Жена напоказ (СИ) - Счастная Елена - Страница 53

Гнев Первородных! А ведь месье дознаватель точно порождение Бездны, как и его пёс!

Иного источника его прозорливости я никак не могла придумать. Как и другого мужчины, кто ещё мог провернуть всё это.

Ведь на руках у меня было заключение по исследованию ауры Перетта. Где ясно говорилось о том, что никаких заклинаний, которые могли бы навредить Фабрису, им просто не могли быть использованы.

Подобная глубина расследования не доступна обычным сыскарям жандармерии. И их чтецам аур тоже. И вряд ли она доступна Ксавье, как это ни прискорбно.

Но теперь я лично и во всех подробностях могла изучить приложенные к письму копии документов. Схемы, формулы заклинаний, ровные строчки сделанных на их основе выводов. Не такая уж Перетт значительная личность, чтобы его делом занимался сам королевский дознаватель. Но он всё же занялся — и поэтому сейчас меня одолевали очень смешанные чувства.

Зачем? Неужели лишь из непобедимой жажды справедливости Ренельд де Ламьер обременил себя посторонними хлопотами? Что вообще творится в его наполненной сразу сотней задач голове? И как только она не разрывается на части!

Моя, например, уже была опасно близка к этому.

Но пришлось заставить её ещё немного потерпеть. И ненадолго отложить крайне любопытные документы.

Мы с Ивлиной снова наведались на виноградник. Почти до самого вечера топтали слегка заболоченный берег пруда, из которого с помощью особо устроенных каналов вода попадала к заражённым лозам. Изгвазданные в глине, с сырыми подолами, чуть съехавшими набекрень шляпками и полной сумкой образцов мы вернулись в имение, весьма довольные результатами.

Заходить в дом не стали. Вечер был поразительно прекрасен: тёплый, тихий, наполненный трелями цикад, что просто сходили с ума в ветвях мандариновых деревьев. Усаживаясь в плетёное кресло на террасе, я вяло подумала о том, что пора бы обработать сад от насекомых, не то этих певучих мух разведётся слишком много.

— Теперь я наверняка смогу расшифровать заклинание, что вредит лозам, — устало пробормотала Ивлина, вытягивая ноги. — Вода довольно сильно фонит тёмной энергией. И я даже пока не могу представить, что случилось с аурой того мага, кто всё это сотворил.

— Надеюсь, ты всё же поймёшь, — не стала я спорить. — Мне казалось, что я знаю довольно много. А теперь понимаю, что всё, чему меня учил муж, это лишь тонкая корочка на поверхности бесконечной толщи чего-то совершенно неизвестного.

Ивлина покосилась на меня, развязывая ленты шляпки.

— Кажется, вам просто надо отдохнуть, миледи. Хорошенько отдохнуть. У вас очень измотанный вид. Вы ведь собираетесь на пикник, верно?

— Что-то мне не слишком-то хочется туда ехать. Но у меня есть платье! — я воздела палец вверх. — А значит, ехать придётся.

— Да уж, это очень веская причина, — девушка рассмеялась, а затем добавила серьёзно: — Но я считаю, что вам просто нужно… Хотя бы день не копаться в земле, грязи, документах или во всех этих неприятных делах, а побыть в обществе равных себе.

— Я сейчас и так в обществе равных себе. Не думай, что я держу тебя за кого-то вроде служки. Ты вообще умнее меня.

— В чём-то, — хитровато добавила Ивлина. — Но далеко не во всём.

Мы замолчали и уже, кажется, обе начали задрёмывать, когда мадам Хибоу позвала нас ужинать.

Ивлина вновь занялась исследованиями с самого утра. А я, приведя себя в порядок, ещё долго кружила у письменного стола в кабинете, размышляя, ответить ли на письмо Ренельда де Ламьера. Выразить благодарность за заботу и потраченное время. Или смолчать? Ведь он не подписал своим именем ни один документ, что прислал.

Вообще почему я решила, что это от него?

Задумалась. Ещё раз перечитала послание: уверенный, чуть рубленый почерк, почти без наклона. Солидные росчерки заглавных букв — очень похоже на месье дознавателя.

В Бездну! Ещё не хватало поставить себя в глупое положение. Их перед де Ламьером у меня и так накопилось — не разгрести.

Желает умалчивать о своей личности — это его дело. А на пикнике можно будет выяснить всё вернее.

