Под Опалой, на Большой - Дмитриев Александр Николаевич - Страница 51

– А что толку? – Андрей обреченно махнул рукой. – Тебе же все равно нельзя, пока эта тварь в округе шастает.

– В том-то и дело, что в округе. Она меня здесь будет искать. А пока она прочухает, что меня здесь нет, и начнет искать по другим местам, мы там уже всю нерку передушим. Ты вспомни, она меня на море только через две недели нашла, а до Утки в четыре раза дальше. Так что пока страха нет. Вчера тем более вертолетчики над Уткой круги нарезали, охотники палили. Они там вообще, наверное, в округе всю живность распугали. Так что рассказывай, чего тебе Иван наговорил.

Андрей немного оживился.

– Он рассказал, что когда они убили медведицу, решили поискать медвежонка. Прошли над руслом от того самого места, где ее завалили, и вплоть до устья. Говорит, рыбы немерено заходит. Сверху видно, что косяк за косяком идет. Вот я и подумал, – на лицензионке все равно ведь сейчас рыбачить не дадут, так, может, нам пока туда потихоньку смотаться? Денька на два, на три. Чисто, икорки нарезать.

– Так рыбники-то тоже от летчиков узнают, что там рыба толкнулась. Наверняка облет решат сделать.

– Так в том-то и дело! – Андрей даже подпрыгнул на своем стуле и, упершись локтями в стол, всем телом подался к Сергею. – Заварзин слышал, как уже на земле летчики между собой разговаривали. Они по полетному листу сегодня и завтра работают по Быстрой, а потом два дня по Плотникова. Еще собираются и Большую до устья хорошенько пробить. Так что дня четыре у нас железно есть. Тем более, они знают, что пока там никого нет. Народ-то не ожидал такого. Когда это видано было, чтобы нерка в таком количестве на Утку заходила? На той же Плотникова, например, и надежней и привычней. Там она всегда есть. Поэтому, мне кажется, что раньше чем через неделю рыбники на Утку не сунутся. И то если и пойдут, то, скорее всего, только наверх, на нерестилище.

– В принципе, я с тобой согласен, – сказал Сергей. – Но все-таки лучше не рисковать. Есть у нас возможность "по зеленой" четыре дня отработать – нужно работать. А пожадничаем – как бы потом не пожалеть. Мы свое потом и на лицензионке возьмем.

– Согласен. – Андрей взял бутылку и налил себе в стопку. Жестом предложил Сергею. Тот помахал рукой, отказываясь. – Мы и за четыре дня, если никто мешать не будет, столько набьем!

– Мы там стан разбивать не будем, – продолжал Сергей, пока Самойлов опрокидывал в себя очередную дозу и закусывал. – Мы возьмем пару сеток метров по тридцать и перекроем русло чуть выше устья. Попробуем поработать на переборке. Если сильно будет забивать, будем ловить одной, как неводом. Икру взяли, рыбу – в реку. Течение там хорошее, сразу в море снесет. Вдвоем мы с тобой вполне справимся.

– А Вадим с Толиком? – удивленно посмотрел на друга Андрей.

– Не перебивай. Дослушай сначала. Мы с тобой пораньше уезжаем, день работаем и по темноте возвращаемся. Отдаем икру мужикам. Они ее за ночь солят. Чтобы нам на реке не возиться. Где ты тузлук варить будешь? Где стечки ставить? А так разобьемся попарно – и все. Мы днем, они ночью.

– Тоже верно, – согласился Андрей. – Хорошо бы неводок взять. Я там такие ямки знаю!

– С неводом мы вдвоем не справимся. Нужен хотя бы третий.

– Я знаю. Поэтому и говорю – "хорошо бы".

– Ничего. Из сетки повыбираем. Спешить некуда.

– Справимся. – На лице у Андрея было написано такое удовольствие, как будто он уже закупоривал бочки с готовой икрой. – Ну что? Сейчас надо ехать, забирать мужиков с моря. Вообще-то, они меня только завтра ждут. Слушай, а как место-то там застолбим?

– А мы палатку убирать не будем. Только самое ценное заберем, и все. А фал пусть на буе остается.

– Так украдут же…

– А чтоб не украли, мы сейчас едем в магазин, берем бутылок десять хорошей водки и везем Васильеву с Соловьевым. Я думаю, за такой подарок они наше имущество как свое собственное охранять будут.

– Тоже верно, – кивнул головой Андрей. – Слушай, только у меня денег – рублей двести. Остальное Ирка все экспроприировала.

