Невеста эльфийских кровей - Караюз Алина - Страница 51

— Нет! — процедил Рив. — Он мне нужен живым. Идем.

Он поднял руку и рубанул, рассекая воздух, ребром ладони. Рубиновый перстень на его пальце сверкнул яркой звездочкой, и за ним протянулась алая полоса.

На глазах изумленной Ринки полоса стала ярче, расширилась, разрезая пространство. Превратилась сначала в сияющую прореху, а затем в овальный проход высотой с человеческий рост. По его краям трепетали языки белого пламени.

— Не бойся, — шепнул Брент ей в макушку и подтолкнул. — Только закрой глаза!

Ринка нервно кивнула. Сама-то она об этом забыла! Свет порталов не обжигает кожу, он слепит глаза. Кому, как не ей, это знать?

Плотно зажмурившись, сделала шаг вперед. Почувствовала, как Брент уверенно сжал ее руку, обнял за плечи и шагнул в портал вместе с ней.

А потом ослепительное сияние поглотило обоих.

Портал схлопнулся, но Рив не спешил. Поднял голову вверх, глянул на звезды. Те быстро гасли одна за другой на бледнеющем небе.

Он с усилием проглотил ставший в горле комок. Казалось, еще никогда Аривильеру Лиатанари не приходилось чувствовать себя так паскудно, как в этот момент.

— Брат… — шепнул беззвучно в пространство, — если все это правда, клянусь, виновный будет наказан.

Потом взял коня под уздцы, активировал новый портал и исчез в белом сиянии.

Они выпали из портала прямо перед закрытыми дверями.

— Покои эльканэ! — успела выдохнуть Ринка. — Осторожно, охранные руны!

Но Брент с присущим ему упорством уже схватился за ручку. Толкнул. Магическое плетение вспыхнуло золотистыми нитями, задрожало, считывая ауру уркха.

Ринка зачарованно ахнула, Брент зарычал, но руку не отдернул. От дверной ручки по его пальцам на запястье и выше побежали золотистые искры. Они превратились в тонкую блестящую паутину, опутали мощную грудь уркха, охватили шею и голову плотным сияющим коконом…

А потом все исчезло.

Двери сами собой распахнулись, будто от сквозняка. Изнутри потянуло прохладой.

Брент медленно выпустил воздух сквозь зубы. Хрипло уронил:

— Жжется, зараза.

И схватился за меч.

Ринка поежилась. Переступать порог совсем не хотелось, хотя она не раз входила сюда. Знала в комнате эльканэ каждый угол, могла найти кровать и свое кресло с закрытыми глазами. И ни разу не чувствовала себя так неуютно. А сейчас мрак, заполнивший дверной проем, казался враждебным. Словно там внутри сидел кто-то чуждый всему, что она знала, и ждал…

— Слишком темно, — проворчал Брент, зорко вглядываясь в темноту. Он бесшумно потянул меч из ножен.

— Может, просто шторы плотно задернуты?

Объяснение прозвучало не слишком убедительно. Ринка и сама понимала: что-то не так. Тьма слишком густая, неправильная, живая. Где-то там, в комнате, находится сердце Мрака, и оно неслышно пульсирует.

— Слышишь? Ты слышишь это?! — девушка схватила уркха за руку. Тот вскинул голову, втянул воздух ноздрями. — Ты что-нибудь чувствуешь?

— Я чувствую магию смерти.

Он отодвинул ее за спину, бросил не глядя:

— Держись позади.

Они переступили порог, словно нырнули в темную воду. Мрак расступился и сомкнулся за ними плотным удушливым покрывалом.

С минуту Ринка ничего не видела, только слышала собственное дыхание, да чувствовала руку Брента. По ее спине пробежал холодный озноб. Возникло стойкое ощущение: в этой тьме они не одни. И буквально нутром почувствовала, как ощетинился уркх, словно огромный дикий зверь, поднявший шерсть дыбом.

А потом она поняла, что различает предметы.

Так же, как тогда, в гроте. Не глазами, а магическим внутренним зрением.

К удивлению девушки, тьма не была равномерной. Ближе к стенам она теряла насыщенность, превращалась в серый туман, лениво клубящийся. А вот в центре, где стояла кровать эльканэ, мрак сгущался в непроницаемый кокон. От него в разные стороны тянулись черные плети, ядовитым плющом крепились к стенам, полу и потолку. Сам же кокон мерно вздымался и опадал, только усиливая сходство с огромным сердцем.

