Сломанные Крылья (ЛП) - Локк Катика - Страница 49

— Понятия не имею, — отозвался Джек и попытался пройти мимо Акитры, но тот выставил перед ним руку.

— Я знаю, что ты с ним трахаешься, Джек, — тихо сказал Акитра. — Он под тобой кончает?

— Не вижу, каким боком это тебя касается, — огрызнулся Джек. — А теперь пошел с дороги. — Акитра не двинулся с места. — Если тебе не нравится, что я с ним, тогда, может, тебе стоит слезть со своего пьедестала и позаботиться о нем самому?

— Ты на что намекаешь? — процедил Акитра, угрожающе надвинувшись на Джека.

— На то, что тебе пора перестать вести себя как мудак, — бросил Джек, отступив на шаг. — Если ты в самом деле его друг, тебе должно быть неважно, есть у него крылья или нет.

Акитра внезапно кинулся на него, схватил за ворот футболки и приложил о стену у двери туалета. Из Джека вышибло дух — он заглянул в холодные блестящие глаза Акитры.

— Я бы занялся с ним любовью, — прошептал тот, — если бы он только позволил. Так что не надо читать мне нотации о том, в чем ни фига не разбираешься. — Он выпустил Джека, шагнул назад и, тяжело дыша, отвернулся. — Ты ни хрена не знаешь, — повторил он и пошел прочь.

— Акитра, подожди, — догнал его Джек. — Ты прав, я не знаю. Так объясни мне. Скажи, почему он сказал, что «даже Акитра не станет трахаться с фэйри без крыльев». Скажи, почему, когда он со мной, то не хочет кончать.

— Это заморочки фэйри, — покачал головой Акитра, но остановился и посмотрел на Джека. — Скорее всего ты не поймешь.

— А ты проверь.

— Хорошо. Он сказал, что я не стану трахаться с фэйри без крыльев, потому что я правда не стану. Если бы я хотел с кем-нибудь потрахаться, то нашел бы кого получше бескрылого фэйри. Но я не хочу с ним трахаться. — Он на мгновение запнулся, окинул взглядом пустой коридор, а потом шагнул ближе и наклонился к Джеку. — Если повторишь это кому-нибудь, клянусь всеми богами, я тебя убью. Понял?

— Я не собираюсь никому ни о чем рассказывать. — Джек презрительно оскалился. — Можешь не верить, но твои тайны по сути важны только тебе одному.

— Я люблю его, — сказал Акитра, и ухмылка Джека испарилась. — Вернее — любил бы, если бы он позволил. Но без крыльев Майке нет места в нашем обществе, у него нет силы, нет достоинства. Мне плевать. Об айнаванах и так не слишком высокого мнения в мире фэйри, так что я ничего не теряю, но Майка… Он не желает танцевать со мной. Ты знаешь, что это значит?

— Вроде того, — пожал плечами Джек. — Это почти как встречаться…

Акитра фыркнул.

— Ну да… встречаться. Называй как хочешь. Это неважно. Чтобы два фэйри могли танцевать друг с другом, они должны обменяться подарками, обычно олицетворяющими их крылья. Майка не станет дарить мне такой, потому что, не имея возможности вызвать свою силу, это все равно что пустое обещание — бессмысленно, — а я не могу дать ему свой, потому что поставить ярлык на того, кто не может ответить взаимностью, — оскорбление. Хуже, чем назвать его шлюхой.

— Ярлык? — повторил Джек. — Так вот, что такое ярлык?

— Да, а что?

— Какой-то урод поставил такой на меня. Я ходил по универу с его крыльями на куртке — той, что ты выбросил — кто-то нашел ее, зашил и…

— Ты идиот. — Акитра закрыл лицо рукой и покачал головой. — Никто не ставил на тебя ярлык; это твои крылья.

— Чего?

— Ты вообще их рассматривал? Изумрудно-зеленый, как твои глаза, медово-коричневый, как твои волосы, и золотой, как твоя магия. Вот, что делают фэйри, когда хотят танцевать с тем, у кого нет собственных крыльев. — Он хмыкнул и снова покачал головой. — Серьезно, думаешь, если бы кто-то прилепил на тебя ярлык, я бы упустил такой шанс ткнуть тебя в это носом?

— Ну хорошо, — кивнул Джек, — но если Майка дал мне крылья, чтобы мы могли танцевать, зачем ему врать об этом?

— Ведь обычно фэйри такие честные и прямодушные, да? — Голос Акитры сочился сарказмом. — Мы такие, какие есть, Джек. Тебе нужно заслужить право нас понимать.

