Арма (СИ) - Годына Виталий - Страница 38

— Это же Саргон Церебрум, один из числа…

Мирана заботливо прикрыла приятелю раззявленный от удивления рот. В этот момент между высокими колоннами показались Герц и Антия — оба в подозрительно приподнятом настроении.

— Чего такие радостные? — поинтересовался Люмийский.

— Как оказалось, не я одна ненавижу танцы. Вот, Герц составил мне компанию, — сказала подруга. — К тому же, он предложил одну интересную игру, после которой я себя чувствую более… окрыленной что ли…

— Или чересчур пьяной, — отметила подруга.

— Так, не пугайтесь, — успокоил мечник. — Правила очень просты. Говорите по очереди два факта из своей жизни: один лживый, другой правдивый. Кто не распознал, где истина, выпивает треть пойла в своем кубке. Идет?

Мироэн и Мирана покосились друг на друга и неохотно согласились. Вечер только начинался.

— Ты первый, — компания дала право начать игру тому, кто её предложил.

— Хм-м-м… — промычал Герц. — «Меня едва не казнили за то, что я переспал с одной корвельской принцессой» или же «я нашел свой клинок на дне реки Литнайф».

Девушки сочли первый факт лживым, в то время как Мироэн проголосовал наоборот. Кому, как не ему, знать, какой его друг бабник.

— Пейте, дамы, пейте, — сказал он, после чего Мирана и Антия сделали по несколько глотков вина.

— Ладно, давайте теперь я, — начала брюнетка. — М-м-м… «Я сирота» или же «была влюблена в школьного учителя».

Люмийский и его товарищ не поверили в то, что такая воспитанная девушка росла без родителей, но они ошиблись. Подруга пить не стала, так как знала все её секреты.

— Теперь ты, — подначивал чародейку Герц.

Мирана задумчиво посмотрела в дальний угол зала, пытаясь придумать нечто такое, что не смогла бы отгадать даже Антия.

— «Я не люблю единорогов» или «мой парень бросил меня потому, что я уделяла ему мало времени»?

Все трое посчитали, что первый факт более правдоподобен, нежели второй. Но, когда рунная волшебница сказала правду, друзья обомлели.

— Ага, и почему это я ничего не знаю об этом? — возмутилась Антия.

— Как-нибудь потом расскажу, — ответила подруга, радуясь удавшейся шалости.

— Твоя очередь, Миро, — несвязно произнес Герц.

Люмийский был достаточно пьян, чтобы разбавить нудный диалог чем-то поистине интересным и острым.

— Тогда так… «Я убил своих родителей» или же «обладаю одним из самых могущественных клинков на континенте»?

Слова возымели обратный эффект. Этот вопрос настолько загнал ребят в ступор, что они были готовы выпить за просто так, лишь бы не делать выбор. Когда девушки сказали, что им нужно отойти по своим делам, Мироэну стало стыдно. Он опустошил кубок с пойлом и прислонился к мраморному столбу, размышляя о том, что сделал не так.

— Поздравляю, ты испортил игру, — упрекнул его мечник.

— Спасибо, утешил, — сухо ответил приятель.

— Как-то здесь все равно скучно. К тому же, ты обманщик. Мне кажется, или здесь только мы участники фестиваля?

— Ну-у-у, я знаю многих из них. Вон там, возле окна, воркочут члены местного семейства, Ильдан и Римма Кельдос. Пара, танцующая прямо перед музыкантами, — это Фригольд Тэрн и Мелена Редхарт. Мадам, одетая в короткое платье, — это Симифена Рюльская, актриса рахасского театра, а за её спиной стоит… Эй, ты вообще слушаешь?..

Герой несколько раз провел рукой перед застывшей в изумлении рожей товарища и понял, что тот засмотрелся на кого-то весьма необычного. Среди всех барышень, принарядившихся в пышные платья и проливших на себя не один флакон духов, внимание Герца было приковано лишь к одной.

Высокая, стройная и отреченная ото всех. Её светло-лазурные глаза устало и холодно наблюдали за пиршеством, а тонкие брови заметно хмурились всякий раз, когда она злилась или делала замечания чересчур шумным гостям. Доспех из черной кожи, разбавленный кроваво-алыми стальными вставками, обтягивающие штаны и сапоги на невысоком каблуке. Герца привлекали её густые смольные волосы, собранные в конский хвост, и то, как на бледном, округлом лице порой проступает едва заметный румянец. В незнакомке было еще кое-что, о чем бы он не стал говорить даже с ножом у горла.

