Под Опалой, на Большой - Дмитриев Александр Николаевич - Страница 50

На КПП ему дорогу преградил дежурный солдат.

– Вы к кому? – спросил он.

– Я на вертолетную площадку, к охотникам, – стараясь отдышаться, сказал Сергей. – Меня там ждут.

Солдат молча посторонился, и Белов прошел на территорию части. Через пару минут он был на месте.

Медведицу уже освежевали. Иван Заварзин расположился чуть в стороне от бетонной площадки, на которой стоял слегка закопченный МИ-2. Распластав на траве шкуру медведицы, он охотничьим ножом соскребал с нее жир. Подняв голову и увидев подошедшего к нему Сергея, он довольно сказал:

– Ну вот, Серега. Отбегалась красавица. А ты переживал.

– А где голова? – сразу задал интересующий его вопрос Сергей.

– А мы с Васькой договорились, что мне шкура, а ему башка и желчь, – сказал Заварзин. – Конечно, шкура с головой была бы красивее. Но и так пойдет.

– Так где голова-то? – повторил свой вопрос Белов.

– Я же тебе говорю – у Васьки. – Иван махнул рукой с ножом, указывая на другую сторону посадочной площадки.

Сергей пересек бетонку и подошел к месту, где на деревянном щите лежала уже разрубленная туша убитого зверя. Вокруг нее стояли и курили три офицера и Шкловский. Заметив Сергея, Василий кивнул ему и спросил:

– Сереж, мяса возьмешь?

– Нет, не хочу. – Ему сейчас было не до мяса. – Вась, а где голова?

– А зачем тебе? – удивился охотник.

– Так. Интересно посмотреть, что за зверюгу вы завалили.

– Ну, посмотри, раз интересно. Вон, в траве.

Сергей увидел чуть в стороне отрубленную голову огромного зверя, который еще несколько часов назад ходил по тундре вдоль берега реки Утка. Голова лежала на боку, затылком к Сергею. Он не спеша, словно не желая так быстро расставаться с надеждой, подошел к ней и, обойдя, посмотрел на морду. Затем сел на землю прямо где стоял, достал папиросу, зажигалку и закурил.

– Ну как? Солидная зверюга? – услышал он голос Шкловского.

В ответ Сергей молча кивнул головой.

Этой ночью карабин со своей дачи он забирать не стал.

30

На следующее утро около десяти часов в квартире Беловых зазвонил телефон. Трубку сняла Лариса. Сергей в это время курил на кухне.

– Сереж, тебя, – услышал он голос жены.

Он выкинул окурок в форточку и прошел в зал. Сев в кресло, взял трубку, лежащую на журнальном столике рядом с аппаратом.

– Да, слушаю, – сказал он.

– Привет, Серый. Это я, – донесся из трубки голос Андрея. – У меня для тебя две новости.

– Хорошая и плохая? – поинтересовался Сергей.

– Не угадал. Хорошая и еще лучше.

– Ну, выкладывай. – Сергей закинул ногу на ногу и, устроившись в кресле поудобней, приготовился слушать друга.

– Только что видел Ивана Заварзина. Это он мне рассказал.

– Ну не томи, – сказал Белов, предчувствуя, что одна новость для него наверняка не станет новостью.

– Во-первых, подружку твою косолапую вчера завалили.

Он угадал. Это для него не новость. Сергей посмотрел на Ларису, которая тоже сидела в кресле по другую сторону тахты и смотрела телевизор. В присутствии жены он не хотел это обсуждать и поэтому решил промолчать.

– Что молчишь-то? – удивился Андрей. – Ты что, не рад?

– Об этом потом поговорим, – уклончиво ответил Сергей. – А вторая какая?

– Я так и думал, что ты об этом уже знаешь. – По голосу Андрея было слышно, что он немного огорчен, что не первым сообщил другу приятное, как он считал, для него известие. – Ну ладно. А вторая… Ты, наверное, знаешь, что они выследили ее в районе Утки? Так вот. Они сделали несколько кругов над рекой. Иван мне потихоньку сказал, что там нерки – тьма. Целые косяки заходят. И ни одной бригады до самого устья. Видно, еще не пронюхали. Ведь в Утку нерка никогда большим стадом не заходила...

– Ты сейчас один дома? – перебил друга Сергей.

– Почти. Ирка на заводе. Вовка только.

– Я сейчас к тебе приду. Нормально поговорим, не по телефону.

– Хорошо. Жду, – сказал Андрей и повесил трубку.

