Вожди в законе (СИ) - Фельштинский Юрий Георгиевич - Страница 65

110. ГА РФ, ф. 1005. Стенограмма 31 дня судебного процесса. — Цит. по кн. Источник, 1993, № 2, с. 72.

111. А. Р. Гоц (1882-?) в партии эсеров с 1902 г. Учился в Берлинском университете философии, с 1907 г. — на российской каторге. После февраля 1917 г. — лидер фракции эсеров Петроградского совета, член Президиума 1-го Всероссийского съезда Советов, осудил захват власти большевиками, председатель Комитета спасения родины и революции, депутат Учредительного собрания. Весной 1918 г. вошел в военный штаб "Союза возрождения" в Петрограде. В 1920 г. арестован, в 1922 г. на суде приговорен к расстрелу, замененному ссылкой в 1925 г в Ульяновск, в 1931 г. в Семипалатинск, с 1935 г. в концлагере, в 1937 г. доставлен в Алма-Ату для допросов. В мае 1937 г в Алма-Ате был обвинен в том, что вместе с М. И. Либер-Гольдманом и С. О. Ежовым-Цедербаумом пытался в 1935 г. "создать единую социалистическую антисоветскую партию". По всей вероятности, тогда же, в 1937 г. расстрелян. По другой версии умер в Красноярском лагере 4 августа 1940 г. (Минувшее. М., 1992, т. 7, с. 201–202).

112. Орлов. Источник, 1993, № 2, с. 72.

113. Фанни Каплан. Или кто стрелял в Ленина? с. 19.

114. Г. Семенов (Васильев). Военная и боевая работа партии социалистов-революционеров за 1917–1918 г.г. Берлин 1922. Цена 12 марок. 44 стр.

115. Он же, Государственное издательство, Москва, 1922.

116. Этот документ получил название "Доклад Л. В. Коноплевой в ЦК РКП(б)". Понятно, что арестованный эсер-боевик не мог делать "доклад" ЦК РКП(б). Арестант мог давать показания в ВЧК. Доклад в ЦК мог делать только свой. Правда, показания в ВЧК Коноплева тоже давала, но это уже для процесса.

117. См. Костин. Суд над террором, с. 10.

118. См. там же, с. 11–12.

119. Там же, с. 11–12.

120. Галина Серебрякова. Моей дочери Зоре о ее отце. Публ. З. Л. Серебряковой. — ж-л. Родина, 1989, № 6, с. 31.

121. Там же, с. 31.

122. Там же.

123. Там же, с. 32.

124. Там же, с. 33.

125. Тополянский. Кто стрелял в Ленина?

126. Там же.

127. Две пули для Ленина и обе разные.

128. Литвин. В Ленина "стрелял" Дзержинский? Обращает на себя внимание отсутствие статей в "Известиях" и "Правде", посвященных годовщинам покушения на Ленина в августе 1919, 1920 и последующих лет. Единственная найденная нами на эту тему статья, написанная Илларионом Вардиным — "Три отклика на выстрелы в т. Ленина", опубликованная в "Правде" 31 августа 1919 года, может читаться разве что как издевательство. Пересказывая чужие мнения, меньшевистское и эсеровское, Вардин пишет:

"Поднявший меч, от меча и погибнет. […] Эта житейская шутка, находившая себе подтверждение на всем долгом пути человеческой истории, и поныне царствует над жизнью. Светлый разумом итальянский мудрец Леонардо Да-Винчи неотступно помнил ее, все явления жизни оценивал по закону: угол падения равен углу отражения. И то, что сообщила в субботу лаконичная радиотелеграмма Свердлова — Ленин ранен, положение его безнадежно — это новое подтверждение старой истины. Тот, кто мыслил укрепить в жизни свои идеи, свои желания, свои идеалы насилием и кровью, штыком, пушкой, пулеметом — неизбежно должен был погибнуть от насилия и погиб" (Вардин ссылается на ежедневную казанскую газету меньшевиков "Рабочее дело" от 3 сентября 1918 г., передавицу, без подписи). Кто эти двое, стрелявшие в главу "рабоче-крестьянской" власти, мы не знаем, но потому, что акт произошел после рабочего собрания, можно предположить, что и Ленин и Володарский, покаран рабочими. Во всяком случае это "дело демократических кругов"'' (Вардин ссылается на статью "Не месть, а наказание", опубликованную в самарской газете эсеров "Земля и воля" за подписью "К…", без указания даты).

