Обесточенный (ЛП) - Валентайн Сиенна - Страница 15

Когда мы устали лежать в огромной кровати, я встала и начала дразнить его своей задницей, пока он не последовал за мной в душ. Под струями горячей воды Ноа обвил меня руками и поцеловал, словно мы были подростками, лаская мое лицо, прижимая своим упругим телом меня к стене. Когда он нагнулся, чтобы добраться до моей шеи, его борода царапнула нежную кожу, и я задрожала. Мои затвердевшие соски потерлись о мышцы его груди, и я тихо вздохнула, когда он поднял руку, чтобы коснуться их.

— Ты такая офигительно горячая, — с отчаянием в голосе произнес Ноа. — Я бы мог трахать тебя вечно.

Мои колени подкосились от этих слов. Я укусила его за плечо и прижалась к нему плотнее.

— Как бы мне этого хотелось.

Его огромный член был снова твердым. Я взяла его и улыбнулась, когда Ноа вздрогнул от моего прикосновения. Он наклонил голову к моему плечу, пока я поглаживала его под льющейся водой, терзая мою грудь сильными руками. Я чувствовала зубы на своей шее и наращивала свой темп. Как только почувствовала спазм и освобождение его члена, Ноа схватил меня за задницу и прижал к своему мокрому телу. Сперма покрыла часть киски и верх моих бедер, и я застонала.

— Ты знаешь, что ты нечто большее? — сказал он, сжав мою челюсть, прежде чем поцеловать меня.

Ноа нежно вымыл меня, не дав пошевелить мне и пальцем. Приласкав носом мою шею, он поцеловал меня в щеку.

Когда мы закончили, Ноа обернул меня в свой серый халат, а себе только обмотал полотенце на талии, против чего я, конечно, не возражала. Его жесткое тело выглядело еще более невероятным, будучи мокрым, вода переливалась цветами его татуировок и катилась по мышцам, как капли дождя. Ему потребовалась минута, чтобы провести черной пластиковой расческой по светлым, не до конца выбритым волосам на макушке. Я наблюдала за ним с милой улыбкой.

— Ты голодна? — спросил Ноа, обвивая руками мою талию.

— Очень, — ответила я со смехом. — Но также я не хотела бы идти туда, где есть необходимость, ну ты знаешь... надеть одежду.

Ноа ухмыльнулся и сжал мою задницу.

— Мне нравится ход твоих мыслей. Доставка?

— Как тебе китайская еда?

— Заметано, — сказал он. — Я уверен, где-то на кухне имеется меню.

Пока он заказывал обед, я закончила сушить волосы и сняла халат. Чувствуя себя смелой после стольких оргазмов, я сама обнажилась и на кухне смахнула полотенце Ноа с его талии, пока он все еще разговаривал по телефону с китайцами.

Ноа обернулся, удивление на лице сменила притворная злость, когда он увидел, как я ухмыляюсь и размахиваю полотенцем возле своего обнаженного тела. Он оглядел меня с головы до ног и его член немного дернулся.

— Извините, что вы говорили? — спросил он человека по телефону. — Здесь есть кое-кто, у кого будут крупные неприятности, если она не перестанет отвлекать меня от моего телефонного звонка…

Его игривость оживила меня, как ничто другое, и я сделала несколько шагов назад, вне его досягаемости.

— О, правда, крутой парень? Что ты сделаешь... если я отвлеку тебя?

Я соблазнительно повела правую руку вниз по своему телу и между ног. Ноа прикусил губу и наклонился, пытаясь подавить стон, пока работник ресторана повторял его заказ.

— Да, все верно, — сказал Ноа, его голос был напряженным, а глаза приклеены к моей руке между ног. Его член снова был полутвердым.

— Тридцать минут звучит идеально, — он посмотрел мне в глаза. — Достаточно времени, чтобы кое-кто был наказан.

Если я не была влажной раньше, то после этого точно стала. Ноа закончил звонок и сделал пару тяжелых шагов в мою сторону. Он поднял меня на руки, оторвав от пола, и понес в гостиную с ковром, а я, протестуя, начала визжать.

Ноа уложил меня на пол, удерживая за запястья мои руки над головой, и завис надо мной. Прижав свою талию к моей, он водил своей массивной эрекцией по мне, дразня меня.

— Тебе просто не нравится подчиняться приказам, так? — сказал Ноа, прежде чем наклониться и лизнуть мои соски, по очереди посасывая их.

— Разве мы не в нужном месте для этого? — ответила я, приподняв бедра в попытке дотянуться до его члена.

