Огонь и пепел - Мэйберри Джонатан - Страница 50

— Она не могла, Моника. Люди Рейд не смогли продолжить с того места, где ты остановилась. Им нужны эти последние записи.

Она тупо уставилась на него.

— Какие последние записи?

— Последние. Материал серии D. Без него…

Макреди внезапно толкнула Джо так, что он упал назад. Гримм беспокойно залаял.

— О чем ты говоришь? — закричала она. — Все было в том самолете. Каждый клочок исследования. Все полевые записи, наши клинические исследования, проекты мутации. Полная формула «Архангела». Все.

Бенни помог Джо встать.

— Записей серии D там не было, — сказала Никс. — Мы подумали, что вы забрали их с собой.

— Зачем мне брать их с собой? Я отправила все в Убежище, чтобы Рейд могла начать производство.

— Производство чего? — спросила Лайла.

Макреди казалась удивленной.

— Лекарства. А вы думаете, о чем я?

— Подождите, подождите, — сказал Бенни. — Вы говорите, что нашли лекарство? Вот что такое «Архангел»?

— Конечно, — рявкнула Макреди. — Зачем, вы думали, мы покинули «Надежду-1»?

Лайла покачала головой.

— Джо сказал нам, что вы захотели эвакуироваться, потому что мертвые стали слишком активными.

— Именно, — просто сказала Макреди. — В этом весь смысл. Мы разработали сначала метаболический стабилизатор, а потом нашли лекарство. «Архангел». Это было радикально, да, но сработало.

— Но… но, — Лайла огляделась в смятении.

— Моника… это не имеет смысла, — сказал Джо. — Мы ходим по кругу. Мы думали, что «Надежду-1» захватили. Вот что рассказала мне полковник Рейд. Ходоки стали слишком резвыми, и ты хотела забрать свою команду обратно в Убежище.

Еще до того как он закончил, Макреди уже начала качать головой.

— Мы точно знали, насколько активны ходоки. Мы уже собрали нескольких, чтобы отослать в Убежище, чтобы команда Джейн Рейд могла изучить разные мутации. Остальные были нашими объектами для тестов. Мы выпустили их в мир рядом с «Наде-ждой-1», чтобы посмотреть, заразят ли они остальных своим мутагеном. Так и было. И очень-очень быстро. Как только мы заметили, как это работает, я сказала Джейн, что хочу вернуть свою команду в Убежище, чтобы заняться всем по-настоящему.

— Подождите, — сказал Бенни, — ваши слова все еще не имеют смысла. Начните сначала.

— Послушай, Моника, — сказал Джо, — записей серии D либо не было в самолете, либо кто-то забрал их из-под обломков.

— Они были в чертовом самолете, — прорычала Макреди.

— Тогда их забрали. Мы не можем их найти, а записи, которые у нас на руках, указывали на то, что ты забрала их с собой.

Бенни спросил:

— Думаете, кто-то занялся ими? Специально оставил ложный след?

— Начинает так казаться, да?

— Зачем?

— Это еще предстоит узнать, — сказал он Макреди. — Есть ли способ воссоздать «Архангел» без тех записей?

Она подумала над этим.

— Без записей серии D? Нет. С теми записями — да. Нужны лишь основные химикаты, некоторые минералы, свинья и ходок. Все могут сделать «Архангел». Трюк в том, чтобы довести его до порошковой формы. В самолете были бумаги, в которых сказано, как и это сделать. Я подготовила их, чтобы Рейд могла перенести их во все лаборатории Государства, — она остановилась и поникла, словно до нее дошло значение всего произошедшего. — Боже, мы потеряли восемнадцать месяцев. Все это уже должно было кончиться. Все ходоки уже должны были умереть.

70

— Посмотрите на шары! — сказала Ева, и ее лицо засветилось от радости.

Бунтарка встала со своего места на песке, рядом с малышкой. Люди выходили из всех ангаров, общежития и столовой, чтобы посмотреть на этот странный спектакль. Тысячи цветных шариков прыгали среди мертвых, и толпа зомби быстро возбуждалась, кидаясь на них, хватая и кусая.

Это было что-то, чего Бунтарка и представить себе не могла. Это было так абсурдно, так странно, что она поняла, что улыбается.

