Тени Рентиана (СИ) - Канра Дана - Страница 49

49

— Здравствуйте, Ваше Величество, — сказала Мия вполголоса, впервые за долгое время, испытывая легкую неуверенность. Страшно было сказать что-то лишнее человеку, скоропостижно потерявшему супругу, и поэтому она около минуты молчала, собираясь с мыслями. — Мы явились сюда по вашему зову, чтобы выразить искренние соболезнования.

И сердце сразу же сдавила ледяная ладонь — Мия вспомнила о родителях, которых ей никогда прежде не доводилось знать. Живы ли они, неизвестно, как и о родителях Эдит. Их взрастили томиранцы, и теперь предстояло служить до последнего, не отступая ни перед какими трудностями — ах, как жаль, что не забыть про смешливую и смелую марентийку Раймонду Вион, с которой пришлось стать врагами.

− Здравствуйте, Ваше Величество, − быстро поклонилась Эдит Листон, приложив ладонь к груди.

− Я рад видеть вас, дорогие вирнеты, − вымученно улыбнулся король. — Прошу садиться.

Мия осторожно опустилась на краешек обитого бархатом стула; ей было неуютно из-за гнетущей атмосферы и некстати вспомнилось обращение «фемита». Ей было жалко королеву Меган Алисон, которая на момент их отбытия в Маренто пребывала во здравии и хорошем расположении духа, и теперь у девушки нестерпимо ныла душа от мысли, что от нее ничего бы не зависело, останься она в стране. Ее Величество заболела и скоропостижно скончалась, не оставив дочери. В Томиране у дворян право первородства, а из многочисленного потомства правящих супругов остался только сын, Кей Алисон. Его женили на красавице Авалайн из княжеского рода, и половина страны, вероятно, надеялась, что следующим ребенком будет девочка. Это могло бы дать робкую надежду на прекращение в дальнейшем затяжной войны.

Но время шло, а известия о беременности принцессы не появлялось.

Также Мия знала, что более воинственно настроенные томиранцы желали рождения у супружеской четы мальчика. В Томиране немало было тех, кто желал наступления власти патриархата — чтобы окончательно сбить спесь с зазнавшихся томиранок. Раньше она не обращала на это внимания, а сейчас при мысли о подобном стало грустно. Но разве может Мия, обычная гвардейка и шпионка повлиять на неразумные людские умы?

Она поймала себя на мысли, что тоже желает наступления мира в разбитой надвое стране.

− Я благодарю вас, дорогие вирнеты, − горестно сказал король, − за вашу достойно выполненную службу. Бумаги, которые вы смогли добыть и прислать мне через третьих лиц, бесценны. К сожалении, генералесса Вион осталась в живых и присланный мною наемник не помог.

− Как и я, − осмелела Мия.

− Нет нужды тревожиться, моя дорогая, вы все сделали верно и ловко. Смерть герцогини Вион и ее дражайшей тетушки была бы приятным дополнением, но не необходимостью. Они не представляют для Томирана чересчур серьезной угрозы, − Его Величество поправил белоснежный парик. — Но обстоятельства таковы, что вам будет отдан новый приказ.

− Не связанный с Маренто, Ваше Величество? — спросила с прохладной вежливостью Эдит, склонив голову.

− Никоим образом. То, что вам предстоит, связано с королевской семьей. Видите ли, − король смущенно кашлянул, − дело касается некой особы, являющейся младшей родственницей моей безвременно почившей супруги. Ее зовут Джейн Кантер, она — графиня в западных землях Кантершир, и едва узнав о смерти своей двоюродной тети, обвинила в этом членов королевской семьи и придворных. Но этого строптивице оказалось мало — она подняла бунт и требует, чтобы ей дали возможность присоединить свои земли к Маренто.

− Но ведь это же государственная измена, Ваше Величество? — поинтересовалась Эдит самым равнодушным тоном.

− Именно, вирнета. Тем не менее, я не хочу посылать своих солдат для подавления ее упрямства, а потом устраивать показательные казни и иже с ними. Я уже немолод, и не хочу, чтобы мой сын прославился детищем тирана. Эту гордячку следует устранить тихо и без лишнего шума.

Мие показалось, что в ее груди появился колотый лед и ранит холодными острыми гранями сердце.

