За границами легенд (СИ) - Свительская Елена Юрьевна - Страница 70

Помощник воеводы остроухих и бывший воевода… самолично стряпает… булочки?!

Снизу на меня зафырчали. Непроизвольно отпрыгнула. Дверь приоткрылась чуть шире, под мохнатой лапой. И из кухни в кабинет мрачно выглянул кот. Большой, пушистый. Вполне похожий на чернореченских. Окрасу он был простого: чёрный, с белыми лапками и белой грудкой. А морда вымазана в белом.

— А, вот вы и познакомились, — тепло улыбнулся, обернувшись ко мне, крутой эльфийский воин. С очередной булочкой в руке, как раз в процессе соединения её в кольцо.

— Он… — моя рука, указывавшая на кота, вздрогнула, — Он у вас сметану ворует!

Кот посмотрел на меня так же строго, как недавно смотрел его хозяин.

— Я сам его угостил, — усмехнулся мужчина, — Если вам тоже хочется — то есть ещё чистый горшок вон там, в шкафу поодаль от окон.

— Нет, я… я бы, разве что молока…

— Молоко — вон там, — он указал на другой шеф, невысокий, тёмный, от которого веяло холодом, — Только… мне совестно об этом говорить, но… но оставьте немного для Короля полей. Он у нас единственный, кто пьёт молоко. А поставки молока в ближайшие три дня не будет, — рукой указал на шкаф с посудой, — Стакан возьмите вон там. Они все чистые, — и, насвистывая, вернулся к столу, на котором стояли вазочки с вареньем и тарелка с тестом, доска, присыпанная мукой и скалка на ней.

Под мрачным взглядом кота прошла к холодному шкафу — там помимо большого и пузатого кувшина с молоком стояло ещё сколько-то кувшинов и банок со скоропортящейся едой — достала кувшин с молоком. Задумчиво ощупала шкаф. Вот вроде посреди комнаты стоит, вне погреба, но холодный!

— Он магией остужает провизию, которую в него поместили, — пояснил хозяин, не отрываясь от своего дела.

— Магией, значит…

Взяла себе первый же попавшийся на глаза стакан, красивый, кстати, налила себе молока. Едва не пролила, опять встретившись со взором усатого, командирским, недовольным.

— Потерпи, Коля, — ласково сказал мужчина своему мохнатому и сердитому другу, — У нас в гостях дама королевских кровей. Ты бы был поуважительней, что ли?..

«Шляются тут всякие» — читалось во взоре усатого господина кухни и, судя по личной наглости, а также по размеру кувшинов с молоком и сметаной, заодно и господина сердца Тина.

— Вам… помочь? — спросила, напившись и пряча кувшин.

Коля мрачно дотопал до меня, толкнул пушистым чёрным хвостом с белым ещё более пушистым кончиком меня по ногам. Сердито взглянул на меня, мол, «Обижаешь короля», потом потопал к низенькому серебряному столику на полу, на котором стояло штук семь мисок. Деревянных или серебряных. С супом, со сметаной, с молоком, с яблочными дольками, с водой, с чём-то хлебным и хрустящим…

— Коля просит налить молока и ему, — отметил Тин, — Коля, похоже, уже прошлую порцию допил.

— А он не лопнет? — растерянно моргнула, глядя на шикарный кошачий стол, воистину королевский.

Даже серебра на стол под кошачьи тарелки не пожалели! Ну, эльфы!

Мужчина повернулся к усатому, тот сразу же, будто спиной увидел, развернулся к нему. Они посмотрели друг на друга, серьёзно.

— Коля, ты же не лопнешь в ближайшее время, правда? — печально спросил эльф, — Ты же не бросишь меня одного?..

Кот деловито потопал к нему, хвост вокруг его ноги обмотал.

— Радость моя! — умилился мужчина, — Лови! — и, зачерпнув какого-то варенья, плотного, сбросил с ложки на пол.

Усатый подпрыгнул, поймал на лету угощенье.

Проворчала:

— А всё-таки, он лопнет.

— Он не всегда такой обжора, — вступился хозяин за любимца, правда, продолжая улыбаться, — Когда я по работе ухожу, Коля часто сидит голодным, ждёт меня.

Мы какое-то время молчали. От булочек, начавших подпекаться, поплыл приятный аромат свежего теста и душистых приправ. Эльф продолжал запаковывать и относить на печь новые булочки.

— Так… вам помочь?

— Только если вы любите готовить, — подмигнул мне мужчина.