Это сделали монахи?

Нет, это было смешно.

Солдаты в ангаре?

Как будто отвечая на эту мысль, внезапно начали, словно банши, орать сирены. Мертвые остановились, и многие повернулись на звук. Некоторые даже побрели в ту сторону, привлеченные звуком или движимые каким-то остаточным рефлексом в конечностях и нервах. Но остальные за ними не последовали.

Сирены были далеко. Шарики прыгали прямо здесь.

— Оставайся тут, — сказала Бунтарка Еве, ушла с игровой площадки и побежала к краю рва. Ее сердце шумно стучало в груди.

Один за другим мертвые отвернулись от сирен. Они хватали ближайшие воздушные шары и рычали, когда те лопались. Бунтарка заметила вспышку цвета. Не ярко-желтой, голубой или зеленой резины, а ярко-красную — такого цвета был воздух, выходящий из лопающихся шаров. Это была пыль?

Или… порошок?

Он прилипал к коже зомов. Падал на их глаза и в открытые рты, отбрасываемый силой взрывов.

— Что за черт? — спросила она вслух.

Некоторые мертвые остановились там, где были, их тела сотрясались и дрожали, словно началось землетрясение. Но причина их возбуждения явно, насколько могла видеть Бунтарка, исходила изнутри. Это должно быть что-то внутри них. Нечто булькающее под поверхностью их иссушенной кожи.

А потом мир сотрясла серия взрывов. Не близких — а к востоку, за пределами далекого забора. Бунтарка прищурилась, смотря сквозь марево, как с полей взлетели шары огня.

Среди монахов и монахинь ходили слухи, что армия расставила мины в тех полях. До этого момента Бунтарка в это не верила.

Там что-то двигалось, и Бунтарка, мастерски отличающая живых от мертвых и наоборот, увидела толпу зомов, бегущих через минное поле. Бегущих и подрывающихся на минах. Еще больше мертвецов было за ними. И еще. Мины срабатывали, а зомы продолжали идти и бежать так быстро, словно у них была цель.

Бежать, словно их направляли.

Позади них Бунтарка увидела волну жнецов на квадроциклах.

Когда они приблизились, девушка заметила, что их головы были обвязаны шарфами, а на глазах красовались старомодные очки для подводного плавания. У каждого между зубами был зажат серебряный собачий свисток. Они вели стадо зомов через минное поле, расчищая его от взрывчатки. Открывая путь толпе жнецов, следующей за зомами.

А здесь прыгали шарики. Мертвые ловили их, кусали, взрывали, и на них сыпался красный порошок.

Бунтарку тренировали как воина и лидера воинов. Она поняла, что происходит. Девушка повернулась, взглянув на голую и безответную стену лаборатории, закрытые двери ангара. На беспомощную массу монахов и умирающих людей, за которыми они ухаживали.

Она медленно повернулась, чтобы посмотреть на приближающуюся волну смерти.

— Боже, — выдохнула она.

71

Все это уже должно было кончиться.

Все ходоки уже должны были умереть.

Бенни чувствовал, что слова доктора Макреди были физическими ударами, которые она наносила по его сердцу и голове.

— Вы… серьезно? — спросила Никс.

— Конечно, я серьезно, — рявкнула Макреди. — Думаете, я стала бы шутить о подобном? — она кивнула на пластиковые контейнеры с «Архангелом». — Почему, как вы думаете, я прибыла сюда? Эта база — лучшее место для производства биоматериала к западу от Скалистых гор. В десять раз лучше, чем установка в Убежище, но даже такая тупица, как Джейн Рейд, должна была суметь что-то сделать.

Джо вздохнул.

— Без записей серии D она лишь смогла создать метаболический стабилизатор и очень-очень слабую версию «Архангела». Она испробовала ее на ходоках и получила нестабильные результаты.

Макреди закрыла глаза.

— Спасите меня от идиотов.

— Послушай, Моника, — сказал Джо. — Откуда ты вообще знаешь об этом месте? Я, черт возьми, уверен, что никогда не слышал о нем.

Макреди фыркнула:

— Есть полдюжины таких баз, о которых ты не слышал. Места, о которых никто не знает, если только не находится в нужном списке.

— Я должен быть во всех списках.