− Каким образом, Ваше Величество? — с трудом выдавила она из себя глухим надтреснутым голосом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

− Словом или ядом, − развел руками король. — В зависимости от ее сговорчивости.

Что-то внутри у Мии оборвалось, и она посмотрела на подругу, а та послала быстрый и колючий взгляд ей. Услышанное не понравилось и Эдит, но обсуждать королевские приказы нельзя, тем более простолюдинкам. Особенно простолюдинками, чудом Великой Матери пробившиеся в гвардейки и шпионки. А теперь еще и наемницы… Думать об убийстве незнакомой графини казалось невыносимым, и она сразу решила отказаться от идеи про яд. Пусть будут либо слова, либо дуэль, на худой конец сойдет и кинжал в грудь, а травить человека, даже не являющимся твоим врагом — нелепо, подло и страшно.

Опередив подругу, Эдит медленно встала со стула и грациозно поклонилась. Милые улыбки и притворство — конек вирнеты Листон, впрочем, сейчас это даже к лучшему.

− Служу Томирану.

− Служу Томирану.

Выйдя из дворца, Мия чувствовала себя еще более неуверенно и подавленно, словно по каким-то причинам не смогла заступиться за беззащитного человека, пострадавшего от рук разбойников. На душе было мутно, и скребли кошки, а Эдит, судя по ее унылому молчанию, было не легче. Но следовало забраться в седло и ехать прочь, забыв обо всех печалях и тоске. Они успешно добрались до казармы, хотя в пути хлынул дождь и обе девушки промокли до нитки.

До следующего утра Эдит продолжала задумчиво молчать, а потом задала один-единственный вопрос:

− Как ты думаешь, где лучше обзавестись ядом?

− В аптеке, − осторожно ответила Мия, ненавидя себя за поддержание скользкой темы, − но я не хочу так подло убивать человека. Даже если она мятежница.

− Брось, ты уже убивала.

− Кинжалом.

− Но ребенка.

− Хватит! — Мия сглотнула подступившую к горлу злобу. — Нет смысла рассуждать, кто как нападал. Яд — оружие подлецов.

− Пусть так, но если мы будем размахивать кинжалами и клинками в Кантершире, нас сразу же схватят и отправят на виселицу — кормить ворон.

Мия вздохнула и замолчала, не желая больше спорить. Ее пугала холодность прежде улыбчивой подруги, беспокоило понимание того, что Эдит очень сильно изменилась за время их разлуки. Честна ли она с ней или скрывает некую важную тайну, которую не в силах раскрыть? А может быть кардиналисса, эта престарелая интриганка, повлияла на нее, и теперь бедняга Эдит терзается угрызениями совести? Но тогда она не предложила бы дерзко сбежать на лошадях Вион и Матье…

Сборы шли неделю — до Кантершира путь неблизкий. Западный старинный замок располагался неподалеку от берегов Океана Стихий, и был окружен лесами, за которыми начинались Сизые горы. Эту местность Томирана девушки не знали, как и в общем-то большую ее часть кроме столицы, и поэтому Мия Мелтон понимала, что рассчитывать придется разве что на себя и на доброту встречающихся на пути людей.

Еще четыре дня они выжидали, пока перестанут лить дожди и немного просохнет дорога, чтобы не увязали в жидкой грязи ноги лошадей, и вот, наконец, судьба бросила перед ними широкую серую ленту пути. Предстояло ехать в неизвестность, дрожа от холода поздней осени, кутаясь в теплый плащ, накинутый поверх мундира. Когда остались позади городские предместья, по обе стороны дороги потянулся редкий лес, иногда сменяемый рядами покосившихся домишек. Унылое зрелище — как и всегда осенью.

Наверное, когда начнется зима, будет не так противно.

Мия со злостью повернула лошадь направо, сворачивая следом за Эдит, теперь им предстояло ехать вперед, никуда не съезжая, если верить взятой с собой карте. Если попадутся на пути таверны или гостиницы — отлично, а нет — придется обойтись припасами, лежащими в седельных сумах. И когда Мия Мелтон перестала думать о плохом, Эдит внезапно ее огорошила.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Поравнявшись с подругой, она окликнула ее.

− Да? — вынырнула Мия из навалившихся на нее враз тяжелых мыслей.

− Мне кажется, что за нами следят. Возможно, даже тихая погоня.