Тысячелетний воин Ярополк (СИ) - Осипов Игорь - Страница 49

– Бли-и-ин. Я больше н-н-никогда не буду в подземные переходы спускаться, – слегка заикаясь, произнесла Соколина. – И в м-м-метро ездить не буду.

– Сестрёнка, я тебя люблю, – сорвалось с моих губ.

– Это мы вместе с Димой, – тихо ответила лесная дева. – Хороший мальчик.

– А я знаю, что это за тварь была, – с быстрым вздохом произнёс этот хороший мальчик.

Я выразительно поглядел на молодого мага, а тот ткнул в сторону ямы пальцем и снова вздохнул.

– Не тяни, чародей! – рявкнул я.

– Индрик-зверь. Древние народы Сибири назвали так огромных созданий, живущих в глубоких потаённых норах и пещерах. Я читал про это. Сказано, есть громадный зверь, что живёт под землёй, как под водою. Не думал, что это правда.

– Охренеть! – закричал я, – Значит, волшебство, древние боги, оборотни и вампиры – не сказка, а это сказка?! Ну, поздравляю, можешь в свои волшебные грамоты, или куда там чародеи былины пишут, занести свои слова. Это быль. А ещё ничего не говорили? Может, там ещё что-то под землёй?

– Чучки.

– Чукчи? – снова переспросила Соколина.

– Нет. Чучки. Чумазые карлики. Аналог гномов. Это тоже в легендах есть. Но их никто никогда не видел.

– Спешу обрадовать. Или огорчить, – пробурчал я. – Видели. Вот только что.

Я откинул голову и со стуком ударился о какую-то коробку, валяющуюся на полу. Кажется, с сахаром. А потом взял крендель с маком и отхватил от него зубами большой кусок.

– Нужно отцу срочно рассказать.

Я кивнул.

– И пусть эту… как её... премию даст, – протянул я, прожевав крендель и глядя в потолок, а потом продолжил: – Нужно Всеволоду про баню напомнить. Его за язык никто не тянул. Надеюсь, она не под землёй будет, да пожарче, да с хмельными медами и пивом, с вепрем копчёным и осетрами. И вы тоже с нами! – приподнял я голову и ткнул пальцем в сторону Соколины.

А потом вздрогнул, когда валяющийся рядом пистолет сам собой выстрелил. Пуля со свистом и лязгом отскочила от холодильника и попала в лампу под потолком.

– Раскомандовался, – ухмыльнулась перуница. – Тоже мне, князь нашёлся.

– Представь себе, да, аз есьм княжих кровей, – ответил я и хохотнул, когда напряжение схватки начало отпускать. – Нам проку от вашего разладу нету. Нам вместе сейчас держаться нужно.

В выбитом дверном проёме появился хозяин лавки.

– Вы прогнали монстров? – осторожно спросил он, оглядывая разруху в магазине.

Мы все дружно переглянулись и улыбнулись.

– Даже пол заровняли, – ответил я и устало поднялся на ноги.

Ведь впереди ещё много дел, и откладывать их нельзя.

* * *

Егор Олегович держал в руке слюдяные скорлупки непонятных яиц. А второй рукой держался за голову.

– Что скажешь? – спросил он у Данилы, хмуро сидящего за монитором в своей лаборатории.

– Такие же находили в некоторых местах появления мусорных монстров.

– Да, – медленно закивал Соснов, – скорее всего, они во всех были, но мало кто внимание обратил. И что это значит?

– Что монстры из яиц.

– Данила-а-а, – протянул Егор Олегович. – А это значит, что мы прохлопали целую подземную цивилизацию, и у нас нарастает конфликт. Яйца специально подбрасывали. А где их чаще всего подбрасывали?

– Не знаю. В магазинах.

– В точку. Туда, где что-то можно ценное взять.

– Заметают следы краж?

– Если бы всё так просто, Данила. Если бы всё так просто.

Глава 21. Убийца

– Кар-р-р! Хватит! Отпусти-и-и-и! Кар-р-р!

Гортанные хриплые возгласы заставили меня обернуться. Мы только вышли из гаража-склепа Вась Вася, забрав вещи, чтоб окончательно перебраться к Всеволоду. Нам была обещана небольшая, но уютная отдельная изба. К тому же Гореслава наотрез отказалась ютиться где-то отдельно, мол, привыкла на пепелище, и со мной, чай, не страшнее. Но ковшик с водой держать под рукой обещала.

