Последняя битва (СИ) - Сафина Айя "AyaS" - Страница 71

— Прорыв! У нас прорыв! — кричал солдат.

Последний форпост, стоявший на границе между жилой частью базы и ангаром, был повален рекой зараженных. Раздались крики, затрещали автоматные очереди, взрывались гранаты, напор огневой атаки усиливался с каждой секундой. К ангару подступало чудовище, на чьем пути осталось последнее укрепление. Я посмотрел на планшет.

Тесса.

Уже привычной тактикой она встала в дальнем конце коридора, отправляя в атаку всех своих голодных подопечных одной лишь силой мысли. К форпосту хлынула лавина зараженных, они скакали на четырех конечностях, огрызались, выли, обуянные неконтролируемой яростью, которую подогревали вирионы под влиянием мысленного приказа. Двенадцать солдат, вооруженные автоматическими винтовками решетили поток, но были неспособны с ним совладать, как невозможно остановить реку. Уже через пару минут вокруг форпоста валялись десятки мертвых синюшных тел, а рядом с ними еще теплые человеческие жертвы чудовищной войны.

Но и сейчас Тесса не позволила пировать, толпы зараженных ворвались в ангар и стали кидаться на все, что движется без разбора.

Удача резко отвернулась от людей. Сила, рожденная в недрах природы, забирала себе все, что было ей положено.

Зараженные разбегались по ангару, атакуя солдат, наспех сбившихся в разнородные отряды от трех до тридцати человек: кому повезло больше, кому меньше. Фонтаны крови вознеслись в воздух, душераздирающие крики раздавались отовсюду.

— Аллах Акбар! — воскликнул Аль-Махди, наблюдая за тем, как погибает его детище. — Почему они так быстро прорвались?

В его голове не укладывалось, что зараженные умеют планировать и думать наперед. Большая часть базы оставалась нетронутой, потому что вирус в теле Тесс вел свою армию точно к ангару — в сердцевину противостояния, в обитель отваги и сопротивления человека. Туда, где был Триггер. Вирус разберется с самыми опасными особями человечества, а потом уже разделается с запертым в отсеках беззащитным населением. Чудным образом сегодня повезло не тем, кто добрался до эвакуационных автобусов первым. А тем, кто верил, что их бросили, что удача отвернулась от них и что смерть идет за ними по пятам.

Тут группа зараженных напала на отряд солдат, прикрывавших Аль-Махди. Их загнали в угол и теперь безжалостно рубили на части. Аль-Махди так и замер не в силах поверить, что все, кого он любил, воспитывал, защищал, только что стали забойным скотом прямо на его глазах. Брызги крови окропили его зеленый мундир, опали каплями на лицо. От напавшего шока он даже не мог пошевелиться, готовый в таком оцепенении встретить свою смерть.

Шестеро зараженных сели прямо перед ним, готовые прыгнуть и растерзать. Покрытые кровью и остатками человеческих внутренностей, такие похожие на людей, но в то же время такие далекие от них своей сутью. Они скалились, голодно рычали, замахивались длинными когтями на Генерала, но не атаковали. А потом и вовсе расступились.

Фигура в белом тактическом костюме, пропитавшимся кровью, медленно прошла мимо скалившихся чудовищ и остановилась точно перед Аль-Махди.

Он видел ее на экране. Та, что обещала Триггеру смерть. Она махнула рукой, и зараженные, точно ее дрессированные псы, накинулись на убитых минуту назад солдат и стали рвать их тела, высушивая насухо. Теперь-то Аль-Махди понял, насколько нетипичным было их поведение: обычно зараженные не бросали убитую добычу, а тут же насыщались ею. Эти же зараженные точно действовали по приказу женщины: пировали, когда она разрешала, убивали, когда она велела.

— Аллах Акбар… — прошептал Генерал, узрев мощь врага и жалея о том, что не узрел ее раньше.

Жалея о том, что не договорился с ней, когда она предлагала мирное разрешение проблемы.

— Бо-о-о-о-охххххх? — просипела она.

Ее окровавленный рот оскалился в подобии улыбки.

