Вавилон восставший - Диналло Грег - Страница 69

Мерфи положил руку на плечо друга.

— Давай подождем, пока Исида переведет. И тогда, обещаю, я расскажу тебе все от начала и до конца.

Яссим кивнул, а Исида готова была вырвать распечатку из принтера. Все стояли не шевелясь. Сколько бы времени ни потребовалось на перевод, они не сдвинутся с места до самого конца.

Через какое-то время Исида произнесла:

— По крайней мере, надпись короткая. Похоже, Даккури считал, что, если ищущий зашел так далеко в своих изысканиях, с ним больше нет смысла играть в игры.

Ее взгляд бегал по листу бумаги, и Мерфи казалось, что он вот-вот услышит, как работает мозг Исиды. Губы двигались, беззвучно перебирая слова до тех пор, пока она не находила нужное. Затем Исида осторожно опустила лист с распечаткой на стол.

— Ну?

Яссим был еще более взволнован, чем Мерфи, который стоял, не двигаясь и не дыша.

Исида выдержала паузу, чтобы немного успокоиться, и сказала:

— Надпись начинается с обычного обращения: «Слуги Змия хранили эту тайну. Им принадлежат честь, слава и могущество во веки веков». — Исида кашлянула. — Затем следует основная часть…

«Великие башни Вавилона превратились в пыль, и ветер разносит ее куда хочет.

Но отыщи главу, и тело воскреснет и покроет тенью своей весь мир.

Золотая глава станет знаком великого царя, царя царей.

В обители Мардука ее отышешь ты.

О верный раб великой тьмы, ее ты должен воскресить.

И вновь из праха восстанет Вавилон, и будет вновь царить над миром».

Наступило гробовое молчание, и Исида сказала только:

— Вот и все.

— Вполне достаточно, — тихо отозвался Мерфи.

— Но что все это значит? — спросил Яссим.

— Это значит, что Вавилон восстанет из праха. Если, конечно, служители тьмы завладеют золотой главой.

Исида задумчиво воззрилась на Мерфи, а Яссим вскочил со своего стула, в полнейшем замешательстве заламывая руки.

— Ты говоришь загадками, Мерфи. Как может Вавилон восстать? Что за золотая голова? Мне казалось, что вы ищете… и, к несчастью, только что потеряли… голову медной змеи.

— Извини, Яссим. Я постараюсь объяснить. В соответствии с истолкованием сна Навуходоносора, которое дал Даниил, Вавилонская империя — самая могущественная за все время существования мира. И могущество ее символизировалось золотой головой статуи из сна. Статую царь затем приказал воссоздать в реальности. Когда Навуходоносор раскаялся в своих грехах, то приказал ее уничтожить. Теперь я готов поклясться, что голова идола спрятана где-то теми же людьми, которые поклонялись Медному змию.

— Но зачем? Если они не хотели ее уничтожать, почему бы просто не переплавить? Могли бы заработать огромные деньги.

— Потому что они твердо верили: если сохранят голову, то когда-нибудь настанет день, знающий человек отыщет ее, и Вавилон восстанет вновь.

Яссим протер глаза, словно все происходящее ему снилось.

— И что же значит: «Вавилон восстанет вновь»? Кто-то восстановит древний город?

— Не только, — ответил Мерфи. — Будет восстановлено и могущество Вавилона. На сей раз как власть зла над всем миром.

Яссим повернулся к Исиде.

— Я бы хотел знать ваше мнение, доктор Макдоналд. Мы с вами здравомыслящие люди, я полагаю. Неужели вы тоже считаете, что представители какой-то древней религии, поклонявшейся злу, прятали золотую голову статуи Навуходоносора в течение двух с половиной тысячелетий в ожидании благоприятной возможности для захвата власти над миром?

Исида ответила не сразу.

— Не знаю. За последнее время мой взгляд на многие вещи кардинальным образом изменился. Я несколько иначе теперь оцениваю возможное, реальное, и невозможное, нереальное. Похоже, я увидела активно действующее зло, настоящее, чистое зло. Я видела, как ни в чем не повинных людей убивали из-за куска металла. — Ее взгляд на мгновение остановился на Мерфи. — Я пока не знаю, как относиться к словам о золотой голове, о возрождении Вавилона и тому подобном. Единственное, что я знаю абсолютно точно, — теперь я испытываю такой страх, который раньше был мне неведом.