— По-моему, оно того не стоит, — пробурчал Джек и вздохнул. — Ладно, я подыграю. Если увидишь его, скажи, что он может устанавливать свои правила. А я пошел… Погоди-ка… — Джек нахмурился. — Зачем Майке давать мне крылья? Я ведь не смогу танцевать с ним по той же причине, что и ты — ему нечего предложить мне взамен. Если бы я подарил ему свои крылья, то поставил бы на него ярлык, разве нет?

— А кто-то быстро учится, — заметил Акитра, подойдя к двери туалета. — Да, ты прав. Если это Майка подарил тебе крылья, то не знаю, о чем он думал, разве что он надеется как-то вернуть себе свои.

— Это возможно, — сказал Джек. — Конечно, я не могу, но сильный маг-целитель при достаточной мотивации…

— Какого толка мотивации? — спросил Акитра, выгнув бровь. — Я слышал, не все маги принимают деньги в качестве платы.

— Да, некоторым нужно… другое, — отозвался Джек, уставившись в пол. Вот еще одна сторона жизни магов, которая так ему не нравилась. Любой маг, живущий достаточно долго, неизбежно поддавался темному соблазну магии. Это было неминуемо, но Джек, как и многие, конечно, не ждал этого с нетерпением. — Скорее всего что-то особенное, — продолжил он. — Даже сильные маги рискуют, обращаясь к высшей магии.

— Потому что она может разорвать душу? — нахмурившись, протянул Акитра. Джек кивнул, а Акитра пугающе внимательно посмотрел на него. — А ты когда-нибудь применял высшую магию?

Джек вспомнил ночь вечеринки. Один, преследуемый конем-вампиром, он тогда почувствовал, как магия лопнула, словно нарыв, и потусторонняя сила хлынула в его душу, но он не призывал ее, он ее не использовал.

— Нет, — наконец ответил он, покачав головой. Он был очень близок, но остановился, прежде чем перешагнул точку невозврата.

— Хочешь вечно оставаться девственником в этом плане? — спросил Акитра, прислонившись к двери туалета и вскинув бровь, а руки засунув в карманы спортивных штанов. — Ты вообще не собираешься пользоваться высшей магией?

— Ну… наверное, нет, — отозвался Джек.

— Но если все-таки решишься, то наверняка захочешь сделать это по хорошей причине, так ведь? Майка — хорошая причина. — Джек открыл было рот, но Акитра не дал ему и шанса, оттолкнувшись от двери. — Я знаю, что он тебе нравится, Джек. Как и мне. Мы оба хотим того, что лучше для него, так почему бы тебе не позволить мне помочь тебе помочь ему? — Он протянул руку, обхватив щеку Джека — Джек охнул, по телу волной прокатилось теплое покалывающее ощущение, нежное, как летний ветерок. — Я могу быть ласковым, Джек, — прошептал Акитра, другой рукой откидывая волосы с его лица. — Я не сделаю тебе больно. Тебе будет очень хорошо. Тебе даже не понадобится высшая магия. — Он наклонил голову, его губы застыли в дюйме от губ Джека. — Помоги ему, исцели его, и обещаю, ты не пожалеешь.

— Я не могу. — Джек заставил сопротивляющееся тело отодвинуться от Акитры. — Ты не понимаешь, я не могу, даже с твоей помощью. Мое тело физически не сможет вместить столько энергии. Это как… это как мешок с песком. В него помещается ровно столько, сколько помещается, но если проделать в нем дыру, то сквозь мешок может просыпаться сколько угодно песка, просто после этого его можно уже только выбросить.

Акитра в кои-то веки, похоже, действительно задумался над его словами.

— Ты ведь не знаешь наверняка, уничтожит это тебя или нет, — наконец выдал он.

— Вероятнее всего, я окажусь в коме. Восемьдесят процентов всех, кто впервые использует высшую магию, так кончают. А когда я очнусь, в моей душе будет дыра, которая никогда не заживет. И мне станет трудно быть честным, справедливым, добрым или сострадательным…

— Хорошо. — Акитра резко отвернулся. — Я не стану больше просить тебя об этом. Иди спать и не волнуйся о Майке; я поговорю с ним. Только отолью сначала.

Джек закатил глаза и направился к себе, но не прошел и пары футов, как из туалета донесся мучительный крик Акитры.

Джек развернулся и бросился назад, распахнул дверь и ворвался внутрь, босые ноги захлюпали по густой холодной крови. Акитра сидел на коленях спиной к Джеку, прижимая к груди бледное неподвижное тело. С бешено стучавшим сердцем Джек обошел его, и все в животе завязалось узлом при виде серого лица Майки, глубоких порезов на его запястьях. Он казался мертвым.