Пять мужей для ведьмы (СИ) - Кейн Лея - Страница 20

— Моя деревня, — с ностальгической улыбкой пояснил Джард, обняв меня со спины и задышав над самым ухом. — Днем ее не видно. А по ночам я часто бываю здесь. Правее, чуть поодаль — река. В детстве я мог часами там пропадать. Чтобы мама не ругалась, я ловил несколько рыбешек, и она верила, что я был на рыбалке, а не на купании. Кстати, там утонул мой первый деревянный кораблик. До сих пор не знаю, почему. Подозреваю, брат проделал в нем дыру или привязал ко дну камень. Мы соревновались, хотели удивить отца. А левее, на опушке леса густо растут ягоды и грибы. Там всегда пропадали мои сестры. Сейчас у всех свои семьи. Родители остались одни. Только у моих братьев и сестер есть возможность их навещать.

У меня сжалось сердце. Я повернула голову и взглянула в лицо Джарда, освещаемое холодным светом.

— Одно из условий Альвиры, — добавил он.

Я почувствовала себя распоследней… той самой… Джард любил своих родных, но не мог их навещать, тринадцать лет глядя на свою родную деревню из окна этой стеклянной клетки. А я! Упорхнула от бабушки, как только на горизонте замаячила красивая жизнь, и отмазываюсь от своей старушки перечислением ей денег. Какая же я неблагодарная! Как только вернусь домой, первым делом съезжу к ней и буду слезно просить простить меня. Не хочу опомниться, когда ее не станет, и всю оставшуюся жизнь думать, как я променяла ее на деньги.

— Мне не за чем жить, ведьмочка, — шепотом произнес Джард, смотря мне в глаза. — Это не жизнь. Это му́ка.

Его руки переплелись на моем животе, и я больше не намеревалась сдерживаться. Прильнув к Джарду, я сделала то, о чем мечтала с нашей первой встречи, — поцеловала его.

Глава шестнадцатая

Джард не хотел, чтобы я испугалась или почувствовала, что меня принуждают, поэтому не торопился, но призывающе коснулся моих губ. Запрокинув руку за его шею, я дала ему понять, что хочу большего и даже готова к большему. Мои веки медленно опустились. Сладость губ и языка Джарда будоражила во мне кровь. От его вкуса, запаха и объятий у меня подкашивались колени.

Джард, не прерывая нашего нежного поцелуя, медленно развернул меня к себе и ловко вынул гребешок из моей прически. Волосы волнистыми струями рассыпались по моим плечам и спине. Джард мягко отстранился, а я еще секунду стояла неподвижно, чуть вытянув расслабленные губы. Нехотя распахнув веки, я увидела его плотоядную улыбку.

Мой опыт с мужчинами оставлял желать лучшего. В сексуальном плане я никуда не спешила. В магической академии я встречалась с одним ботаником на год старше. Мы оба были девственниками и неуклюже лишились невинности, толком не зная, что и как делать. Потом еще пару раз переспали, считая себя профи во всех любовных утехах, но меня отчислили, и мы больше не виделись. Почему-то ни у кого из нас не возникло мысли обменяться телефонами, адресами, электронной почтой. Сейчас я понимаю, что мы выгорели и разонравились друг другу, не решаясь в этом признаться. С тех пор своим ухажерам я давала от ворот поворот после их первого букета. Пусть их было немного, но были. Никто из них не вызывал у меня и малейшего интереса. А Джард сразил меня с первого взгляда.

— Я показал тебе это, чтобы ты хоть немного знала, какой я человек, — произнес он. — Ты ничего не изменишь. Принятые тобой реформы аннулируются Альвирой, а Крурот и Хишика будут наказаны за пособничество. Но кое-что ты можешь сделать. Ты можешь осчастливить меня одной-единственной ночью. Дать мне почувствовать себя живым. Уставшие от скучного однообразия придворные до самого утра будут развлекаться. Никто не кинется на наши поиски. А Матиас нас не найдет. Они не знают, что я бываю здесь.

Сколько мужчин предлагало мне ни к чему не обязывающий секс, но с такой теплотой и любовью не говорил никто! Джард хватался за меня, как за возможность познать счастье. Не думаю, что за тринадцать лет вокруг него не крутились другие девушки. Но уверена, им он ничего подобного не предлагал. Джард ничего от меня не требовал, ничего не обещал, потому что знал, как хрупка наша связь, не подкупал меня. Несколькими жестами он рассказал о себе содержательнее любого досье, чтобы я знала о нем достаточно и лично приняла решение.

