Тысячелетний воин Ярополк (СИ) - Осипов Игорь - Страница 50

Чудовищная женщина снова направилась к дроге, перехватив поудобнее рюкзак, с которым не расставалась ни на мгновение. И гоблину было даже немного любопытно, что в этом рюкзаке. «Уот фак инцис?» – вертелось в его голове на гоблинском говоре языка бритов.

Идти пришлось далеко. И хотя Снот был привычен к поискам и долгому блужданию, эти три мили дались ему тяжело. Он едва успевал за женщиной, которая лишь единожды остановилась и смерила холодным взглядом зеленоухого. От этого у Снота затряслись поджилки.

– О, светлая Сальпа, – пробормотал он, – сжалься.

– Торопись быть, – проронила пожирательница невпопад, отчего даже Снот, думавший, что сносно знает язык рашей, застыл в недоумении.

И только потом до него дошёл смысл сказанного.

– О, мудрая Сальпа, ай мэй быть полезный, если ты сказать, уот мы хотим? – снова заговорил гоблин, когда женщина повернулась и быстрым шагом направилась к большому серому зданию, стоящему между многоэтажками.

Но та не ответила. Не хотела разговаривать с едой. И чем ближе подходили к этому зданию, тем неуютнее становилось гоблину. Ведь они подходили к участку полиции. Гоблин был осторожный и ещё на родине избегал встреч со стражей, ибо в новое время гоблинов не жаловали, в старое считали сбежавшей обезьянкой. А здесь шли прямо в руки полиции.

– Фак, – тихо выругался Снот, скривившись от полного недоумения.

Он даже сжал в ладонях кончики своих ушей. Что на уме этой женщины? Когда подошли к ограде, Сальпа резко остановилась, разглядывая суетящихся людей в форме, ситизенас – городских обывателей, и тех, кого можно назвать каторжниками.

– Мудрая Сальпа, – снова поканючил Снот, – мы же не будем ту гоу туда?

Женщина развернулась, достала из кармана покрытый рунами нож и схватила гоблина за запястье.

– Ноу, ноу, ноу, – запричитал длинноухий.

А Сальпа ткнула остриём в ладонь своего пленника, отчего по зелёной коже побежала тёмно-красная струйка.

– Кровь. Как человека, – прошипела пожирательница, сунув клинок на место и вытащив на свет странный стержень из чёрного вулканического стекла. Она сунула это в руку Снота. – Питает дар Владыки. Моя кровь не помогать. Сжать, – своим хриплым голосом произнесла женщина. – Если будешь выпустил, я буду убила тебя.

Гоблин часто закивал, глядя, как капли крови бегут по чёрному кристаллу, похожему на каменное рубило предков. Капли впитывались внутрь и вспыхивали вишнёвыми искрами.

– Фак, фак, фак, – быстро забормотал Снот.

А Сальпа до хруста повела шеей, поправила рюкзак, который, казалось, шевельнулся, поудобнее устраиваясь на спине, и пошла к калитке.

– Они найти то, что им нельзя найти, – снизошла до ответа поджигательница. – За мной.

– Это полиция, – чуть не выкрикнул Снот, вытаращив глаза. – Они потом искать нас.

– Скоро это будет неважно. Он идёт, – ответила Сальпа, и гоблину ничего не осталось, как засеменить за пожирательницей, стискивая в руке странный камень и бормоча проклятия.

Ему очень не хотелось умирать. Женщина зашла в участок и остановилась у сидящего за стеклом человека. Тот что-то рассказывал в трубку телефона, показав жестом, что занят.

– Где вы храните найденное? – хрипло спросила Сальпа, не обратив внимания на просьбу подождать.

Снота затрясло. Люди с любопытством поглядывали на него, словно на диковинную зверушку. Но трясло не от этого. Он не зря звался везучим. Его внутренне чутьё много раз шептало о неприятностях. И сейчас оно просто вопило, что прежние неприятности покажутся жалкими мелочами.

– Не видите? Я занят, – повысил голос полицейский, прикрыв трубку ладонью.

– Найденное, – сухо повторила Сальпа, лицо которой не выражало совсем ничего, словно восковая кукла.

Полицейский ещё раз бросил взгляд на женщину.

– Вы кто такая, чтоб я перед вами отчитывался? Документы, пожалуйста.

– Полог мрака, – прохрипела пожирательница.

