Жена на четверых (СИ) - Кожина Ксения - Страница 4

— И сколько вас в клане? — с трудом выдавила из себя сестра, видя, что мне дар речи временно отказал.

— В зависимости от клана. Самый малочисленный около сотни, — простодушно ответил нагаасур.

Теперь пошатнулась сестра. Я просто прикрыла глаза, считая до десяти, раньше это помогало.

— Нет-нет, — правильно понял он нашу реакцию. — Мать клана — это статус. Выходить за всех замуж не надо.

— Ещё и замуж, — еле слышно прошептала сестра. Мне кажется, она уже на грани обморока, что будет во время торгов и думать страшно.

— А за кого надо? — спросила, сильнее цепляясь в мужскую руку. Когтистую. Подумаешь, у обладателя этой руки длинный хвост. Главное, что он под ногами не мешается, и до воды осталось совсем чуть-чуть.

Не вовремя мужчина решил замолчать. Он и так уже напугал нас до полусмерти, и если сейчас не развеет поселившиеся в душе страхи, то мне и топиться, не нужно будет. Сердце человеческое такое слабое…

— Послушайте, — осторожно начала я подбирать слова, не зная имени.

— Рио, — подсказал он.

— Послушайте, Рио. Я понимаю, что везде есть свои повара, охранники, уборщики, счетоводы, исследователи, прочая прислуга. Простите, но точно я не знаю, как у вас тут устроено, лишь предполагаю. И я искренне надеюсь, что это большая часть клана, за которую… — сглотнула и голос предательски сел, — мне не нужно выходить замуж, а значит принимать в своей постели. Я всего лишь прошу назвать мне возможное число моих… — нет, это даже произносить вслух тяжело, — мужчин. Я так понимаю, это будет кто-то, кто стоит на вершине клана. Я права?

Сестра Елена молча уселась на землю, вытянула ноги, позволяя реке ласкать ступни.

— В клане заправляет всем правящая семья, — как послушный мальчик ответил он.

Хоть не зря нас столько лет учили общаться с горожанами и вытягивать ту информацию, которая нужна для полного обращения к богине.

— И сколько членов в такой семье?

Вроде простой вопрос, так почему Рио покраснел? Я что-то не то сказала?

— Чаще всего женщины стараются рожать как можно больше, пока здоровье позволяет.

— Чтобы родилась девочка, — подсказала я.

— Д-да, тогда она становится во главе клана, а её братья либо остаются в клане без возможности создания семьи, либо образуют новый. Чаще они уходят на заработки.

— Чтобы накопить денег и купить себе жену. Или отнять чужую, — понятливо кивнула. — Так сколько детей бывает в одной семье, Рио?

— У человеческих женщин, — он сглотнул. А я поняла, что нагаасур не просто жалеет, что он решился с нами заговорить, но и заранее знает, что ответ мне не понравится. — Три, четыре, редко когда доходит до восьми.

Ноги перестали чувствовать землю.

— А у нагаасурий до пятнадцати. Они более выносливы, — проговорил тихо, словно извиняясь.

Река была прекрасна. Через кристально чистую воду отчётливо виднелось песчаное дно. Стайки маленьких рыбок разбегались в стороны, щекоча ноги, когда я, смотря прямо перед собой и раздеваясь до нижней рубашки прямо на ходу, уверенно шагала на глубину. Сейчас мне было совершенно все равно, сколько нагаасуров спряталось в кустах, патрулируют ли они реку или же просто стоят на берегу и наблюдают за мной. Утопиться не хотелось, нет. А вот остудить голову очень. Может жаркое голубое солнце просто напекло и весь разговор мне привиделся?

Глава 2

Рывки уверенные, сильные. Волны от быстрого движения рук и ног мягко очерчивают контур тела. И не заметила, как доплыла до середины реки. Перевернулась на спину и замерла. Глупо надеяться, что мне послышалось, а правде в глаза смотреть страшновато. В свой мир не вернуться, до торгов не убежать и умирать, едва переступив порог совершеннолетия, я не планировала. Я вообще собиралась жить долго, неся свет в люди, и желательно счастливо. А тут запах у будущего весьма сомнительный.

