — По крайней мере, я их не вижу.

— Тогда проедем немного по 81-й на всякий случай.

— А где мы?

Джим задумался, пытаясь припомнить поездки с Дэнни по этим местам.

— Если я правильно помню, по этой дороге мы въедем в Пенсильванию и попадем в Геттисберг через 30-ю трассу. А там вернемся на 81-ю, либо добравшись до Чемберсберга, либо проехав через Йорк по 83-й до Гаррисберга. В любом случае в Гаррисберге надо будет перестроиться на 78-ю, и она выведет нас в Нью-Джерси.

— И сколько времени нужно, по-твоему?

— Часов шесть-семь, — ответил Джим. — Или чуть больше, если встанем отлить или опять наткнемся на этих тварей. Если нет, то на месте будем к вечеру.

19

У Бейкера вырвался крик ужаса, когда он увидел тела. Висевшие на X-образных крестах вдоль обочин, в большинстве своем они были мертвы, но некоторые еще шевелились, тщетно пытаясь высвободиться, вырвав железнодорожные костыли, которыми были прибиты.

Вонь стояла столь невыносимая, что Бейкер отпрянул от небольшой бреши в кузове грузовика, в которую выглядывал. По домам, мимо которых они проезжали, он узнал Геттисберг и догадался, что пунктом их назначения был центр города.

Он глянул на Червя — мальчик по-прежнему лежал в углу, свернувшись калачиком, и крепко спал. В том тусклом свете, что пропускали дыры в кузове, выглядел он бледным и осунувшимся. Бейкер дотянулся до него связанными руками и мягко провел кончиками пальцев по лбу. Червь пошевелился во сне, на переносице появились тревожные морщинки, но тут же разгладились.

Бейкер затаил дыхание и, вернувшись к бреши, снова выглянул наружу. Грузовик как раз проезжал через какой-то контрольно-пропускной пункт, защищенный мешками с песком и колючей проволоки. Через каждые несколько футов были выставлены вооруженные солдаты — они стояли лицом в ту сторону, откуда они приехали. Когда грузовик остановился, Бейкер услышал смех и приглушенные голоса. Затем они поехали дальше, прямо в укрепленный район.

Бейкеру вспомнились кадры Варшавского гетто времен Второй мировой, которые он когда-то видел. Грузовик ехал мимо жалких грязных гражданских, которые занимались своим делами — наполняли и расставляли мешки с песком, натягивали между крышами тонкую, но прочную защитную сетку от птиц и прочих летающих зомби, перетаскивали тяжелую мебель из брошенных домов, ремонтировали еще использовавшиеся здания, тянули сгоревшие автомобили, подцепив их крюками на ремнях и впрягшись в упряжки, будто кони, вычищали водосточные желоба вдоль улиц. Все это делалось бесстрастно, с выражением безнадежности на угрюмых лицах. Бейкер заметил странное отсутствие женщин — не считая лишь нескольких пожилых.

На светофорах и столбах, превращенных в виселицы, болтались тела — но не живых мертвецов, а просто умерших. Бейкеру сначала подумалось, что они могли служить предостережением для рабочих, но затем он заметил, что на некоторых из повешенных была военная форма.

Грузовик снова остановился, и Бейкер услышал, как мотор, закашлявшись, смолк. Отпрянув от бреши, он уселся рядом с Червем. Глухонемой мальчик резко проснулся и заворочался в темноте. Бейкер дал ему знак сидеть смирно.

Вдоль грузовика зашуршали шаги и задняя дверь поднялась, наводнив кузов светом. Пленники сощурились, на миг ослепленные, и солдаты вытащили их наружу и заставили встать. Колени Бейкера подогнулись и он изо всех сил постарался побороть судорогу, пронзившую его ноги.

К ним подошел неопрятного вида мужчина в покрытой пятнами форме. Его волосы свисали ниже воротника, а на лице красовалась многодневная щетина. Бейкер заметил у него на плече две вертикальные серебристые полоски.

— Второй лейтенант Торрес, — проговорил штаб-сержант Майклз, отдавая честь. — Разведка проведена, мы готовы дать полный отчет. Боюсь, мы потеряли Уорнера, зато поймали двоих пленников, представляющих определенный интерес.

Торрес коротко отдал честь в ответ и оглядел Бейкера с Червем.

— Мне они интересными не кажутся, сержант.

Майклз передал ему бейджик Бейкера, и офицер с любопытством его изучил.

— Хеллертаун, значит? Хейвенбрук — это там, где была лаборатория, которая разрабатывала оружие, да? — Он похлопал Майклза по плечу. — Молодцы, вы все. Полковнику Шоу будет очень интересно пообщаться с этими джентльменами. — Затем повернулся к Бейкеру: — Добро пожаловать в Геттисберг, профессор Бейкер. Боюсь, ваши условия будут здесь более скромными, чем те, к которым вы привыкли, однако, если вы согласитесь сотрудничать, мы сможем устроить вас получше.

— В каком смысле «сотрудничать»? — спросил Бейкер.

— А это пусть решит полковник. — И отвернувшись, Торрес обратился к остальным солдатам. — Хорошая работа, ребята. Уорнера, конечно, жалко. И все же я считаю, каждый из вас заслужил двадцатичасовую увольнительную. Отряд штаб-сержанта Миллера тоже уже возвращается, Майклз, и как только они будут здесь, я ожидаю полный доклад от вас обоих. Они прибудут через час. А пока можете принять душ, если хотите.