Кристалл в руке Снота вспыхнул рубиновым огнём. В тот же миг все лампы, все огоньки в помещении погасли. Перестали работать компьютеры. А люди оборвали свои разговоры, уставившись на потухшие смартфоны.

Сальпа коротко замахнулась и хлёстким ударом кулака выбила стекло у дежурного. Проклеенное стекло, мгновенно покрывшись мелкой сетью трещин, рухнуло на пол.

– Найденное! – закричала женщина, а потом сунулась вперёд, схватив человека за ворот и потянув на себя, вытаскивая из конуры, как рака из норы.

– Фак! Фак! Фа-а-ак! – выпучив глаза, закричал гоблин.

Он и в страшном сне не мог представить такой картины. За такое точно на кол посадят. Сальпа держала полицейского на вытянутой руке, уставившись на жертву холодным взглядом.

– Тревога! – закричал полицейский.

И за спинами раздалось топанье и щелчки оружия. Гоблин затравленно обернулся и увидел несколько стражей с автоматами в руках.

– Отпусти его! Лечь на пол! Руки за голову.

Сальпа замерла на мгновение, а потом отшвырнула от себя жертву, развернулась к остальным полицейским и пошла прямо на них.

Раздались дружные щелчки, но оружие не выстрелило, и Снот с облегчением выдохнул. Прямо сейчас он не умрёт.

– Стоять! – закричал один из полицейских, достав чёрную дубинку, но пожирательница не остановилась.

Она не остановилась даже тогда, когда люди бросились на неё.

– Фак, фак, фак, – бормотал Снот, словно забыл другие слова, глядя при этом, как к стене отлетел стражник, у которого ударом кулака Сальпы вмяло лицо внутрь.

Всё происходило слишком быстро. Удар. Удар. Удар. И второй закричал, держась за оторванную руку. Кровь хлестала фонтаном, и помещение наполнилось воплями обывателей.

– Найденное! Где?!

Ещё один человек упал, булькая кровью из разрезанного горла. Это в ход пошёл нож пожирательницы. Четвёртый упал к ногам чудовища в человеческом обличии, держась за бок. Они так и не смогли причинить хоть какой-то вред этой женщине. Дубинки не оставляли на ней синяков. Сил у полицейских скрутить не хватало, даже удар прикладом оставил лишь небольшую ссадину на недрогнувшем лице. Никакое оружие не действовало. Ни пистолеты, ни автоматы, ни электрические шокеры.

– Где? – прохрипела Сальпа, схватив человека за ногу и подняв над полом.

– Да что тебе нужно? – тяжело дыша, спросил полицейский, качающийся вниз головой.

– Вы утром нашли вещи. Мне они нужны.

– Какие, в задницу, вещи?! Отпусти! Тебя расстреляют!

– Не смогут.

– Не знаю! У начальника могут быть!

Сальпа повела головой, словно принюхиваясь, а потом бросила человека на пол. Но его радость длиласьнедолго. Пожирательница быстрым ударом ноги раздавила череп несчастного. От этого даже Снот, привычный к трупам, поморщился. Он хоть и был гоблином и не сильно любил человеков, но не делал бессмысленных убийств и пыток. Зачем? Отдал кошелёк, пусть живёт дальше, может, потом ещё раз кошельком поделится. А вот так, бр-р-р. Ненужная смерть.

Пожирательница пошла вперёд, даже не глядя на визжащих женщин и испуганных мужчин, что шарахались от неё в разные стороны. Калитка-вертушка была на защёлке и оттого заскрипела, когда Сальпа попёрла через неё. Металл смялся, пропуская чудовище вперёд.

Снот глянул на выход, думая, как поступить. Бежать? Нет. Найдёт, и только хуже будет. Его просто свои же выдадут, боясь расправы. Придётся идти за ней.

Сальпа быстро миновала погруженный во мрак коридор и вскоре остановилась у железной двери с красной табличкой. Дверь оказалась заперта, но женщину это не остановило. Она вцепилась пальцами в косяк и потянула на себя. Под пятнистой охотничьей курткой вздулись мышцы, и железо начало выползать из кирпичной стены, словно его прессом выдавливало.

– Тёмные боги, – прошептал гоблин, глядя на это.

Скрипнули вбитые в кирпич штыри, застонал металл, посыпалась на пол пыль и крошка, обильно покрывая кафель. Вскоре в образовавшуюся щель можно было пролезть.

– Перчатку, – прохрипела своим скрипучим голосом Сальпа.

– Уот? – переспросил Снот, нервно сглотнув подкативший к горлу ком.