Лесная дева осталась с подъехавшим на место подземной погони Всеволодом. Там же появился какой-то начальник из городской управы. Боярин, не иначе. Весь важный, с дорогими часами, в шёлковом сюртуке-пиджаке и с золотыми пуговицами на рукавах белоснежной сорочки. Он долго и хмуро пялился на нашу богиньку, словно силился узнать, а потом поглядел на уши, тряхнул головой и тихо крякнул, отгоняя от себя какую-то мысль. Видать, обознался. Окончательно он повеселел, когда Всеволод представил сестру, как молодую, но перспективную богиню, и даже после знакомства дал несколько этих… адресов, куда можно обратиться. А вот сама Гореслава отнеслась к человеку очень нелюбо. Словно льдом изнутри покрылась.

Сейчас же, под выходящей на улицу большой круглой отдушиной в длинном подземелье гаражного кооператива хлопал крыльями и пытался отбиться от Мурки большой чёрный ворон. Непонятно как птица оказалась внутри, но вполне может статься, что просто села на окошко, а юная непоседа затащила внутрь.

– Не мучай. Просто сверни шею, – ухмыльнулся я, зная, что кошка просто так жертву не отпустит.

Мурка ловко отскочила, хищно скрючила пальцы и на цыпочках пошла к ворону, пристально глядя на того. На лице девчурки-рыси было непомерное озорство, даже губу закусила острым зубом. Ворон точно не уйдёт.

– Кар-р-р! – закричала птица, часто и испуганно дыша. – Яр-р-рополк! Помоги! Кар!

Я с прищуром вгляделся в чёрную птицу. Так это же тот ворон с рощи, где берегиню убили.

– Мурка! – одёрнул я свою самозваную младшую сестрёнку, но та лишь повела ухом, и продолжила красться. – Мурка, не трожь! Оторва мелкая, я сейчас ботинок кину!

Только после этого девочка села на корточки, обхватив коленки руками, в двух шагах от птицы. Но глаз не сводила и лишь водила рыжими ушами.

– Яр-р-рополк, – закаркал ворон, часто моргая, – я узнал, кто убил ту берегиню. Кар-р-р.

Я скрипнул зубами, опустил сумку с вещами на пол и подошёл к птице. Внутри закипела кровь, а из стиснутого кулака потекли струйки дыма, как вода сквозь пальцы, что не осталось незамеченным этим крылатым гостем. Но он лишь насмешливо проскрежетал что-то непонятное.

– Говори.

– А что я за это получу? – нахохлился и важно протянул ворон, явно набивая себе цену, как купец на торжище.

– Жив останешься.

– Я эту малявку клюну, мало не покажется. Кар-р-р. Мне нужно больше.

– А я не про Мурку. Я сам тебе шею сверну.

– Так ты встречаешь гостей?

– Не тяни, – прорычал я. – Чего хочешь?

– Чего хочет стар-р-рик? Стар-р-рик хочет тепла, сухости и еды. Хоть немного. Кар.

– Одно слово – один званый ужин. Много пользы – много еды, – ответил я и наклонился над птицей. – Молви.

– Говор-р-рят, видели одну особу. Говор-р-рят, она из вольного охотника стала чьей-то кар-р-рающей дланью. Её зовут Сальпа.

– Сальпа, – протянул я странное имя. – Сальпа. Ну, сука, из-под земли достану.

* * *

Гоблин Снот семенил за высокой широкоплечей женщиной, которая легко рассекала толпу. Гоблин не привык находиться среди людей, и от этого ему было плохо. Лишь когда Сальпа свернула с тротуара в глубь парка, и все эти прохожие остались позади, он облегченно выдохнул.

– Госпожа, уот мы дальше? Мы один морг были. Второй морг были. Бесы не знают, духи смерти не знают. Мы идти сейчас в третий морг?

Вместо ответа женщина достал из кармана смартфон и бегло на него взглянула.

– Мы не пойти в морг. Мы пойти другое.

Она сунула телефон обратно и резко изменила путь. Гоблин уже перестал трястись от страха в присутствии пожирательницы, но до сих пор не мог избавиться от мысли, что его в конце приключений просто выпотрошат. Ведь он так и не понял, зачем нужен Сальпе. В морге она сама пытала мелких бесов, да и в магазине сама допрашивала домового. От этого Снот чувствовал себя живой консервой, оставленной про запас. И не сбежишь. От Сальпы ещё никто не убегал.