129. Правда, 15 декабря 1923, № 285; 16 декабря 1923, № 286; Правда, 3 января 1924, № 2; Бюллетень оппозиции, апрель 1938, № 65, с. 13–14.

130. Материалы февральско-мартовского пленума ЦК ВКП(б) 1937 г. — Вопросы истории. 1992. № 2–3, с. 27–28.

131. Большая советская энциклопедия, гл. ред. О. Ю. Шмидт, т. 36. ОГИЗ, 1938, статья "Ленин и ленинизм", с. 374.

132. Правда, 3, 9, 12 марта 1938 г. G. Katkov. The Trial of Bukharin. New York, 1969, pp. 172 — 180.

133. Источник, 1993, № 2, с. 86–87

134. Там же, с. 87.

Заговор пятый:

Был ли замешан К. Радек

в убийстве К. Либкнехта и Р. Люксембург?

Об убийстве виднейших германских революционеров Карла Либкнехта и Розы Люксембург 15 января 1919 года написаны десятки книг и проведены формальные расследования германским правительством. Казалось бы, по крайней мере в этом вопросе наведена полная ясность. Но поставим это событие в контекст германо-большевистских отношений первых революционных месяцев, и мы увидим совсем иную картину.

Устранение лидеров германской компартии было выгодно Ленину. Ленинский Брестский мир, как бы к нему ни относиться с точки зрения интересов советской России, был, безусловно, ударом в спину Либкнехту и германской революции. Заключение перемирия с кайзеровским правительством на Восточном фронте в марте 1918 года уменьшало шансы на успех коммунистического восстания в Германии, сколько бы этих шансов ни было. Понятно, что Люксембург и Либкнехт стояли за поражение своего правительства в мировой войне, точно также, как за поражение своего правительства стоял Ленин. По крайне мере с 1915 года Люксембург считала, что рабочий класс других европейских стран не имеет сил начать революцию, и поэтому поражение Германии увеличивает шансы для революционного взрыва во всей Европе. Победа немецкого империализма с его огромными аппетитами и реакционным режимом, указывала Люксембург, наоборот далеко отбросила бы назад человечество и привела бы к деморализации международного рабочего движения. "Любая военная победа" германской армии, писала Люксембург, "означает новый политический и социальный триумф реакции внутри государства".

Именно с вопросом о мире были связаны первые серьезные расхождения между Розой Люксембург и советским правительством, возглавляемым Лениным. "Ее надежды на то, что русская революцию призовет международный пролетариат к борьбе, быстро угасли, — писал Пауль Фрслих. Больше всего Роза боялась, что большевики могут игрой с немецкими дипломатами заключить опасный мир, типа, демократического мира'' без аннексий и контрибуций и добиться этим расположения германского генералитета"(1). Но ни Люксембург, ни Либкнехту в страшном сне не могло привидеться, что ленинский мир окажется многократно худшим: Ленин подпишет с германскими империалистами мир антидемократический, с аннексиями, с контрибуциями, с выгодными для германского правительства дополнительными договорами.

Разумеется, Либкнехт и Люксембург подвергли брестскую политику Ленина суровой критике, так как она противоречила интересам германской революции. С осени 1918 года эта критика становится резкой и открытой. "Теперь […] нет уже прежнего большевизма с прежними целями. Отказавшись от надежды на немедленную революцию в Европе, он ставит себе целью восстановить народное хозяйство в России на началах сочетания государственного капитализма с частнокапиталистическими и кооперативными хозяйственными формами", — писала Р. Люксембург в сентябре 1918 года в брошюре "Русская революция"(2). Брестский мир Ленина Люксембург назвала "вероломством по отношению к международному пролетариату".

Однако Люксембург не ограничилась критикой Ленина в брестском вопросе. Аграрную политику совнаркома она подвергла критике слева: "То, что делают большевики, должно работать прямопротивоположно, ибо раздел земли среди крестьян отрицает путь к социалистическим реформам". Развязанный большевиками террор и разгон Учредительного собрания — как нарушение всех демократических норм, свободы слова и свободы печати: "Терроризм доказывает лишь слабость, но направлен он против внутренних врагов… Когда придет европейская революция, русские революционеры потеряют не только поддержку, но, что еще важнее, мужество. Итак, русский террор это только выражение слабости европейского пролетариата"(3).