Возможно, он один чувствовал, насколько ей некомфортно здесь находиться; что все эти светские рауты чужды ей точно так же, как и ему. Но девушку обязывал долг — священная клятва, данная обществу, коему она посвятила жизнь.

— Что это за символ? — серые глаза пристально вглядывались в изображение на нагруднике.

— А, это? «Инквизиция святого Игния». Братство, существовавшее задолго до того, как появились кланы, гильдии и ордены. О нем мало что известно, кроме названия. Ни правил, ни внутренних порядков. Знаю, что туда абы кого не берут. Пока тебя не было, я понаблюдал за дворцом и понял, что члены этого общества приглашены на бал в качестве охранников. Как знать, возможно и на самом фестивале они тоже будут… Эй, ты что, опять залип?..

Он пнул бродягу по ноге.

— Интересно… — столь жадной улыбки герой доныне не показывал.

Приятель решил утолить жажду Герца к приключениям и припомнил старое доброе развлечение, последствия которого могли оказаться непредсказуемыми.

— Видишь вон того мужчину? Одного из менестрелей.

— Ну?

— Спорим, что ты не попадешь куриной косточкой ему в бороду? — с азартом сказал Мироэн.

Как и ожидалось, слова принца задели его за живое. Бродяга молча взял со стола объедок, хорошенько прицелился и, выждав момент, метнул его. Снаряд пролетел ровно над головами гостей и застрял в густых рыжих волосах музыканта. Тот, в свою очередь, подскочил на стульчике и, откинув инструмент, принялся прихорашиваться.

Парни негромко захохотали.

— Я понял, к чему ты клонишь, — успокоившись, молвил Герц. — Тогда, коль ты у нас такой манерный… Возьми пучок зелени и хорошенько прожуй. Когда поймешь, что она застряла меж зубов, подойди к той пожилой красотке, улыбнись и предложи ей помассировать пятки.

Глаза парня стали крупнее двух серебряников. Чтобы набраться смелости, ему пришлось выпить что-то покрепче вина. Выполнив первое условие, он подошел к женщине и негромко закашлял, обращая на себя внимание. Незнакомка в роскошном платье и с небольшим веером в руках прервала диалог с купцом и обернулась.

— Кхм, мадам… Вы весь вечер на высоком каблуке… А эта обувь, говорят, такая неудобная… Не против, если я облегчу ваши страдания и сделаю массаж ступней?..

Скулистое лицо сохраняло серьезность и молчание ровно тех пор, пока его не наградили пощечиной. Герц, поедавший в этот момент сухой хлебец, едва не подавился от хохота.

— Ненавижу тебя, идиота кусок, — заливаясь смехом, заявил обесчещенный принц.

Ритмичные мелодии утомили гостей, многие из них уже натанцевались. Когда музыка стала тихой, плавной и спокойной, в голове Мироэна созрел план отмщения.

— Слабо подойти к той девушке, на которую ты весь вечер пялился, и предложить потанцевать?

Гордыню Герца задели дважды за вечер. Он не хотел проигрывать в жарком состязании, и в то же время что-то сковывало его в действиях. Мечник не хотел докучать ей, мозолить глаза своей пьяной физиономией и резать слух неразборчивой речью. Однако, как только Мироэн растянул губы, вложив в улыбку все свое высокомерие, приятель ругнулся и ушел выполнять задание.

Приспешница инквизиции продолжала стоять одна, мечтая о том, чтобы бал поскорее закончился. Чего таить: она была готова сама устроить драку, дабы развеять уныние, нависшее над ней с начала вечера. Когда же в поле зрения попал Герц, намеренно идущий к ней на встречу, в глубине души зажглась искра надежды.

— Эй, девушка. Потанцевать не хотите? — ничего не утаивая спросил бродяга.

— Нет, спасибо, — разочарованно ответила она и ушла в другой конец зала.

Герой пожал плечами и вернулся отчитываться Мироэну.

— Ну что? — спросил тот.

— Отказала, — сухо изрек друг.

— Выходит, ты проиграл?

— Э-э-э нет, братец. Ты как сказал? «Пригласи её на танец», а не «потанцуй с ней». Правильно формулируй то, что говоришь.