Но Ноа отодвинулся и прижал меня, чтобы я не могла двигаться.

— Я всегда могу вытрахать из тебя неповиновение, — сказал он, крепче сжав мои запястья.

Я прикусила губу, но этого было недостаточно, чтобы остановить восторг, исходящий из самой глубины.

— Ты этого хочешь? — спросил он.

Я чувствовала, как кончик его толстого члена давит на мою киску.

— Да, — начала умолять я, — Пожалуйста, трахни меня, Ноа.

Он не смог больше сопротивляться. Вытянув руку за презервативом, который остался на кофейном столике, он быстро раскатал его и ворвался в мою киску с гортанным стоном. Мои ноги рефлекторно обхватили его за талию, когда я пыталась жестче принять его в себя. Каждый толчок двигал меня по полу. Своим тяжелым телом он выбивал из меня почти весь воздух, каждый раз, когда входил. Он сжал мои волосы и плечи, используя как рычаг, отчаянно врезаясь в меня. Его член наполнял меня до тех пор, пока мое тело не накрыл оргазм, длившийся вдвое дольше, чем предыдущий. Ноа потел и сыпал проклятьями надо мной, в то время как я сжимала его твердость своими дрожащими мышцами, массируя его член, пока он сильно не кончил внутри меня.

Спиной я чувствовала крошки на ковре, но мне было плевать. Мое тело было в невероятном состоянии после всех этих оргазмов и даже еще лучше, когда Ноа прижал меня к себе. Он поцеловал меня несколько раз, вышел еще полутвердым членом и помог мне встать с пола. Мы как раз вовремя очистились, чтобы открыть дверь доставщику. На Ноа был только серый халат, а я спряталась.

День немного прояснился, и воздух стал теплым, поэтому Ноа схватил несколько одеял и разложил их на траве заднего двора. Благодаря густой листве и забору, это место выглядело очень уединенным. И поэтому мы решили устроить пикник голыми, разложив маленькие коробки с китайской едой на одеяле.

— Итак, могу я спросить у тебя кое-что? — сказала я, отправив немного чау-мэйн в рот (прим.: чау-мэйн – это китайская лапша с овощами). — Это немного личное.

— Я думаю, мы уже установили кое-что из личных отношений, — сказал Ноа, подмигнув.

Его взгляд упал на мои сиськи, и я закатила глаза.

— Ладно, — резко сказала я. — Что с тобой, почему ты до сих пор одинок? Я могла бы поклясться, что говорили обо всех в вашей группе.

Судя по выражению лица Ноа, я задела за живое. Чувство вины пробежало по позвоночнику, но я не пыталась забрать слова обратно.

— Эм-м, это... это немного сложно.

— Испытай меня, — сказала я, — Я королева сложностей.

Я действительно это имела в виду.

Ноа пару раз откусил спринг-рол. Он заговорил, не поднимая глаз.

— Я просто пришел с более грубой площадки, чем другие парни, вот и все. Куинн и Джефф немного знают об этом, и многое пережили со мной, но у них были родители получше, чем мои. Родители, которые их защищали.

Я молчала, пока Ноа подбирал слова.

— Это глупо. Я никогда не был на войне или где-то в столь отвратительном месте, как все это, но у меня до сих пор... до сих пор есть некоторые схожие проблемы. Знаешь, слишком много лет на краю? Едва находя деньги, которые можно было бы потратить на аренду, еду и немного пива, возможность пробраться на шоу каждые пару недель, если узнаешь расписание вышибал. Драки, измены подруг, драма в группе… наблюдение за передозировкой друзей или потеря в депрессии… не имея ничего, кроме музыки, чтобы почувствовать себя лучше.

Несмотря на мой полный желудок, фантомная боль все равно сжала мой живот: воспоминания о голоде и холоде той первой зимой в Нью-Йорке, когда у меня не было ничего и никого, только моя писанина, шоу, и надежда, что будущее будет выглядеть иначе. Ноа это бы понял.

Он рассеянно почесал бороду и покачал головой.

— Когда я действительно останавливаюсь и думаю об этом, все это ощущается как миллион лет назад. Еще одна жизнь назад. А по ночам, когда я совсем один, вокруг тишина, и кажется, не так уж и давно все это было. Такое ощущение, что это все еще происходит. И... короче говоря... становится очень сложно иметь что-то значимое с женщиной. В конце концов, даже самые сумасшедшие фанатки хотят кого-то стабильного, с кем можно было бы осесть.