Я выбираю быть твоей (СИ) - Островская Ольга - Страница 54

— Ничего не понимаю, — бормочет эскулап.

— Что происходит? — Фалькар решительно обходит меня, чтобы тоже подойти к кровати. Нависает грозно над лекарем.

— Не уверен… но, кажется, я чувствую энергию деления оплодотворённой яйцеклетки, — совсем уже растерянно произносит тот, удивлённо таращась на белую, как мел Жозелин. — Но я совершенно не могу понять, как это возможно при вашем состоянии энергетических каналов.

— Что… что вы имеете в виду? Какую энергию? Что… это значит? — запинаясь лепечет моя компаньонка.

Лекарь ещё пару секунд прислушивается к своим ощущениям и уже гораздо уверенней сообщает.

— Это значит, что вы вот уже несколько часов, как беременны, уважаемая сьера. Поздравляю.

— Но… но этого не может быть. Я пустышка. И у меня даже не было близости с мужчиной этой ночью, — голос Жозелин звучит растерянно и даже испуганно. — Если это шутка, то очень жестокая…

— Какие шутки?! — возмущённо восклицает лекарь, поднимаясь. — Я сейчас же организую вам полное обследование. И советую срочно сообщить отцу ребёнка. Чтобы этот плод получил шанс выжить, слияние необходимо провести немедленно. А что касается времени соития, то в вашем возрасте пора знать, что мужские сперматозоиды живут не одни сутки.

Жозелин бросает беспомощный взгляд на Фалькара. И в её огромных ошеломлённых глазах столько ещё пока несмелой надежды, что у меня сердце сжимается. Лекарь же, окинув этих двоих понимающим взглядом, делает шаг в сторону двери.

— Постойте, сьер, — отмирает Фалькар, хватая того за локоть. — Вы можете нормально объяснить, как это возможно? И что, помимо слияния, мы должны сделать, чтобы наш ребёнок жил?

— Ага, значит я правильно определил, что отец вы, — удовлетворённо кивает лекарь. — Что ж, более точно я вам могу сказать, когда будут результаты полного обследования. А пока могу лишь строить предположения. Скорее всего, ваша будущая связанная, имея в утробе… ваш генетический материал, каким-то образом смогла откуда-то получить заряд энергии, близкой к той, которую генерирует женщина в момент зачатия. И этой энергии ей хватило, чтобы произошло оплодотворение её собственной яйцеклетки. Этого, конечно, мало, чтобы гарантировать нормальное развитие плода, но побороться за благополучный исход стоит…

Он ещё что-то говорит, а я внезапно ловлю на себе какой-то полубезумный пылающий взгляд Жозелин. Она приподнимается на локтях, подаваясь ко мне всем телом, даже пугая немного абсолютно неадекватным видом. А в следующий миг срывается с постели и неожиданно грохается мне в ноги.

— Ты что творишь?! — шарахаюсь я от неё.

— Сьера… — хрипит она, обхватывая мои колени и прижимаясь к ним лицом. — Я жизнь за вас отдам… Вы даже не представляете…

— Э, нет-нет-нет!!! Никакого «жизнь отдам»! Ты что несёшь?! — возмущённо восклицаю, даже не пытаясь отодрать от ног эту сумасшедшую. Видно же, что бесполезно. Бросаю беспомощный взгляд на истуканами застывших мужчин, а потом снова на неё. — Твоя жизнь твоему ребёнку нужна! И вообще, причём здесь я?!

— Кстати, да. Причём здесь сьера? — заинтересованно подаётся к нам лекарь.

— Это ваша энергия… ночью… вы так щедро ею делились. Это вы своей добротой подарили мне чудо, — всхлипывает моя компаньонка, абсолютно вышибая меня из колеи. Впору самой уже кричать: «Да ладно! Не может быть!» — И потом утром… Все во дворце почувствовали вашу с адамиром энергию.

Она что серьёзно? Чувствую, как заливает щёки смущённый румянец. Что, правда, весь дворец? Мамочки… А Рок? Он… знает? Хотя, глупый вопрос. Конечно, знает.

Потом… Я подумаю об этом потом. Сейчас не обо мне речь.

Я выразительно киваю на Жозелин Фалькару.

Ну же, не тупи, помоги своей невесте встать.