Яссим с важным видом кивнул и повернулся к Мерфи.

— Я так же, как и доктор Макдоналд, не знаю, чему верить. Однако, по-моему, на всякий случай нам следует найти эту голову — пока ее не нашли другие.

— Вполне поддерживаю, — откликнулся Мерфи.

— Ну и где же, по вашим предположениям, находится обитель Мардука?

— Вопрос совсем не сложный, — ответила Исида. — Храм Мардука располагался в Вавилоне.

— Итак… Мерфи кивнул:

— Совершенно верно. Ради нынешней цели я должен буду обратиться за помощью ко всем известным мне организациям и людям: к вашему фонду, Исида, Американскому университету, моему другу Леви — с тем, чтобы они использовали все свои связи в этом регионе. Нам необходимо как можно скорее попасть в Ирак.

66

— Висячие сады Вавилона, — мечтательно произнесла Исида, помешивая чай со льдом. — Вряд ли существуют более загадочные и притягательные слова. Они кажутся такими близкими и знакомыми. Но ведь никому по-настоящему не известно, как они выглядели на самом деле.

Мерфи наблюдал за тем, как она пьет чай: маленькими глотками, по-кошачьи.

— Вы уверены? Разве не помните, как сами гуляли по ним две с половиной тысячи лет назад?

Исида взяла кусочек льда и швырнула его в Мерфи.

— Прекратите!

Яссим нахмурился. Он выбрал очень тихий и мало посещаемый ресторан, со столиками в отдельных нишах, где можно беседовать без опасения, что их подслушают. Настроение у Яссима было совсем не игривое.

— Значит, там находится храм Мардука? В висячих садах?

— Или над ними. Узнаем, когда попадем туда, — сказал Мерфи.

— Ты говоришь так, словно это раз плюнуть: взял и сделал. Нельзя же просто приехать туда и начать копать. Огромное количество иракских археологических ценностей уже и без того разграблены.

— В том-то и суть, Яссим. Лучшее место для древних иракских сокровищ в настоящее время — какой-нибудь музей за много миль от этой страны. Когда будут восстановлены закон и порядок и вновь откроются иракские музеи, тогда все можно будет возвратить, и иракский народ насладится сокровищами своей истории, не боясь, что какой-нибудь проходимец выкрадет их и выставит на продажу на европейском аукционе.

Яссим скептически взглянул на него.

— Трудно поверить, что такая большая вещь — как вы там говорили? пятнадцать футов высотой, шесть или семь в диаметре? — могла избежать общей участи всех тамошних сокровищ. Спаслась от грабителей — тех, которые пришли после войны, и тех, что управляли страной на протяжении тридцати лет. Сдается мне, ее давным-давно переплавили на золотые краны для ванной Саддама.

— Слишком много кранов, — заметил Мерфи.

— У него много ванных комнат. — Мерфи задумчиво пил чай.

— До сих пор мы видели, что Даккури умел прятать свои сокровища. Ему удавалось таким образом скрывать библейские реликвии, что никто не мог отыскать их до… до наступления нужного времени. Наверняка в данном случае он прибегнул к не меньшим предосторожностям и хитростям.

— Значит, пришло время найти ее?

— Не уверен, что такая находка принесет пользу, в любые времена. Но как бы то ни было, негодяев необходимо остановить.

Исида взглянула на часы и подняла с пола рюкзак.

— В таком случае пошли. Наш самолет вылетает через два часа.

Яссим взял ее за руку.

— Подождите минутку, доктор Макдоналд.

— Зовите меня Исидой, прошу вас. — Как ни странно, теперь, когда ее богиня почти перестала что-то для нее значить, Исида начала проще относиться к собственному имени. — Что случилось, Яссим?

Было заметно, что он чувствует крайнюю неловкость.

— Ты, Мерфи, храбрец. Или просто безрассудный. Впрочем, не важно. Разница невелика. А вы, Исида, прошли через чудовищные испытания с невероятным мужеством. Я же… я… совсем не герой. Люди, которые намерены завладеть золотой головой, вне всякого сомнения, обладают огромной властью и ни перед чем не остановятся…