Неужели нас столько лет учили быть чистой душой и телом лишь для того, чтобы отдать в когтистые лапы нелюдей? Но ведь девочек в храмы набирают много, а отдают всего лишь тридцать. Не повезло? Или на всё воля богини Матери? Ведь могла же она отметить меня раньше, как двух оставшихся в храме жриц. Тогда я бы уже как два года занималась с учителями отдельно в надежде, что однажды смогу стать сосудом для покровительницы. Позвать её, спросить… В воде не получится, могу на плаву не удержаться. А на суше? Привлеку внимание сестёр, подарю ложную надежду. Если бы богиня Мать хотела, то она не только забрала нас из этого мира, но и запретила бы верховному и жрицам такой обмен. Сложный замысел или я так много думаю от страха?

А может, стоит сбежать после торгов? Обратиться к покровительнице, когда сестёр не будет рядом и сбежать? Только вдруг в этом мире нет никого кроме нагаасуров, никого, кто смог бы спрятать и дать надежду. Жить, прячась в лесу или в пещере, я не смогу, не приспособлена. Но если моё тело познает мужчину, то останется ли покровительница со мной или отвернётся, как говорили учителя, как от грешницы?

Ушла с головой под воду, задерживая дыхание. Распахнула глаза, любуясь на жёлтое песчаное дно. Почти как дома. Краем глаза заметила быстро приближающийся змеиный хвост. Пришлось выныривать, чтобы не тащили за волосы к берегу, как сумасшедшую. Мало ли подумают, что решила свести счёты с жизнью. Уже на берегу, оставаясь в воде по пояс, промыла волосы руками насколько могла без мыла и шампуня. Сестры Елены не было, впрочем, как и остальных сестёр. Видимо пошла делиться добытой информацией.

Уже собралась выходить, как почувствовала сначала нагревающуюся метку, а после взгляд. Пристальный, оценивающий, какой-то голодный и до безумия жадный. На берегу только Рио, но он смотрит с затаённой болью и надеждой, в воде ещё двое, но кроме похоти ничего не чувствую. А тут… не вижу кто, но благодаря метке знаю, чувствую, кожа, словно покалывает от столь пристального внимания. Остро пожалела, что разделась, да и в принципе зашла в воду. Мокрая нижняя рубашка облепила тело по контуру, вставшие от ощутимого ветерка соски призывно торчат, да и ореола просвечивает сквозь тонкую ткань. Прикрыла грудь руками и задохнулась от накатившего желания. Оно скручивало и заставляло дрожать. Чужое, но такое жаркое.

Все закончилось резко. Метка остыла, забрав с собой все ощущения. Остался только шок и недоумение. Мои эмоции. Я знала, что отмеченные богиней могут в любой момент позвать покровительницу, и она ответит, знала, что есть незримая связь. И даже то, что видят они чуть больше, чем обычные жрицы — знала. Но до сегодняшнего дня и не думала, что знания будут приходить ко мне таким образом. И это совершенно сбивало с толку.

Из воды выходила, постоянно оборачиваясь, но так ничего и не заметила. Не успокоило. Такой интерес к моей скромной персоне пугал. Выбранное платье натягивала прямо на мокрую нижнюю рубашку, быстро, нервно. В итоге запуталась и Рио вызвался мне помочь. Согласилась, зажмурившись. Не хочу даже думать, почему мой вид вызывал у него такие чувства. Я, конечно, обещала помогать людям, но ни о каких полузмеях-полудемонах речи не шло. Успокоилась, только когда мы вернусь к шатру. Оценила бледность столпившихся в одну кучу сестёр и есть перехотела. Страшно было всем. Большинство ещё держалось, но были и те, кто еле слышно всхлипывал и шмыгал красным носом.

Взять себя в руки и нацепить фальшивое доброжелательное лицо получилось не сразу, да и не уверена, что у меня вышла действительно мягкая полуулыбка, а не застывшие искривлённые губы. Но маска дрогнула, когда к подмостку стали стекаться нагаасуры. Они располагались группами, оставляя вокруг себя небольшое пространство. Не было толкотни, как бывает у нас на рынке, когда выставляют свежий товар по скидке, не было спешки. Это были уверенные в себе и своём праве мужчины, пришедшие купить и забрать себе то, что больше понравится. К счастью, выглядели они относительно молодо. Я не знаю, что с нами случилось бы, если бы в очередь за «живым товаром» выстроились видавшие многое дряхлые старички, решившие попытать удачу напоследок.