Избавление - Дики Джеймс - Страница 60

Ко мне подошел шериф Буллард.

– Похоже, что на сегодня придется заканчивать. Становится слишком темно.

Я кивнул и встал.

– Вы со своим приятелем останетесь на ночь в Эйнтри?

– Наверное, – сказал я. – Мы все еще не оправились полностью. И я хочу побыть пока недалеко от Льюиса. Надо заехать в больницу, узнать, как он там. У него очень сложный перелом.

– Не повезло ему, – согласился шериф. – Доктор сказал, что хуже переломов ему не доводилось видеть.

– Мы остановились в «Биддифорде». А, ну, вы и так это знаете.

– Ага, знаю. Мы вернемся сюда завтра утром. Вы можете поехать с нами, но это не обязательно.

– Не вижу причин, зачем нам сюда еще приезжать, – сказал я. – Если тело не здесь, то я не знаю, где оно может быть. Скорее всего, где-то ниже по течению.

– Мы поищем немного и вверх по течению.

– Не имеет смысла, – сказал я. – Но конечно, делайте все, что считаете нужным. И если там вы найдете каких-нибудь утопленников, то среди них не будет Дрю. Он утонул где-то здесь, и если вам все-таки удастся найти его, то только вниз по течению.

– Может быть, мы разделимся, и часть людей будет работать вниз по течению, а часть – вверх по течению.

– Ладно. Прекрасно. Но все произошло именно здесь. Я абсолютно в этом уверен. Я запомнил вон то желтое дерево, и пока мы искали Дрю, я все время посматривал на это дерево. Тело снесло куда-то вниз по течению. Оно могло плыть только в одном направлении.

– Верно, – сказал шериф. – Но искать мы будем не только здесь. Мы сообщим вам, если найдем его. Завтра я заеду к вам в гостиницу. Где-нибудь после обеда. Премного благодарен за то, что вы согласились помочь нам.

Мы с Бобби снова плотно поужинали и отправились спать. Говорить уже ни о чем не было нужно – все было уже сказано. Теперь все зависело от того, найдут труп или не найдут.

На следующий день мы отправились в больницу проведать Льюиса. Он чувствовал себя значительно лучше. Его нога была поднята в воздух с помощью системы специальных подтяжек и блоков; он читал местную газету, в которой была напечатана заметка об исчезновении Дрю и о поисках его тела в реке; рядом с заметкой была помещена фотография, на которой я узнал себя, и рядом с собой помощника шерифа Квина. У моего лица торчал кулак Квина, и я понял, что нас сфотографировали тогда, когда разговор уже подходил к концу. На фотографии я выглядел так, будто я терпеливо, просто из любезности, выслушиваю Квина, но не прислушиваюсь к его словам. Даже эта фотография, помимо всего прочего, могла пойти нам на пользу.

В палате никаких полицейских не было, но Льюис уже не был единственным больным: предыдущим вечером привезли фермера – ему по ноге проехался трактор. Он лежал в противоположном углу, и когда мы пришли, спал. Я рассказал Льюису обо всем, что происходило предыдущим днем, о том, что Бобби поедет назад, в наш город, на его машине, и что потом жена Льюиса или кто-нибудь еще приедет за ним, когда его выпишут из больницы. Льюис сказал, что это его вполне устраивает.

Мы попрощались с Льюисом; он откинулся на подушки:

– Я думаю, что через недельку-другую и меня отсюда отпустят.

– Конечно, – сказал я. – Лежи, отдыхай и не скучай. Знаешь, этот городок не так уж плох.

Потом мы с Бобби вернулись в гостиницу и стали ожидать шерифа. Он появился в половине шестого вместе со злобным маленьким Квином. Шериф достал лист бумаги:

– Прочитайте это. Здесь изложено то, что вы нам рассказали. Посмотрите, все ли правильно.

Я прочитал.

– Все правильно, – сказал я. – Но я не знаю всех этих названий разных мест, которые здесь упоминаются. Пороги, где мы перевернулись, действительно называются так, как здесь написано?

– Да, именно так, – ответил он. – Стремнина Гриффина.

– Ладно. – И я подписал бумагу.

– Теперь эта бумага является вашим официальным заявлением. И вы уверены, что все именно так и произошло? – спросил шериф Буллард.

– Можете не сомневаться. Я абсолютно уверен.