— Я вашшшшш бо-о-оххххх…

Она протянула руку к нему, Аль-Махди оступился и уткнулся спиной в стену. Женщина же насмешливо сорвала с него генеральские нашивки, обозначая свою победу. А потом схватила за горло и вознесла в воздух одной рукой. Женщина тоже была близка к человеку по внешности, но в то же время ее сила и кровожадность делали ее далекой от него. Она покрутила задыхающегося Генерала, словно проверяя качество мясца на свету, а потом вгрызлась в его шею.

В переговорном устройстве Падальщиков раздались первые тревожные голоса:

— Что это?

— Это транспортники?

— Им удалось прорваться!

— Триггер внутри?

— Он там?

— Да ни черта не видно, кто там за броней!

— Если там Триггер, это конец!

— Все напрасно!

И вдруг из динамика раздался резкий девчачий визг, разрывающий ушные перепонки остротой децибел:

— Тесса-а-а-а-а-а-а-а!

Это визжал Фунчоза.

— Тесса-а-а-а-а-а! Транспортники-и-и-и-и!

Я даже вынул наушник из уха, чтобы не оглохнуть от этого хриплого писка.

И вроде Фунчоза всегда был психом, но странным образом его идеи срабатывали в девяноста случаях из ста. И этот тоже можно положить в его копилку.

Тесса посмотрела в сторону распахнутых настежь ворот, где-то там вдалеке она видела Падальщиков, слышала их зов. Она отбросила труп Аль-Махди своим зверятам, которые тотчас же допили все, что в нем осталось, а потом встала точно посреди ангара, вперив взгляд в стремительно отдаляющихся два черных бронетранспортника. Этот взгляд исподлобья я уже знал: она подключалась к своим детям, видела их глазами, чуяла их носами, слушала их ушами. Мысленно она переносилась за сотни метров от своего местоположения, чтобы подключиться к бесконечному количеству зараженных мозгов.

Я задержал дыхание.

На радаре отразилось что-то невероятное: полчища зараженных на поле перед горой объединились в две плотные группы, возможно в каждой по несколько сотен особей, и эти две лавины устремились точно к бронетранспортникам. Стремительные потоки накрыли оба автобуса как пожирающее цунами, перевернули их пару раз, словно они были игрушечными. Метал скрежетал, выл, люди, запертые внутри, кричали и рыдали. Из щелей в окнах высунулись автоматные дула — отчаянный жест. Автоматный отпор был бесполезен перед стеной в сотни мускулистых тел, обузданных жаждой и назойливым приказом.

— Посылки под ударом! Повторяю: посылки атакованы! — кричал Джамаль. — Амир, где ты?

Гигантские Стражи под предводительством первого помощника Аль-Махди бежали на помощь автобусам. Зенитные пулеметы на плечах экзоскелетов яростно набросились на зараженную биомассу, облепившую автобусы, как голодные комары. Обстрел снимал зараженных с автобусов слоями, но с противоположной стороны неиссякаемый поток особей подпитывал атаку новым пушечным мясом. Зараженные набрасывались на автобусы, сменяя погибших собратьев, и продолжали долбить в бронированные борта, стекла, пытаясь добраться до аппетитной визжащей начинки.

На помощь Стражам поспевали танки, разворачивая башни и турели, послышались размеренные гулкие удары гранатомета, метавшего в зараженную кучу снаряды, которые разрывались в самой гуще синевато-белесых тел, отчего зараженные свирепели еще больше.

Противостояние накалялось. В оборонительной стене возникли бреши, зараженные все чаще прорывались к ангару с поля.

— Не сходить с позиций!

— Держать строй!

Солдаты кричали друг на друга, но все чаще терялись, выполняя приказы. Построение дивизионов потеряло четкость, оборонительных задачи было слишком много.

Скоординированная атака истощала контролирующую особь. Тесса слабела на глазах: кожа побелела, на лице проступили крупные капли пота, белки глаз вспыхнули красной паутиной разорванных капилляров, она как будто даже похудела и осунулась всего за пять минут.

В какой-то момент особь больше не могла контролировать сотни мозгов одновременно и прервала связь. Орда зараженных, облепивших автобусы, распалась, как будто потеряла связующую их смолу. Один за другим они отпадали от автобусов, как падающие листья по осени. Но атака возымела эффект: борта транспортников были пробиты в нескольких местах, изнутри вырвался лакомый аромат, а потому и без контроля идеальной особи зараженные вновь накинулись на автобусы, пусть и без прежнего единства.