У мужика сегодня явно день шокирующих событий. Вон уже какой бледный стоит. Но мой взгляд понимает правильно и шагает к нам, чтобы склониться к девушке, которая всё бормочет о своей вечной благодарности, и мягко пытается её отлепить от моих ног. Я тоже принимаюсь ему усердно помогать. Жозелин не сразу, но в конце концов позволяет нам поднять её на ноги, а потом и вовсе обнимает огромного куарда за шею с тихим плачем, явно пребывая в неадеквате от накрывших её эмоций. Даже представить не берусь, что она сейчас ощущает.

Мужчина нежно обнимает её, тихо шепча что-то утешительное, довольное и очень ласковое, и уносит обратно на кровать.

Я безумно рада за них, и… Мы с местным доктором тут сейчас явно лишние. Надо уходить.

— Это правда? — с видом крайнего научного интереса теперь уже на меня обращает всё своё внимание лекарь. И этот туда же. Интересно, у куардов все доктора такие маньяки на вид?

— Что именно? — делаю я невинное и непонимающее лицо.

— То, что сьера Жозелин говорит, — уточняет эскулап, не спеша вестись на мою уловку, и делая малюсенький шаг в мою сторону.

— Без понятия, — пожимаю плечами и отступаю. — Ладно, мне пора. Я позже зайду. И всё вопросы насчёт моей энергии советую задавать моему супругу адамиру Шаера. Думаю, он с пре-е-еогромнейшей радостью вам ответит. Сьер Фалькар, я вас в коридоре подожду.

И я выскакиваю в этот самый коридор, не обращая особого внимания на лицо лекаря, испуганно вытянувшееся при упоминании Рока, и не дожидаясь ответа от Рокового начальника безопасности. Им с Жозелин явно есть о чём поговорить наедине, а со мной ничего не случится, если я немного постою у окошка напротив палаты.

У окошка оказывается довольно спокойно и… хочется сказать безлюдно, но правильнее, наверное, бескуардно. Смешно звучит. Вот всегда удивляло, если в книгах о других каких-то расах, применительно к их представителям употребляются слова, производные от «люди» или «человек». Хотя к чему это я? Совсем куда-то не туда мысли ускакали.

Закусив губу, пытаюсь понять, может ли быть правдой предположение Жозелин, что она забеременела из-за меня? Хм, неоднозначно как-то получилось. Фалькар со мной может поспорить. Ха-ха. Но… А что если действительно правда? Это даже в голове не укладывается. Хотя лекарь всё довольно складно объяснил. Логично, как мне кажется. Просто… сложно это воспринять.

Но как же я за неё рада! Словами не передать, насколько.

И без разницы, из-за меня это случилось, или нет. Главное, что случилось, и у Жозелин будет свой ребёночек, о котором она так мечтала. Уверена, Фалькар всё сделает, чтобы помочь ей сберечь это дитя.

Оборачиваюсь спиной к окну и, прислонившись бедром к подоконнику, изучаю пустой коридор. И взгляд почему-то сам собой притягивается к той палате, где Эскаер Лаяре обретается. И мысли как-то сами собой сворачивают в его сторону.

Всё же интересно, что он здесь делает? Неужели как-то замешан в случившемся вчера?

Хотя, вряд ли. Зная Рока и имея уже некоторые представления о законах куардов, могу предположить, что тогда бы он точно лежал не здесь, а где-то в гораздо менее комфортном месте. Либо к нему бы охрану приставили какую-нибудь. А тут никого нет.

Я так сосредоточенно смотрю на закрытую дверь палаты Лаяре, что удивлённо вздрагиваю, когда она внезапно с грохотом распахивается.

— Помогите! — в ещё большем шоке слышу я придушенный мужской хрип. — Кто-нибудь…

Глава 19

Потом я ни за что не смогу объяснить, почему в этот момент поступила именно так. Почему не позвала кого-нибудь, того же Фалькара, например, почему бросилась к зовущему на помощь Эскаеру сама. Скорее всего сыграли роль эмоции, и сработал обыкновенный человеческий инстинкт.

Как бы там ни было, поддавшись мгновенному порыву, я действительно побежала к его палате сама.

И сейчас вот в ужасе смотрю на куарда, трясущегося на своей койке так, словно его электрическим током бьет.

— О Боже, — выдыхаю, понимая, что с меня тут помощи никакой не будет и разворачиваясь обратно, чтобы бежать за кем-то, кто знает, что делать.

— Кто… кто… здесь? — клацая зубами, выдавливает Эскаер, поворачивая голову в мою сторону и пугая абсолютно стеклянными глазами.