Не то чтобы я любила, но мне было как-то совестно бездельничать у такого радушного хозяина. Поэтому принялась раскатывать тесто для новых булочек. Оно, как оказалось вблизи, уже пахло, но нежно пахло, едва уловимо. Тин сам раскладывал начинку, закатывал, относил к печи на подносе.

Он кратко бросил, указав рукою на ком теста:

— Там корица, кардамон, мускатный орех.

Слепил ещё одну, поместил на противень.

— Вы, кажется, не слишком сердитесь на Сина за ту ужасную выходку? — вдруг спросил он, как бы между прочим.

— Я…

Мужчина быстро посмотрел на меня, улыбнулся мне, потом коту, чуть выждав, чтобы тот хоть немного успел натереть свой чёрный пушистый бок о его левую ногу.

Вздохнула.

Если очень честно, то да. Я никому не сказала про ту выходку Сыра, потому, что не слишком сильно из-за неё разозлилась. Да и… он же тогда переживал из-за Лэра. Подумал, что мне известно что-то о том драконе, который на него напал.

— Если вы не хотите, чтобы ему сильно досталось, я могу замолвить за него слово, — вдруг серьёзно сказал Тин, опуская освободившийся поднос на стол, — Но, разумеется, нападение на вас ему просто так с рук не сойдёт.

— Но он не хотел меня убивать!

— Тогда зачем он напал на вас? — мужчина протёр руки мокрым полотенцем, скрестил на груди. Взгляд его посерьёзнел, вновь стал цепким.

Мне стало опять не по себе от этой второй стороны Тина. Он вдруг улыбнулся.

— Ах, простите! Я, кажется, опять на вас уставился твёрдым взглядом. Простите, привычка. Рабочая. Ох, едва не упустил! — скользнул к плите, внимательно посмотрел на булочки. Метнулся к посудному шкафу, достал оттуда блюдо, большое, красивое, белое. Потом вилку с двумя зубцами. Ею подхватил, отпуская на тарелку, свежеиспечённые булочки.

Когда он так деловито и увлечённо возился на кухне, я на какое-то время начинала забывать, что передо мной воин, тем более, один из важных воинов остроухих.

— Вот, возьмите, — мужчина протянул мне блюдо с булочками, источающими волшебный запах приправ и свежей сдобы, — Присядьте в кабинете, — и улыбнулся тепло, — Не ждите меня, начинайте. Я пока присмотрю за остальными. И приготовлю нам парочку травяных отваров, — легонько подтолкнул меня в спину костяшками пальцев, — Ну же, не стесняйтесь. Я же знаю, что вы ещё не успели позавтракать.

— А вы?

— Со мной всё в порядке, — Тин подмигнул мне, — Ступайте, угощайтесь.

Запах от булочек шёл такой, что ему не хотелось, да и, кажется, невозможно было противиться.

Я уже доедала предпоследнее чудо из партии самых первых, как возле меня опустился кувшин и поднос с тремя бокалами и новым блюдом булочек, большим, с красивым узором. Вот вроде наелась, но руки сами потянулись за продолжением. Мужчина ушёл, но вскоре вернулся с новым подносом: ещё пара стеклянных кувшинов с отварами других цветов, причём, в этих кое-где плавали цветочные лепестки, а ещё ножик и блюдечко стеклянное, с двумя светло-жёлтыми фруктами, овальными, с тонкими чуть вытянутыми кончиками.

— В Жёлтом краю их называют «лимоны», — он рукой небрежно сдвинул свитки — я устроилась за маленьким столом — на самый край.

Присел в кресло рядом, нарезая незнакомый мне фрукт колечками, вместе со шкуркой — на меня повеяло свежестью и ярким чуть кислым запахом.

— Лучше всего их сок пить с этим отваром, — пододвинул ко мне кувшин с чем-то коричневым, — Его любят заваривать в Жёлтом краю.

Я напилась незнакомых и вкусных отваров — та самая лимонная мята давала вкус с кислинкой — и сыто наелась изумительно выпечкой с изумительно нежным тестом и умеренно сладкой, не приторной начинкой. Настроение приподнялось. А рука правая сама собой потянулась к очередной булочке.

— А из-за чего вы поссорились с Сином? — спросил спокойно эльф и, не глядя на меня, подхватил новую булочку, задумчиво откусил, зажмурился, смакуя вкус.

Вот вроде из воинского начальства, но с ним как-то не всегда удаётся чувствовать себя серьёзно. И вроде на допрос позвал, а вместо того поит и кормит. Или… это такая форма допроса? Мягкая? Чтобы доверилась и многое сама рассказала?