Он резко склонился к моему уху и, крепче обнимая меня за талию, прошептал:

— Я не могу взять тебя силой. Мне не понаслышке знакома неволя. Но ведь я не безразличен тебе, ведьмочка. — Джард легонько поцеловал мочку моего уха. — Я мог очаровать любую придворную служанку, чтобы выпустить пар. Противны нежеланные женщины. Тошнит. Хочу любимую…

«Любимую!»

Я качнулась от нахлынувшего возбуждения. Даже если Джард играл со мной в «Кошки-Мышки», я была согласна принять участие в этом коварстве. Мне не понадобилось говорить. Я вновь позволила ему поцеловать себя, чем дала положительный ответ, мысленно крича: «Да, Джард! Возьми меня и ни в чем себя не ограничивай!»

Наш нежный поцелуй постепенно перерастал в более страстный. Ладони Джарда исследовали мою талию, спину и грудь. Надеюсь, корсет платья тоже остался доволен. В порыве чувств Джард начал наступать, пока не придавил меня спиной к стеклянной стене. Я слегка ударилась затылком и улыбнулась. Джард погладил меня по голове и прошептал:

— Тише-тише, малышка. Не буйствуй. Рано.

Скользнув ладонью по моему позвоночнику, Джард потянул за шнурок и умело ослабил корсет. Но дышать легче не стало. Мои легкие пылали. Платье с меня не упало, как это бывает в кино. Не будем забывать, что оно с рукавами.

Джард снова поцеловал мои губы и плавно опустился к шее. Зубами захватив уголок платка, он развязал его и отшвырнул в сторону, затем, целуя ключицу, принялся неторопливо стягивать с плеч рукава платья. Я взрывалась мелкими разрядами от каждого его движения. Он губами вернулся к губам, а пальцами стал перебирать ткань юбок на моем бедре. Когда они задрались выше колена, Джард подхватил мою ногу и запрокинул ее за себя. Пламенно целуя меня, он ладонью скользил все дальше, добираясь до… О том, что я без белья, я вспомнила, когда он ненадолго замер.

— Ах ты, шалунья! — улыбнулся он, заглянув в мои широко распахнутые от легкого испуга глаза.

Его взгляд, хмельной от предвкушения экстаза, намекнул на нечто азартное. Не мешкая, Джард с силой сорвал с меня платье, крапивным хлыстом, опалившее мою кожу, и опустился на колени. Уверенно закинув одну мою ногу на свое плечо, он бархатистыми поцелуями прошелся по моему животу, спускаясь все ниже и языком рисуя мокрые дорожки. А вот до такого, я думала, дорасту годам к сорока, не раньше! Не зная, куда деться от стыда, я едва подумала выброситься из открытого проема, как губы Джарда коснулись моей промежности. Сначала почти невесомо, потом увереннее, настойчивее. Джард будто пробовал меня на вкус, смакуя и наслаждаясь. А я с трудом сдерживала крик, сжимая челюсти и рыча сквозь них. Умом понимала, что лучше расслабиться и подгонять любовника тонкими стонами, но тело все решало за меня. Имитировать удовольствие не получалось. Получалось выражать истинные чувства.

То, что языком и губами Джард вытворял с моими складочками и заветной горошиной, не только сводило меня с ума, но и зарождало уверенность в себе. Я старалась не думать, проделывал ли он то же самое с Альвирой. Я наслаждалась тем, что он дарил именно мне. Лаская, посасывая, покусывая и потягивая, Джард вынуждал меня выгибаться и, запустив пальцы в его мягкие волосы, подталкивать его навстречу череде моих конвульсий.

Когда я вскрикнула от приближающегося оргазма, Джард остановился. Сволочь! Не дал мне кончить! Он встал, выпрямился, подхватил меня на руки и перенес в другую часть террасы — туда, где на полу лежал его камзол. Аккуратно положив меня на него, он принялся медленно раздеваться. Глядя на обнаженную меня непростительно порочным взглядом, он буквально душил меня трепетом грядущего блаженства. Неторопливо снял шейный платок и жилет на завязках, еще медленней расстегнул широкий ремень-пояс и отбросил его в сторону. Ослабил верхние пуговицы рубашки и, закинув руку за голову, в кулак сжал ткань. Стянув рубашку через голову, он ловко вылез из сапогов и взялся за брюки. Зачарованным взглядом пройдясь по его скульптурному телосложению — упругим, рельефным рукам, груди и животу, — я замерла. Мне хотелось смотреть, и в то же время я была неподдельно смущена. А в глазах будто спички.