Глава 15

На следующий день у меня даже появилось некоторое воодушевление для поездки. Утро выдалось чуть облачным, хоть и без дождя. Потому жара пока не грозилась расплавить голову, и охлаждающий артефакт в экипаже не придётся заряжать на полную мощность.

Аби помогала мне собираться, а я вертелась под её руками, попутно стараясь сделать ещё кое-какие пометки в списке претендентов на выплаты из Фонда Д’Амран. В конце концов, первый раз встречусь с Советом без своего мужа. Даже немного волнительно!

— Миледи! — возмутилась наконец служанка. — Вы можете хоть ненадолго оставить дела? Я не могу убрать ваши волосы, как нужно!

Обычно Аби трудно было вывести из себя. Но сейчас я и правда переборщила. Ивлина ведь предупреждала меня — отдохнуть хоть один день! Потому я решительно отложила бумаги в сторону и выпрямила спину, глядя в своё отражение. Ничего такое отражение, надо сказать! Правда, глаза от всех этих тревог поблескивают чуть диковато, кожа слегка бледная, но это не страшно — я ущипнула себя за щёки.

— Миледи! — ещё от самой двери донёсся до меня восторженный голос экономки.

Я повернула голову — и Аби, кажется, тихо зарычала, упустив из пальцев пару прядей.

— Что стряслось? — спросила настороженно, оглядывая Селину, едва не приплясывала от нетерпения.

— За вами приехали.

— Надеюсь, не чёрная карета с решётчатыми окнами?

— Миледи, — укоризненно покачала головой мадам Хибоу. — За вами приехал месье де Ламьер.

Что?! Я в первый миг растерялась. А затем только поняла, о каком из братьев идёт речь. Однако мы с Ксавье о том не договаривались. И для него, думается, немалый крюк — приехать за мной, где бы он ни ночевал сегодня.

— Велите отзывать ваш экипаж? — Селина с великой надеждой и смирением сложила перед собой руки.

— Да, пожалуй.

Я встала, подхватывая со столика приготовленную шляпку и зонтик. Придётся месье де Ламьеру младшему обременить себя объяснениями. То несколько дней ни весточки, а то вдруг такая поразительная настойчивость.

Я спустилась во двор — и Ксавье, что стоял на крыльце, наблюдая, как слуги переносят некоторые мои вещи в его повозку, повернулся ко мне.

— Вы просто… — Его губы тут же растянулись в слегка ошарашенной улыбке. — Знаете, я первый раз в жизни не могу найти подходящих слов. Потому что любое из них не будет достойно вас, миледи.

— Доброе утро, месье де Ламьер, — я опустила ладонь на протянутую мне. — У меня тоже пока нет слов, которыми можно было бы выразить удивление от вашего приезда. Но мы ещё оба сможем подобрать их в дороге. Правда?

Ксавье проводил меня в лёгкий экипаж с откидным верхом — весьма и весьма дорогой, насколько я вообще в этом разбиралась. И мы покатили прочь под внимательным и полным умиления взглядом мадам Хибоу, что украдкой подсматривала за нами в окно.

Всю дорогу Ксавье рассказывал мне о том, как немало ему пришлось побегать, чтобы отыскать нужных людей, способных помочь в деле с обвинениями Перетта. Пыльные кабинеты, слишком занятые другими делами маги — как будто он обошёл без малого весь Жадин собственными ногами. А сегодня решил, что непременно должен позволить себе такую вольность: встретить меня и сопроводить на пикник лично.

— Вы же простите меня? — он улыбнулся, приподняв бровь.

— Разумеется. Это очень мило с вашей стороны.

Я кивнула, разглядывая его приятные во всех смыслах черты: гладко выбритый подбородок, выразительные скулы. Волосы, лежащие мягкими волнами. Отметила вспышку голубых искр в его глазах, когда там отразился свет из окна. И меня вдруг накрыло ощущение, что я разглядываю мраморный бюст в одной из комнат совершенно постороннего мне дома.

Пока добирались до охотничьего поместья семьи де Ламьер — а у них было и такое! — небо вновь расчистилось. Солнце залило всё раскалённым золотом. Во дворе поместья ещё было людно. Но слуги старались скорее принимать гостей и провожать их в комнаты. Кто-то приехал ещё накануне: по аллеям густого, блаженно тенистого сада прогуливались целые компании.