– Ничего, – сказал Сергей. – Я у Ларисы возьму. Потом разберемся.

Вспомнив о жене, он подумал о другой стороне их затеи. Андрей сразу заметил, как переменился в лице его друг.

– Ты чего, Серег? – спросил он.

– Да понимаешь, Андрей, не знаю, как мне с Ларкой-то быть.

– А что такое?

– Она же каждый день на фазенду ходит, теплицы открывать-закрывать. А что, если эта тварь там опять появится? Так-то я с ней ходил. Даже "Вепря" там спрятал. А вдруг нападет?

– Мне кажется, не нападет, – попытался успокоить друга Андрей. – Она же тебя ищет. Зачем ей Лариса? И потом – она к тебе на дачу только ночью приходила. Днем-то там людей полно.

– Я тоже так думаю. Но кто знает, что у этой зверюги на уме? Надо все-таки будет как-то потихоньку Иван Иваныча попросить. Пусть присмотрит. Он-то там летом постоянно живет. Так, вроде бы на всякий случай.

– Можно из наших мужиков кого-нибудь попросить, чтобы провожали, – предложил Андрей.

– Нет, – покачал головой Сергей. – Ларка не поймет. Сразу заподозрит неладное.

– А что ты ей все не расскажешь? Она сама бы тогда поосторожней была.

– Да ты что! Она же с ума сойдет и меня тогда вообще на шаг за порог не выпустит. Ты что, мою Ларису не знаешь?

Андрей знал, как жена друга дорожит семейным счастьем, и поэтому промолчал. Он достал из пачки сигарету. Сергей заметил этот его жест и сказал, придерживая руку друга с зажигалкой:

– Время дорого, Андрей. Поехали, на улице покуришь.

И сам первым встал из-за стола и направился в коридор.

– Ты долго? – спросил Андрей, когда они подъехали к подъезду Беловых.

– Минут десять, – ответил Сергей, открывая дверцу и выходя из машины. – Надо же деньги взять и Ларку как-то подготовить.

– Ну давай. Я жду.

Сергей захлопнул дверцу и пошел по направлению к подъезду.

Он открыл дверь своим ключом, вошел в квартиру и, разуваясь, крикнул прямо из коридора:

– Лариса! У меня к тебе дело есть.

– Какое?

Сергей вошел в комнату и увидел, что его жена по-прежнему сидит в кресле и смотрит телевизор. Только теперь перед ней была табуретка с кухни, на которой стояла пустая чашка. Значит, она только что пила чай.

– Ларчик, тут работенка одна подвернулась, – сказал Сергей. – Мне нужно полторы тысячи. Потом они вернутся.

– Возьми там, – сказала она, намекая на свой тайничок.

В характере Ларисы была одна черта, которая очень нравилась Сергею: никогда не задавала лишних вопросов, когда дело касалось его работы, и если ему нужны были деньги, всегда давала без лишних "зачем" и "почему". Она абсолютно во всем доверяла мужу, а он старался не злоупотреблять этим доверием.

Пока Сергей отсчитывал деньги, он лихорадочно придумывал, как же все-таки можно ее, не взволновав, предупредить, чтобы она была на даче поосторожнее и долго не задерживалась. Наконец он решил зайти издалека:

– Ты слышала, что вчера того медведя убили, который на море к нам приходил?

Сергею пришлось обмануть жену, но он считал, что это ложь во спасение. Вначале Ларису нужно подготовить, а следовательно, заранее успокоить.

– Что, правда? – обрадовалась она. – Это вчера, с вертолета? Выследили все-таки?

Сергей видел радость жены. Ему было грустно, что она радуется его лжи, но так было нужно. По крайней мере, почти весь поселок знал и верил, что это действительно так. Завтра и Лариса у себя на работе услышала бы эту новость. Кроме него и Андрея, никто и не догадывается, что убит не тот зверь.

– Правда, – сказал он. – Шкловский ему пулю прямо в ухо всадил. Так что все страхи позади.

– Наконец-то! Хоть и жалко, конечно. Но что делать? А если бы какого-нибудь ребенка задрал?

"Да. В женщине прежде всего заложена мать, – подумал Сергей. – Кто о чем, а женщина первым делом думает о детях".

А вслух сказал:

– Лариса, ты все-таки будь чуточку поосторожней. Так, на всякий случай. Я дней пять только ночевать домой приходить буду. На дачу с тобой ходить не смогу. А вдруг другого убили?