Лариса уловила последние слова из их разговора.

– Ты к Самойлову? – спросила она, отрываясь от телевизора и глядя на мужа.

– Да, поговорить с ним надо. – Сергей поднялся с кресла и начал переодеваться.

– Надолго? Или как вчера исчезнешь?

– Нет. Ненадолго. – Сергей уже надел джинсы и сейчас застегивал клепки на батнике. – На час, максимум на два.

– Не дольше, – попросила Лариса. – Если что, хоть позвони, предупреди.

– Хорошо. – Сергей подошел к жене и поцеловал ее в щеку.

Дверь открыл сам Самойлов.

– Проходи. – На его лице светилась счастливая улыбка. – Пойдем на кухню.

Сергей снял кроссовки и последовал за другом. На столе в обрамлении тарелок с закусками стояла уже открытая бутылка водки.

Они сели за стол. Андрей взял в руку бутылку и, уже собираясь разлить водку по стопкам, сказал:

– Ну что? Давай помянем душу убиенной медведицы.

Сергей накрыл ладонью стопку, стоящую ближе к нему.

– Рано поминать.

– Как это? – Рука Андрея с бутылкой так и застыла на полпути.

– А вот так. – Сергей в упор посмотрел на друга. – Не она это.

– Шутишь? – Андрей поставил водку обратно на стол. – Как это не она?

– Не она, и все.

– Погоди, погоди… – Андреи вытащил из пачки, лежащей на столе, сигарету и прикурил. – Мне Иван рассказывал. Медведица, без медвежонка, буро-рыжая… Все сходится.

– Все, да не все. – Сергей тоже вытащил из нагрудного кармана батника папиросу. – Я ее голову вчера видел. Специально на "взлетку" ходил.

Он щелкнул зажигалкой и прикурил.

– И что? – спросил Андрей.

– А то, что у этой медведицы оба глаза были на месте, а моей я лично один из карабина вынес. – Сергей сделал глубокую затяжку и, выдохнув дым, добавил: – Вот такие дела.

– А ты не ошибся? – Андрей сразу же понял, что задал глупый вопрос.

Сергей красноречиво посмотрел на друга. Тот виновато кивнул и опустил глаза.

– И Орлову ничего не расскажешь, – продолжил Сергей. – Как я ему объясню? Не та, мол, это, Игорь, медведица, ту я в прошлом году собственноручно покоцал. Так, что ли?

– Да, хреновые дела.

Андрей налил себе полную стопку водки и залпом выпил. Сергею он даже не стал предлагать, понимая, что тому сейчас не до выпивки. Захочет, сам нальет. Даже не глядя на закуску, он привычно занюхал рукой, затянулся сигаретой и спросил:

– И что теперь делать?

– Не знаю, – ответил Сергей, глядя в пол. – Пока ждать. Если опять объявится, то Орлов поймет ошибку сам и опять начнет на нее охоту. Другого выхода пока нет.

Они сидели молча и курили, обдумывая сложившуюся ситуацию. Похоже, что других вариантов и на самом деле не было. Орлов хоть и хороший знакомый, но он прежде всего милиционер, блюститель закона. И неизвестно, как он себя поведет, если узнает, что Сергей нелегально охотился, практически занимался браконьерством, при этом убив медвежонка и ранив медведицу, которая из-за этого уже больше месяца терроризирует Усть-Большерецк. Если участковый даст делу ход, что вполне вероятно, то Сергею кроме штрафа за сам факт браконьерства и убитого медвежонка, что уже составит немалую сумму, придется еще оплатить работу охотников и стоимость эксплуатации вертолета, час полета которого стоит около двадцати тысяч рублей. Ему за все и вовек не рассчитаться. Помимо того еще всплывет незаконное хранение карабина, на который у него нет никаких документов. А это вообще уже уголовное дело. Так что перспектива для Белова вырисовывалась безрадостная. Вот обо всем об этом сейчас и размышляли друзья, сидя за столом и глотая табачный дым.

– Вот так-то, Андрей, – наконец сказал Сергей, гася папиросу в пепельнице. – Одна твоя новость оказалась плохой. Как видно, не бывает сразу двух хороших новостей.

– Да, – задумчиво протянул Самойлов и тоже затушил окурок.

Он опять налил себе водки и тут же выпил. На этот раз он слегка закусил.

– Ну ладно. – Сергей поспешил сменить тему. – Давай теперь о хорошем. Что там тебе Заварзин про нерку говорил?