– Это неправда, – сказал Квин значительно громче, чем говорили мы с шерифом. – Он все врет! Беззастенчиво врет! Там, вверх по реке, он сделал что-то такое, что теперь хочет скрыть. И я вам скажу, что он сделал: он убил моего зятя.

– Послушай, ты, поганый коротышка! – Мой голос дрожал, и дрожал неделанно. – Может быть, твой свойственник кого-то прихлопнул, и ты хочешь втянуть нас в это дело. Иначе зачем тебе было бы все время талдычить про убийство? Убийцей была река! Других убийц мы не видели. Если ты надеешься, что река тебя не прихлопнет, садись своей дурной жопой в лодку и поплавай по этой реке! Посмотришь, что получится!

– Мистер Джентри, поосторожнее с выражениями, – нахмурился шериф. – Не надо так. Нет никакой нужды так выражаться.

– Ладно, пока хватит. Остальное оставим на другой случай, – сказал я.

– Он все врет, шериф, все врет! Не позволяй им уехать! Не позволяй им уехать! Не позволяй этому сучьему сыну смыться!

– Артэл, у нас нет никакого права задерживать их, – сказал шериф. – Против них нет никаких улик. Они и так крепко натерпелись. И они хотят после всего этого спокойно вернуться домой.

– А я тебе говорю, не отпускай их! Моя сестра мне снова звонила. Вчера вечером. Говорит и плачет. Бенсон до сих пор не вернулся. Она уверена, что его уже нет в живых. Уверена, и все тут! Он никогда раньше не пропадал так долго, а эти были как раз в тех местах, где он пропал. Там никого больше не было.

– Артэл, ну откуда ты знаешь, был там кто-то еще или нет? Ты просто хочешь сказать, что там не было других городских, кроме этих ребят.

Я покачал головой, будто показывая этим, что трудно поверить, насколько глупыми бывают люди; но перед нами действительно был очень глупый человек.

– Вы можете ехать, когда захотите, – обратился к нам шериф. – Оставьте только мне ваши адреса.

Я написал на бумажке наши адреса:

– Ладно... Сообщите нам, пожалуйста, если что-нибудь найдете.

– Не беспокойтесь. Вам сообщим в первую очередь.

Я снова погрузился в сон, который увел меня за пределы сна, обвел вокруг смерти и привел назад; я плыл на волнах сна; мне показалось, что я слышу звон совы, который заглушил пение других птиц; эту металлическую сову Марта прицепила во дворе нашего дома вместо флюгера. Было еще рано, и мы были на свободе. Я оделся, пошел к Бобби и разбудил его. Хозяйка гостиницы уже встала: мы расплатились – на это ушли деньги, которые у нас оставались. Затем поехали на заправочную станцию, чтобы забрать машину Льюиса. Там мы обнаружили шерифа, который беседовал с владельцем станции. Мы вылезли из машины.

– Доброе утро, – поприветствовал нас шериф. – Раненько вы собрались.

– Мы как раз и намеревались выехать пораньше, – сказал я. – Мы можем быть чем-то вам полезны?

– Нет, нет. Я просто хотел убедиться, что все в порядке с ключами от машины, и все такое прочее.

– Теперь у нас все будет в порядке. Нам помощь больше не нужна, – сказал я. – Да, вот еще что, шериф. Мы должны немного денег тем ребятам из Оури, которые пригнали сюда наши машины. Не могли бы вы позвонить им и сказать, что мы пришлем им деньги, как только вернемся домой? Они вам поверят больше, чем нам. Вы здесь живете, и они наверняка вас знают.

– Буду рад вам помочь, – согласился шериф. – А как их зовут?

– Братья Гринеры. У них там автомастерская.

– Я передам им. Не беспокойтесь... Так вы говорите, что кроме них вы никого больше на реке не видели?

– Никого. А, да, с ними был еще какой-то человек. Но я не знаю, кто.

– Может быть, мы узнаем, кто это был. Может, я даже сам поеду туда и поговорю с ними. И можете не сомневаться – я им скажу, что вы пришлете им деньги.

– Прекрасно. Ну, мы, наверное, поедем.

– По дороге домой – особенно не гоните, – добавил шериф. – И знаете, что, приятель... я вам вот что скажу: никогда больше не плавайте по реке на байдарках. И не появляйтесь здесь, в наших местах.