И там, внутри, был эльканэ.

— Эландриль! — вскрикнув, Ринка разжала пальцы и рванула к кровати.

Спасти! Уберечь! Не дать умереть!

Мысли-приказы вспыхивали в голове алым пламенем. Это все, о чем она могла думать.

— Стой! — заорал уркх, пытаясь ее поймать, но его пальцы схватили воздух.

Забыв обо всем, Ринка с разбега налетела на тьму. Та недовольно заворчала, истончилась, выпуская новые плети. Ощупала ими незваную гостью.

Девушка задохнулась от боли. За долю секунды она успела почувствовать, как дыхание смерти пронзило ее. Будто чья-то ледяная рука схватила за сердце и сжала. А потом незримая нить, связавшая ее с эльканэ, натянулась струной, зазвенела, почти вырывая душу из тела…

Не вырвала.

Не успела.

Ринка всем весом рухнула на кровать, прямо на спящего принца.

Эландриль охнул и застонал.

Брент прыгнул вперед. Его меч со свистом врезался в кокон. Рассек темноту.

Тьма затрещала, зашипела, как лед, брошенный в раскаленное масло. Толстые щупальца завибрировали, извиваясь. Они то скручивались в жгуты, то распрямлялись, пытаясь достать наглого уркха.

Ринка этого уже не увидела. Она уткнулась носом в костлявое плечо эльканэ. Обхватила худосочного эльфа руками. Прижалась всем телом.

Эландриль под ней хрипло дышал. Его кожа была холодной и липкой, сердце билось урывками. Жизнь вытекала из него вместе с дыханием.

«Эльканэ!» — Ринка мысленно позвала его.

Раз… Другой…

Нет ответа. Только победное шипение тьмы.

Девушка приподнялась. Непослушными пальцами рванула рукав дорожного платья. И плевать, что мелкие пуговки разлетаются с треском. Ткнула запястьем в сухие губы эльфийского принца. Надавила, вынуждая того разжать зубы.

«Ну же! — послала мысленный зов. — Давай! Ты не можешь вот так умереть. Не сейчас!»

Накатившие слезы щипали глаза. Злые, бессильные.

Неужели это конец? Нет, только не так…

Собственное тело содрогнулось, исторгая рыдание. Чья-то ладонь опустилась ей на плечо. Ринка вздрогнула, вскинула голову, и… словно очнулась.

Глава 31

В спальне было светло. Подоспевший Лиатанари успел распахнуть шторы, раскрыл створки окна и впустил утренний свет.

А еще стояла гнетущая тишина.

Рука на плече девушки сжалась. Не сильно, но достаточно, чтобы Ринка вышла из оцепенения и повернула голову.

За спиной стояли Брент и Рив. Оба мрачные, хмурые, с усталыми взглядами. Они смотрели на кровать поверх ее головы. Смотрели так, что Ринка похолодела. Сглотнула подкатившую к горлу тошноту и тихо выдохнула сквозь зубы.

В распахнутых дверях мялись гвардейцы, виновато переглядывались, сжимая бесполезные мечи.

— Что… что произошло? — прохрипела девушка, не узнавая собственный голос.

— Ты спасла его в очередной раз, — пояснил регент.

— Но этим только сократила жизнь вам обоим, — угрюмо добавил уркх.

— Что?!

От неожиданности она забыла про собственную слабость и попыталась вскочить. Ноги подогнулись, заставляя со стоном рухнуть назад.

Брент придержал за локоть, помог занять кресло и только потом пояснил:

— Это проклятье. Отдавая эльканэ свою кровь, ты лишь укрепляла связь между вами. Теперь он живет только благодаря твоей жизненной силе — ты источник, который питает его. Ты делишь свою жизнь на двоих.

— И… это плохо?

Уркх бросил на Ринку нечитаемый взгляд:

— Как посмотреть. Ваша связь почти неразрывна. Если умрет он — умрешь и ты.

От этих слов, сказанных так запросто, словно речь шла о вечерней прогулке, ей стало дурно. Перед глазами все поплыло, в горле появилась резкая горечь. И Ринка внезапно подумала, что эта слабость стала такой привычной, что она почти перестала ее замечать.

А ведь она никуда не девалась. Затихала на время, копилась, чтобы однажды напомнить ей, что за все в этом мире нужно платить. И что у жизни эльканэ есть цена.